Неравный брак
Шрифт:
— Не хочу с тобой разговаривать. Всё, я ушла.
Прохладная мокрая рука удержала за запястье. Вероника остановилась, но не обернулась.
— Королёва, не уходи. Прости, я перегнул палку.
— Да неужели?!
— Хотел узнать, будешь ли ты за меня хоть чуточку волноваться.
— Волноваться? За тебя?! — зло выплюнула она. — С чего бы?! Я просто никак не могла решить, какое платье надеть на твои долгожданные похороны!
— Прости, — парень обнял её со спины, прижав к своей мокрой груди. — Ты очень волновалась,
— Хочу тебя прикончить. В самой жестокой форме, — буркнула она, высвобождаясь из его объятий, вернулась к краю помоста и снова села, свесив ноги над водой.
— Не оборачивайся, я плавки выжму, — послышался стук капель о дерево, потом шорох одежды.
Вероника замерла каменной статуей. У неё за спиной голый мужик, да ещё и этот. Даже если бы он умолял обернуться, она бы ни за что этого не сделала!
— Т-тебе не холодно? — выдавила Ника, когда молчание стало угнетать.
— Уже нет, — Славик, теперь полностью одетый, сел рядом.
Они некоторое время сидели, болтая ногами, и смотрели на звёзды. И так хорошо было, так спокойно и как-то… правильно, что ли. Всё же когда Славка молчит и не плюётся ядом, с ним вполне можно сосуществовать.
— Ты же меня не боишься, правда? — наконец спросил парень.
— А надо? — насторожилась она.
«Ещё как надо! — ответил внутренний голос. — Вон какой бугаина! Как навалится сверху, так и…»
— Конечно нет! — ответил Славик. — Видишь, какой я хороший? Ни к чему тебя не принуждаю, силой танцевать или плавать не тащу…
— Действительно, просто молодец! — с иронией отозвалась Ника. — Всего лишь против воли крадёшь первый поцелуй и прижимаешь к кровати так, что дышать невозможно. Сущие пустяки!
«Ой, и зачем только о поцелуе вспомнила?! Обстановка и так довольно тревожная…»
Ковалевский кашлянул. Она не видела выражения его глаз, только стёкла очков блеснули, а потом он отвернулся.
— Ты… извини за тот раз. Я… вообще не так всё это хотел, — и запустил пятерню в волосы.
«А как ты хотел? И что именно хотел?» — едва не выкрикнула она, но не успела: в кармане заиграл рингтон, который означал звонок начальника. Пришлось отвечать.
Оказывается, Сергей Анатольевич, явно науськанный Пашей, беспокоился о пропаже сотрудницы. Ну да, логично, что он хотел узнать, куда среди ночи подевалась одинокая девушка, за которую отвечал. Пришлось признаваться, что она не одна и что они с напарником по команде решили отпраздновать первое место в вечерних состязаниях. Руководитель посетовал, что нужно было предупредить, мол, народ волновался и всё в таком духе, хотя Вероника прекрасно понимала, что если бы не кипиш, поднятый Дроновым (она не сомневалась, что так и было), их отсутствия не заметили бы ещё долго.
Ох, как же надоело участвовать в непонятных разборках между этими двумя!
— Всё, я возвращаюсь, — Ника решительно поднялась.
— Это
— Из-за Паши или нет, какая разница?! — вспылила она. — Вы оба у меня уже во-о-от где сидите со своими секретами и этой непонятной междуусобной войной, в которой я уже как-то и дружбы не вижу. Не хочешь идти со мной, так хотя бы не останавливай! — Ника сошла на берег и осторожно двинулась вдоль реки в том направлении, откуда они пришли.
Дронов просто идиот! Взял и привлёк к их со Славкой прогулке ненужное внимание. Хотя она тоже сглупила. Надо было говорить, что гуляет одна, но в тот момент даже мысль не пришла соврать начальнику.
Вскоре с ней поравнялся Слава.
— Не иди за мной! — она ускорила шаг, но потом обо что-то споткнулась и снова замедлилась.
— Вообще-то мне нужно в том же направлении, — он придержал её за локоть. — Не упрямься, а то точно упадёшь и нос расквасишь, а меня потом начальник сожрёт, что не уберёг лучшую сотрудницу.
Складно звонит, и не подкопаешься.
— Надеюсь, на этот раз мы будем идти по нормальному мосту? — сдалась Вероника. Так действительно удобнее, и, если что, Ковалевский точно удержит от падения.
— По какому захочешь, — усмехнулся он.
Эх, ладно, хватит уже на него злиться. Вон какая замечательная прогулка у них получилась, а всё потому, что он предложил сбежать. И если бы она была уверена, что Паша уже спит, то вернулась бы в номер незамедлительно, а так решила ещё немного постоять на широком освещённом мосту и полюбоваться видом.
Веселье на базе заметно стихло, только отдельные группки ещё сидели по беседкам. Насколько отсюда было видно, их павильон опустел. Кто-то наверняка отправился спать (тот, кто больше выпил), а кто-то вот так же, как и они, бродит по территории базы и наслаждается тёплой ночью. Вероника надеялась, что Дронов относится к первым и сейчас видит уже десятый сон, а потому с хмурым видом не будет поджидать на веранде, но всё равно стояла, облокотившись о перила, пока и у самой не начали слипаться глаза.
Всё это время Славик находился рядом молчаливой тенью и тоже любовался цветными огнями, отражавшимися в воде.
— Я спать, — Ника вялой походкой двинулась по мосту и поплелась по дорожке, но потом поняла, что не хочет возвращаться. В номере Ленка, которая, если не спит, будет выносить мозг, за стеной хмельной Паша. Нет уж, тут лучше. Заприметив пустую беседку, она свернула туда. — Посижу ещё немного.
Ковалевский, как привязанный, пошёл следом и сел на соседнюю лавочку. И снова молчал, будто опасаясь нарушить её покой. Ника открыла на телефоне сохранённые мелодии и, запустив плеер, смежила веки. Пила она всего ничего, один стакан вина, да и то давно, так что захмелевшей себя не чувствовала и соображала ясно. Разве что накатила усталость после насыщенного дня.