Неро
Шрифт:
Изящный плед?
Они в моей комнате?
Я застываю на месте.
С чего бы им быть в моей комнате?
— Да. — Бобби смеется. — От нее действительно исходит девственная атмосфера.
Тошнота подкатывает к моему горлу.
Почему они говорят о девственницах? В моей комнате?
— Слушай,
— Договорились. — Я слышу звук шлепающих рук. — Шестьсот, и я получаю право первым отщипнуть от этой подростковой киски.
Артур смеется над своим другом.
— Не раньше этих выходных. На случай, если она попытается кому-то об этом поплакаться, я не хочу проблем с изнасилованием по закону и прочей ерундой. Как только ей исполнится восемнадцать, это будет просто "он сказал, она сказала". А с такой репутацией, как у ее мамы, никто ей не поверит.
Мое тело отшатывается, и моя нога соскальзывает со ступеньки.
Я отпускаю газету и хватаюсь одной рукой за перила.
Перила дрожат, но держатся. Двигаясь так быстро, как только могут мои дрожащие ноги, я спускаюсь по ступенькам и бегу к входной двери.
Их голоса звучат позади меня, и я знаю, что должна скрыться из виду. Если они увидят меня сейчас и узнают, что я слышала… То, что они сказали…
Задыхаясь, я поворачиваю дверную ручку так медленно, как только могу, чтобы не шуметь, а затем дергаю дверь.
Одна нога снаружи.
Голоса звучат громче.
Вторая нога снаружи.
Я слышу их шаги.
Я захлопываю дверь и вижу их ноги на лестнице.
Все мое тело замирает.
Я не могу закрыть дверь, пока они видят ее. Если я закрою ее и убегу, я буду как мертвый — без денег. Без одежды. И хотя это не то, что я хочу сделать, я знаю, что должна сделать.
Я снова открываю дверь, делая вид, что только что вернулся домой.
Они уже на полпути вниз по лестнице, но я не смотрю вверх. Я просто обхватываю себя руками.
— Какого хрена ты делаешь дома? — огрызается Артур.
— Я больна, — заикаясь, произношу я первое оправдание, которое могу придумать. И
— Мерзость, — усмехается он.
Я слышу, как Бобби хмыкает, когда они оба идут прямо на кухню.
Не нуждаясь в приглашении уйти, я бросаюсь вверх по лестнице в свою комнату. И хотя я хочу провести время, дезинфицируя каждый дюйм комнаты, к которой они могли прикасаться, у меня нет времени.
Мне нужно собираться.
Сейчас.
Потому что я уезжаю сегодня вечером.
* * *
Грудь Неро поднимается и опускается на мою спину. Это единственный признак того, что он слышал мои слова, которые вырывались из моего горла.
— Я так долго боялась после того, как ушла. И мысль о том, что кто-то может прикоснуться ко мне… — Я снова прижимаюсь к нему, и его рука еще крепче обхватывает меня. — Я не была готова. А потом я не знала, как.
Матрас затрещал, когда Неро перевернулся на спину.
— Иди сюда.
Повернувшись, я прижимаюсь к нему, пока он поправляет одеяла на моих плечах. Моя голова ложится на то место между его плечом и грудью. Моя нога перекидывается через его ногу.
Руки Неро обнимают меня.
— Но потом я встретила тебя. — Я произношу эти слова ему в грудь. Надеюсь, он понимает, как много он для меня значит. — И я, наконец, почувствовала, что пришло время.
— Я должен был заставить его страдать. — Слова Неро — это гравий по наждачной бумаге.
— Что?
Он обнимает меня крепче.
— Мне так жаль.
— Теперь все позади, — говорю я ему, успокаивая его. — Это заняло больше времени, чем я планировала, но я должна контролировать этот опыт. И что бы ни случилось, когда ты во всем разберешься, я не жалею, что дала тебе это
— Я позабочусь о том, чтобы ты никогда не пожалела. — Большая рука гладит мои влажные волосы. — Спи, детка.
Мое дыхание покидает меня на вздохе.
— Спокойной ночи, Неро.
ГЛАВА 43
Неро
Потребовалась каждая унция самоконтроля, чтобы сохранять неподвижность, когда Пейтон заснула, прижавшись ко мне.
Во мне столько ярости.
Ярость и сожаление, потому что я сожалею о быстрой смерти Артура больше, чем о любом другом грехе, который я когда-либо совершал.
Я должен был позволить ей смотреть. Надо было позволить ей плюнуть ему в лицо, когда он задыхался.
В досье, которое Кинг достал мне на Артура, большинство его друзей были мертвы. А этот кусок дерьма Бобби, надеюсь, уже мертв.
Прижимаясь носом к ее волосам, я чувствую легкое чувство удовлетворения от того, что сжег дом дотла, стер его с лица земли.
Пейтон ворочается во сне, зарываясь все глубже в мой бок.
Я должен поступить с ней правильно.
Но это значит держать ее подальше от моего мира и от меня.