Непоседа
Шрифт:
В шкафчике рядом с лоханью Трикс обнаружил стопку пушистых полотенец, флаконы с загустевшими ароматическими маслами и окаменевшее от времени мыло.
Искушение было слишком велико.
Большинство людей благородного происхождения испытывают к мытью понятное предубеждение. Человека, конечно, положено вымыть при рождении, чтобы, приходя в наш мир, он в полной мере осознал ожидающие его испытания. Непременно стоит обмыть и покойного — ведь ему мытье уже ничем не может повредить. Почти все авторитеты сходятся на том, что вымыться необходимо перед свадьбой — и жениху, и невесте. Во-первых, пусть они смогут как следует рассмотреть друг друга,
Прежде чем осуждать такую нелюбовь к воде, следует понять несколько вещей. Если для питья и приготовления пищи, как правило, используют воду из колодцев и родников, то для мытья обычно считают пригодной воду речную. А когда чуть выше по реке только что прошло овечье стадо и пастух вымыл своего коня, когда все сточные канавы города в полном соответствии с законами природы ведут сверху вниз, к этой самой реке, когда традиционный метод погребения дохлой собаки или кошки — скинуть их с обрыва в реку…
Тут и впрямь трудно понять, чего больше от купания — пользы или вреда.
Ну а сквозняки?
Благородный человек обязан жить в замке или хотя бы в большом доме. И если ты завел дурную привычку часто мыться, то рано или поздно тебя продует так, что не поможет ни заплесневелый хлеб и ивовая кора от лекаря, ни целебные заклинания от местного мага…
Конечно, северные варвары известны своим диким обычаем закрываться в маленьком деревянном домике, раздеваться там догола, лить на раскаленные камни воду, хохоча и напевая песни сидеть в облаке пара, а потом хлестать друг друга свежими вениками, обливаться ледяной водой и, по слухам, даже кататься голыми в снегу!
Конечно, жители Самаршана, трепетно относящиеся к воде, имеют схожий обычай — в большом каменном здании с окнами в потолке они возлежат на теплых мраморных лежанках, а потом забираются в бассейны то с теплой, то с холодной водой.
Но в цивилизованном королевстве благородный человек вполне довольствовался двумя купаниями — если был здоров и холост, тремя — если был здоров и женат, и чуть большим количеством, если был слабого здоровья и ему попадался совсем уж злобный лекарь. Для всего остального существовали: дожди; переправы через реки; вылитый в ночной час на голову ушат помоев (зачастую низменные помои чище, чем человек высокого происхождения); и многочисленные ароматические масла и настои, составляющие изрядную часть дохода алхимиков.
Однако Трикс был еще совсем молод и пока не избавился от свойственной детям странной привычки забираться в речную воду просто так, без всякой необходимости.
Так что Трикс не удержался. Он открыл задвижку и наполнил лохань теплой водой…
Без четверти семь (где-то на башнях школы ассасинов часы мелодично отбили время) в общем зале факультета Веселых и Находчивых встретились Трикс и Тиана. Они были одеты в черные штаны, подпоясанные нарядными белыми поясами, и свободные черные рубашки (запасы одежды всех размеров нашлись в спальнях), выглядели непривычно светлокожими и держались несколько смущенно.
— Интересно тут у них все устроено, — первым нарушил молчание Трикс. — Я как-то совсем иначе здесь все представлял.
Тиана кивнула:
— А горшок ты нашел?
— Там только под кроватями горшки, — признался Трикс. — Их брать не хочется. Давай внизу посмотрим?
Спустившись, они без труда нашли необходимые для занятий горшки — пространства замка так изобиловали разными вещами, что проблемой было не найти, а выбрать. Триксу достался обычный стальной котелок, а Тиана нашла серебряный, судя по размеру — скорее принадлежащий алхимику, чем повару. В поисках травы они вышли в сад дворца — там Трикс нарвал первые попавшиеся ему на глаза цветы (это были ноготки), а Тиана, подошедшая к делу более вдумчиво, остановила свой выбор на листьях благородного лавра и лепестках магнолии.
Оставался последний вопрос — где же находится первая аудитория. Но тут Тиана заметила дымок, идущий от стены донжона.
— Если там дымок, то там очаг, — предположила она. — А если там очаг, то туда и надо идти с котелками.
Внутренний мост, ведущий к массивной круглой башне, был опущен. Размахивая котелками, Трикс и Тиана вступили в сердце замка — и сразу поняли, что не ошиблись. Аудитория занимала весь первый этаж донжона. Скамьи пятью рядами поднимались к стенам, подковами окружая круглую кафедру, на которой уже стоял учитель Абв, взволнованный и торжественный. Учитель сменил повседневный халат и тюрбан на мрачную черную мантию и круглую черную шапочку, подпоясан он был скромным черным поясом. Как раз в то мгновение, когда новые ученики вошли, часы отбили семь.
— Вы вовремя, — кивнул Абв. — Это хорошо, потому что точность — вежливость ассасина. Садитесь рядом с учеником Дэриком.
Услышав хорошо знакомое имя, Трикс вздрогнул и повернулся.
И обнаружил, что с первого ряда скамей на него, разинув рот, смотрит его сводный кузен, предатель и сын предателя, бывший наследник со-герцога Сатора Гриза — Дэрик Гриз!
Выглядел он загорелым и исхудавшим, хоть и не так, как месяцем позже, когда Трикс встретил его в Дахриане.
— Ты! — воскликнул Трикс.
— Нет, ты! — возмутился Дэрик.
— Как ты сюда попал? — негодовал Трикс.
— С чего ты тут оказался? — простонал Дэрик.
— Зачем ты меня преследуешь? — гневно спросил Трикс.
— Ты когда-нибудь оставишь меня в покое? — процедил сквозь зубы Дэрик.
Наступила зловещая тишина. Мальчишки мерили друг друга ненавидящими взглядами.
— Так это же Дэрик Гриз, сын предателя Сатора Гриза! — сообразила наконец-то Тиана, видевшая Дэрика лишь однажды, во дворце короля Маркеля. — Привет!