Неравный брак
Шрифт:
Так было и у них с Пашей. Она уже со счёту сбилась, сколько «героинь» перебывало в его мужественных объятиях. И вот впервые задумалась: а может, Паша просто не герой её романа? Может, ему предназначена совсем другая героиня, которая «сделает из него человека», если это, конечно, вообще возможно?! А ей, Нике, нужно оглянуться и увидеть своего героя, который может оказаться, к примеру, официантом из соседней закусочной, который уже давно положил на неё глаз, но стесняется подойти. Или, скажем, соседом, который каждое утро провожает её взглядом из окна. Или… Да кем угодно,
Все эти мысли немного пугали и были в новинку. Когда столько лет был зациклен на ком-то одном, перестроиться очень сложно. Но обманутые ожидания лучший отрезвляющий душ. Ведь, если не кривить душой, Вероника была разочарована. Не так она себе представляла их с Пашей «воссоединение», совсем не так. Возможно, её мечты лишь глупости романтично настроенной девицы, а в реальной жизни всё гораздо более прозаично и скучно. Но заслужила она хотя бы нормальное предложение руки и сердца или нет?! Чтобы с кольцом, цветами и чем-то, хотя бы отдалённо напоминающим признание! Это естественное желание любой женщины, даже самой неромантичной.
Так, копаясь в себе, Вероника провела выходные. Нет, разумеется, все отчёты, которые нужно было сделать, она сделала, но остальное время пыталась понять, как поступить и чего хотеть. Она соблюдала постельный режим, мазала ногу гелем, который купил Слава, и пила его таблетки. Они оказались более эффективными, чем порошок, купленный Пашей, и кроме обезболивающего действия обладали ещё и противовоспалительным. Но, разумеется, любимому об этой «измене» знать вовсе не обязательно.
А вечером в воскресенье, будто подслушав её недавние мысли, нагрянул Паша с огромным букетом ярко-красных роз, тортом, связкой воздушных шаров и маленькой бархатной коробочкой.
И снова ни слова о любви, будто его что-то удерживает, не даёт сказать заветные слова. Но, с другой стороны, если бы он сейчас вдруг признался в любви, Ника бы всё равно не поверила. Неоткуда ей так вдруг взяться, разве что он всё это время «не осознавал своих чувств»… или как там говорят в подобных случаях? В общем, Паша по крайней мере не плёл откровенную ложь, за что ему большое спасибо.
Но всё равно искренности, искренности в его словах не чувствовалось. Он не говорил, что думал на самом деле, скрывал что-то важное, до чего так хотелось докопаться. Вероника очень остро чувствовала: его что-то беспокоит. Хотя какие у него могут быть секреты, если они прожили бок о бок столько лет?
Цветы благоухали на всю комнату (Ника забрала их в свою спальню, нечего им в зале делать), шарики парили под потолком, мама в гостиной звенела чашками, наскоро организуя чайный стол, а Паша стоял на одном колене и протягивал приоткрытую коробочку с очаровательным колечком. Но Вероника всё смотрела то на него, то на кольцо и не решалась принять.
— Ник, у меня уже нога затекла, — хмыкнул он, кажется, намереваясь развеять напряжённую обстановку.
— Паш, что ты недоговариваешь? — она смерила его пронзительным взглядом. Он отвёл глаза. — Я же чувствую, что-то
Ну да, если уже сейчас он от неё что-то скрывает, что же будет потом?
— Ника, ты надумываешь себе то, чего нет, — наконец сказал он.
— Паш, посмотри на меня, пожалуйста, — после секундного колебания он перевёл на неё обеспокоенный взгляд. — Такой поспешный брак… Скажи мне честно: ты не болен?
— Нет, что ты! Откуда такие мысли? — а глаза снова норовят жить своей жизнью.
Сердце гулко забилось в груди.
— Паш, даже если болен, просто скажи, не молчи. Ты знаешь, что я всегда тебя поддерживала, поддержу и теперь, — она взяла у него из рук коробочку, отложила её на постель, а сама сжала ладони парня. — Если у тебя какие-то проблемы или ещё что, поделись со мной. Вместе мы придумаем, что делать.
— Знаешь, Ника, — он улыбнулся, и в этот миг его улыбка была хоть и грустной, но настоящей, — за это ты мне и нравишься. За то, что ты такая.
— Паш…
Он поднялся, достал из коробочки кольцо, взял левую руку Ники и остановился:
— Нет, я не болен. Хотя провериться, конечно, не помешает, особенно перед дальней поездкой. А это кольцо… Считай, просто подарок, который тебя ни к чему не обязывает, моя благодарность за помощь. Примешь?
Вероника вгляделась в его янтарные глаза. Да, сейчас снова говорит искренне. Что же с ним происходит?
— Хорошо, Паш, если так, то приму. В первую очередь мы с тобой друзья, верно?
Он кивнул и надел ей на безымянный палец колечко, тонкий золотистый ободок с голубым (под цвет её глаз) камушком. Кольцо пришлось точно впору.
— Тебе идёт, — он сел на кровать рядом с ней.
— Я не привыкла носить на пальцах украшения, но это буду, — Ника любовалась колечком и не глядела на Пашу, а когда перевела на него взгляд, то увидела, что он тоже смотрит на её руку. — Откуда узнал мой размер?
— А что тут узнавать? Я твои пальчики каждый день вижу.
— Оно очень красивое, спасибо, — она пригладила его слегка встрёпанные волосы. Наверное, по лестнице через ступеньку бежал, в лифт с шариками точно бы не влез.
— Ты ещё торт не пробовала. Пошли? — и подхватил её на руки.
— Паш, всё нормально, я уже могу ходить сама, — запротестовала она.
— Ничего, мне не сложно, дорогая невестушка. Да и родителей давай порадуем.
— Ну если только ради родителей, — усмехнулась она и обняла его за плечи.
— Развели тут мелодраму, — пробурчала Ксюша, когда они появились в гостиной.
Мама бросила на Ксю строгий взгляд и принялась нарезать торт.
— Я принесу лекарство, — усадив Нику на стул, сказал Паша и собрался отправиться в её комнату.
— Паш, — окликнула его она. — Прости, но таблетки, которые принёс Славик, лучше помогают, чем порошок. Принесёшь их?
Парень замер, но потом обернулся и беззаботно сказал:
— Да, конечно. И тебе совсем не за что извиняться. Я не эксперт в лекарствах, да и брал наобум: не знал ведь, что с тобой приключилось.