Непоседа
Шрифт:
— Между прочим, три тысячи шестьсот девяносто, — поправил Китап. — Ну да. И что?
— Как же ты мог сто лет назад…
— А кто тебе сказал, что я сижу только в одной лампе? — ухмыльнулся джинн. — Нет, ты что, всерьез полагаешь, что я превращаюсь в маленькую козявку и забираюсь внутрь лампы, чтобы там грустно дремать невесть сколько лет в ожидании нового повелителя? Качественный квалифицированный джинн обслуживает от полудюжины до сотни ламп! Некоторые ведь фактически выведены из оборота — лежат на дне моря, погребены в песке, замурованы в древних усыпальницах вместе
— И много ты ламп обслуживаешь?
— Восемнадцать, — неохотно сказал Китап. Посмотрел на туфли. Вздохнул: — Хорошая работа. Нынче так уже не шьют… Слушай, а может, я вас все-таки телепортирую во дворец султана?
— А как же опасности? — усмехнулся Трикс.
— Да ладно… — махнул рукой джинн. — Я очень постараюсь их избежать. Все по-честному, сейчас окажетесь в садах дахрианского султана, живые и здоровые. Зуб даю!
— Туфли жалко? — понял Трикс.
Джинн замялся.
— Тогда телепортируй, только бережно и безопасно! — велел Трикс и крепко взял Тиану за руку.
Китап поднял руку и щелкнул пальцами.
— А тебе не надо выдирать волосы… — сказал Трикс и вдруг сообразил, что стоит не на песке, а на траве, вокруг него не древние руины, а цветущие деревья и в ушах слышен не шум ветра, а журчание воды.
Тиана стояла рядом с ним, а Китап, улыбаясь, парил невысоко в воздухе.
— Ура! — завопил Трикс. — Получилось!
— Желание выполнено, мой господин и повелитель, — сказал Китап и зевнул.
— И еще три моих желания, джинн, не забывай! — напомнила Тиана.
— Конечно-конечно, — кивнул джинн. — Бери в руки лампу и приказывай.
Тиана огляделась.
— А где лампа?
— Ой! Какая жалость! — Китап всплеснул руками. — Ну надо же, лампа осталась в пустыне! Ничего, прелестная госпожа, вы можете в любой момент забрать ее и приказывать. Конечно, если к вечеру лампу не занесет песком.
— Все-таки это нечестно, — вздохнула Тиана.
— Деточка, — сказал джинн. — Не переживай. Мы, джинны, всегда ведем дело так, чтобы лишь одно, последнее желание исполнилось. Если бы я был злым джинном, то я бы отвертелся и от третьего желания Трикса, и от твоих первых двух. Но я добрый и лишний раз над людьми не издеваюсь. Так что… рад был повидаться, всегда готов к услугам…
Джинн начал медленно бледнеть, растворяясь в воздухе. Обиженный Трикс подумал, что такое исчезновение давно уже считается у волшебников дурным тоном и признаком дремучего провинциала.
— А я хотел попросить, чтобы ты спас наших друзей от Прозрачного Бога… — безнадежно сказал он.
— Что? — Джинн так поразился, что даже перестал исчезать. — От Прозрачного Бога? Ну нет, на такое мы не договаривались, на это я пойти не могу!
— Почему? — удивился Трикс.
— Алхазаб — самый могучий волшебник в мире! — сказал Китап. — Его боятся даже джинны! Все, ребята, не поминайте лихом!
И он исчез, на этот раз уже окончательно и бесповоротно. Тиана вздохнула и сказала:
— А жаль. Такой симпатичный парень, но обманщик и трус… Верно, Трикс?
Трикс не ответил —
Но, как и положено высокородной княгине, она благопристойно зачерпывала воду ладошкой, а не глотала прямо из ручья.
4
Сегодня сады султана были столь же чудесны, как и вчера. Трикс с Тианой двинулись к дворцу, срывая по пути персики и груши с деревьев. Трикс, как мог, придумывал план действий.
— Алхазаба мы не победили, — перечислял он. — Это раз. Прозрачный Бог и в самом деле великий волшебник. Это два. Все наши друзья в плену. Это три.
— Или погибли, — вздохнула Тиана.
— Нет, нет, не может это быть! — пылко сказал Трикс. — Нельзя даже так думать. Я уверен, что Алхазаб держит их в плену.
Тиана вздохнула, но промолчала.
— Это я перечислил все плохое, — пояснил Трикс. — Теперь о хорошем. Во-первых, я жив. Во-вторых, я увидел Прозрачного Бога и убедился, что обычное колдовство его не берет. А в-третьих, теперь со мной ты. Я скажу визирю, что ты влиятельная княгиня и… — он вздохнул, — чуть ли не невестка Маркеля. Тогда он внимательно тебя выслушает, и если ты посоветуешь сражаться — визирь будет сражаться. Наверное. А султан делает все, что решит визирь.
— Не доверяю я королям и султанам, — сказала Тиана. — И уж тем более визирям. У них вечно государственные интересы превыше всего.
— Ну и хорошо. Сейчас их интерес — защитить свой народ и трон.
Тиана вздохнула.
Ближе к дворцу они наткнулись на стражников, бездельничающих в тени деревьев. При виде Трикса они мало того, что вскочили, так еще и поклонились — его известность явно проникла во все слои населения. Один из стражников бросился во дворец, оповещать султана, двое других вызвались отвести их в комнаты для гостей.
Триксу не терпелось поговорить с Аблухаем, но заметив взгляды, которые стражники невольно бросали на Тиану, он заторопился в гостевые комнаты. Юная девушка в ночной рубашке, похоже, представляла собой слишком сильное зрелище для скромных самаршанских стражников.
— Это — прекрасная княгиня Тиана, будущая невестка короля Маркеля. Прикажите принести княгине достойную ее одежду, — велел Трикс, не вдаваясь в лишние объяснения.
Еще один стражник кинулся выполнять приказ, а третий, потупив взгляд, все-таки довел их до гостевой комнаты — просторного зала, с устланным коврами полом, разбросанными повсюду вышитыми подушками и низенькими столиками с фруктами.
— А мне — прохладной воды с лимоном, — попросил Трикс. Последний стражник убежал выполнять распоряжение.
Оставшись наедине, Трикс и Тиана почувствовали неожиданную неловкость. К счастью, через несколько мгновений в комнату вошли служанки, державшие в руках груды разноцветных одеяний. Цокая языками и неодобрительно поглядывая на Трикса, девушки увели Тиану в другую комнату. Трикс пожал плечами, отошел к окну и пробормотал:
— Я что? Я и не подумал, что Тиана неглиже… я вообще на нее не смотрел… почти.