Неразлучные враги
Шрифт:
— Вот как? — Келли нелегко было скрыть за фасадом ледяной вежливости ярость, что клокотала в ней. — А вам не кажется, что мистер Петронидес вправе сам решать, кому за ним ухаживать?
— Это семейное дело, — зашипел Леонидис. — Ваше поведение нас очень беспокоит. Если возникнет необходимость, мы обратимся в соответствующие органы. Я ясно выражаюсь?
— Крайне ясно. — Раздался сигнал вызова из комнаты миссис Райзер. — А теперь, извините, мне необходимо помочь пациенту.
—
— Неужели? — посмотрела на него Келли. Она положила тонометр на прикроватную тумбочку. — У вас нервы дьявола! Что конкретно вы сказали вашей семье?
Карлос засмеялся.
— Я не сказал им ни слова. Но вроде как… и не опровергнул их домыслы.
— Они не единственные, у кого возникают подобные мысли, — резко заметила Келли. — Я не сказала, что принимаю ваше предложение. И не собираюсь говорить это сейчас!
— Почему? — усмехнулся Карлос и расплылся в лукавой улыбке. — Только из-за того, что мой глупый племянник предостерегал вас?
— И ваш сын тоже.
— В самом деле? — Его глаза довольно заблестели. — Ну-ну, он не теряется. Хороший мальчик!
— Хороший мальчик? — Келли не хотела рассказывать ему о разговоре с Марко. — Они все, похоже, думают, что я золотоискательница!
— И их это раздражает, — Карлос торжествовал. — Давно я так не веселился.
— За мой счет! — сердито напомнила Келли. Она обмотала манжет тонометра вокруг его руки.
— Ничуть, — возразил Карлос, качая головой. — Вы мой сообщник.
— Даже не думайте, — мрачно произнесла Келли. — Ваш племянник практически обвинил меня в непрофессионализме. Меня могут лишить диплома медсестры.
— Не глупите, — прервал ее Карлос, наблюдая, как Келли накачивает воздух в манжету. — Этого не произойдет.
— Я и так не глупа, — заявила девушка. Она записала показания тонометра в карту, — И говорю совершенно серьезно. Я не собираюсь браться за эту работу. С вашей стороны было очень любезно предложить…
— Я удвою зарплату, — снова прервал ее Карлос. Его глаза заблестели, как черные бриллианты. — И заплачу премию.
— Вы действительно думаете, что сможете уговорить меня? — спросила Келли.
Карлос улыбнулся ее вопросу.
— Каждый имеет свою цену.
— Я исключение, — резко ответила Келли. — Боюсь, вам придется поискать кого-то еще.
— Я никого не хочу. Кроме вас. Вы единственная, кто ухаживает за мной так, как мне нравится…
— Вы опоздали, — безапелляционно произнесла Келли и, забрав тонометр, вышла из палаты.
Из маленького окошечка в дальнем конце больничного коридора хорошо просматривалась стоянка автомашин.
Однако стоило Келли услышать знакомые шаги, чеканящие шаг по коридору, у нее не хватило сил подняться из-за стойки. Ярко-синие глаза лишь скользнули по ее лицу. От их взгляда веяло таким холодом, что великолепный букет желтых роз, который стоял на стойке, мог бы завянуть в одно мгновение. Келли ответила не менее холодным взглядом. Она надеялась, что Марко не заметил слабый предательский румянец на ее щеках, и сосредоточила внимание на чашке с чаем.
Если подумать, то ускорение пульса при появлении Марко Петронидеса могло явиться следствием возмущения, которое испытывала Келли при воспоминании о его грубом, бесцеремонном поведении. Но был еще взгляд, которым Марко смотрел на нее, когда случайно застал в подсобной комнате. И непредумышленно провокационная поза, когда Келли пришлось поправить чулки.
Конечно, Марко привлекательный мужчина. Но так же красив может быть киноактер, певец или кто-то другой, чье лицо часто мелькает на экране. Лично к Келли их лица не имели никакого отношения. А вот две короткие стычки с Марко дали девушке достаточно оснований, чтобы решить: этот человек ей не нравится.
Вчерашний дождь сменился прекрасным весенним деньком. Келли застелила кровать и открыла в палате окно, чтобы проветрить. Окно напротив тоже было открыто. Угловое окно в палате Карлоса. Келли услышала громкие голоса. Значит, отец и сын снова ссорятся.
— Тебе не нужна моя помощь. — Келли узнала голос Марко. — У тебя в отелях целый штат отлично подготовленных менеджеров, почему бы не продвинуть одного из них.
Карлос разразился потоком незнакомых слов. Келли не поняла ни одного, но по тону безошибочно угадала смысл.
— Хорошо, — уступил Марко, перейдя на английский, — если ты настаиваешь, что это должен быть член семьи, сделай предложение одной из моих кузин. Большинство из них продадут душу дьяволу за такую возможность.
— Этой бесполезной банде никуда не годных ослиц? — взревел Карлос. — Как могли сестры произвести на свет таких медуз? Да они разорят компанию через полгода.
— Меня это не интересует, — сказал Марко, у меня деловые интересы здесь, в Англии, или ты забыл?
— Ха! Это твои… английские шлюхи! Пришло время проявить ответственность по отношению к семье. Пора тебе найти приличную скромную девушку и подарить мне прекрасного внука. Прежде чем умереть, мужчина должен, по крайней мере, иметь шанс подержать на руках внука.