Непорочность
Шрифт:
– Пожалуйста, не делай этого, Томми, разве о такой свободе ты мечтал?
– попыталась я остановить подопечного. Но через полтора часа, когда Лэйдер и Рейг сидели в баре "Преисподняя", я наблюдала заклеенную пластырем правую бровь второго. Ему сделали два отверстия, для более крупного кольца и металлического треугольника-серёжки.
– Отметим твою обновку?
– и снова этот опасный блеск в глазах Волка.
– Не...- поймав взгляд Лэйдера, говорящий "Рамки", парень осёкся, - Мне то же самое, что пьёшь ты, - он кивнул на огненную смесь.
– Нет парень, тебе, пожалуй,
И когда он выпил этот дурацкий стакан с мыслью о том, что это круто, я почувствовала себя побеждённой. Как добиться от него чего-то, если он совсем меня не слышит. Как вообще я могу выжить в этой ситуации? Я сидела на барной стойке и не отрывала взгляда от пьющего один за другим стаканы с крепким напитком Рейга. А вот ему становилось всё веселее и веселее, он говорил всякие глупости, его щёки порозовели. А вот я в тот момент чувствовала нарастающую пустоту внутри.
На третий день Томас Родфорд подрался. Наверное, это было связано с тем, что его разум окончательно помутился от похмелья. И подрался он из-за пустяка. Просто в школе его случайно толкнул один парень, спортсмен, если я не ошибаюсь. Новоиспечённый Рейг так взбесился, что буквально кинулся на парня. За что и получил по своей пирсингованной голове. Ещё бы он умел драться! Родфорда незамедлительно вызвали к директору, где он получил строгий выговор и был отстранён от занятий до понедельника.
Дома же Уитни сказала ему, что если он выйдет за порог дома, то больше может не возвращаться. Даже не смотря на всю любовь к своему дружку Лэйдеру, Рейг всё-таки остался дома в четверг, когда тот звал его на какую-то жутко крутую тусовку.
И, казалось бы, всё было вполне сносно, если бы в пятницу, когда подопечный заперся в ванной, я бы не почувствовала нечто ужасное, а именно какую-то апатию. Может быть, вам покажется, что нет ничего ужасного в равнодушности, но для меня, человека с довольно-таки боевым характером, просто сидеть невыносимо. А тут пока я ждала своего дорогого взбунтовавшегося подчинённого, я почувствовала именно это.
Перевернувшись на бок, я потянулась и неожиданно отметила, что мои руки приобрели несколько другой оттенок, нежели обычно, а именно зеленоватый, как стены в комнате Рейга. Присмотревшись ещё более внимательнее, я заорала так громко, что Джорджи, сидевшая в комнате с Верукой, тут же оказалась возле меня.
– Что с то...- она не договорила, скользнув по мне взглядом.
– Я, - слова отказывались слетать с губ. Я подняла перед лицом ладонь и взглянула на подругу, и через поверхность руки я увидела силуэт девушки.
– Началось, - прохрипела я, чувствуя апатию.
Джорджи крепко обняла меня и стала заклинать о том, что всё будет хорошо. А мне
– Что случилось?
– Верука, - виновато прикусила губу непорочность.
– Я постараюсь вернуться как можно скорее.
– Нет-нет, не надо, я хочу побыть одна, ты не представляешь как, - к концу фразы голос превратился в едва различимый шёпот.
– Обратись к Фросту, дорогая, одной тебе это не вытянуть, - бросив на меня сочувственный взгляд ярко-голубых глаз, девушка испарилась.
Я присела на кровати, было так странно видеть тёмное покрывало сквозь свои ноги. Теперь потёртая ткань моих обрезанных до шорт джинсов отдавала бордовым, такого цвета было покрывало, а через белую футболку едва проникал тёмный вечерний свет. Я была на первой стадии, обычно таковую сама непорочность не замечает. Но я заметила и теперь чувствую приближающуюся смерть.
– Идиот, какой же ты идиот, - я неожиданно почувствовала отчаянье, подкатившее к горлу. Но отчаянье было не на сто процентов сильным, ведь я уже потеряла часть себя. Мы перебрались в этот город всего неделю назад, а я уже провалила главную цель своего существования...Теперь не быть мне человеком, не чувствовать того, что чувствуют люди.
Рейг пришёл из ванной, я не стала поднимать на него глаза, я не желала видеть его, не желала знать его, разрушителя моей мечты.
– А ты ведь был мне так дорог, - прошептала я, - Пока не стал превращаться в одного из этой дьявольской троицы. И чем тебя вообще зацепил этот Волк? Ты мне не скажешь? Молчишь?
– я подняла усталый взгляд и чуть не закричала снова. Передо мной уже не стоял мой Томми, я чуть было не подумала, что передо мной предстал Лэйдер, так как от светлых волос моего подопечного не осталось и следа, они стали угольно-чёрными. Выглядит Рейг зловеще, волосы непривычного цвета он зачесал назад, брови сошлись на переносице, пирсинг на брови сверкал, на губах издевательская полуулыбка, облачён во всё чёрное...
– В кого ты превратился?
– прошептала я, обхватывая себя руками и чувствуя слабость.
– В кого я позволила тебе превратиться?
А ведь я была виновата не меньше, ведь это я вовремя не обратилась за помощью к Фросту...возомнила себя всезнающей, а теперь вот погибаю, теперь Рейг плотно засел в моём Томми и избавиться от него будет не так уж и просто. Но я надеялась, что ещё не поздно, надеялась, что ещё смогу всё исправить...
Закрыв глаза, я переместилась в штаб.
Глава 8
Такой непорочность Кайлу ещё никто не видел. Я устало плелась по коридору, а меня провожали поражённые взгляды. Никто не мог понять причину моей, так сказать, прозрачности. Ведь не было не единого тревожного звоночка, не единого слушка о том, что у меня что-то идёт не так. Слухи бы я как-то пережила, если бы рассказала о проблемах раньше, а вот изменения в подопечном я вряд ли переживу.
– Кайла!
– услышала я знакомый голос, до боли знакомый, который, увы, слабо отозвался в моём сердце. Повернувшись, я увидела светловолосого парня с синими глазами, это был Тимо, непорочность хорошего друга Томми.