Неполная перезагрузка
Шрифт:
Причем Александр не привлек к себе внимание даже в момент своей оцифровки, так как эта процедура проходила в весьма сжатые сроки, с большими очередями и измученные чиновники практически не глядя ни на человека, ни на его документы запихивали в сканеры документы. Компьютер же отказывался принимать документы только в том случае, если документы не соответствовали друг другу. У Александра такого несоответствия выявлено не было, и ему без вопросов поместили под кожу микрочип.
Правда, совсем затеряться все же не удалось.
Незадолго до своего столетнего юбилея в
Юлия не очень-то симпатичная тридцати шести летняя женщина была типичной мазохистской. Александр же давно не получавший никакого удовольствия от обычного полового акта, от скуки, все чаще соглашался играть роль садиста — все хоть какое-то разнообразие.
Телефонный звонок раздался, когда Юлия уже блаженно постанывая, старательно подставляла под удары свою задницу, а Александр разошелся не на шутку и орал на нее:
— Какая же ты дура, уродина и жопа у тебя как у макаки! Ох, что я с тобой сейчас сделаю! Пожалеешь, что на свет родилась!
— Да! — рявкнул в телефонную трубку Александр прекратив оскорблять и грозить Юлии, но, не прекратив обрабатывать плетью ее задницу.
— Александр Михайлович? — раздался незнакомый мужской голос в телефонной трубке.
— Слушаю, что надо?! — все еще не выйдя из роли садиста, грубо спросил Александр.
— Извините, если не вовремя. Это вас беспокоят с местного телеканала. Могли бы мы взять у вас интервью в связи с достижением вами столетнего возраста, — раздался в телефонной трубке слегка испуганный голос.
— Нет. Он не может, — после длительной паузы в замешательстве ответил Александр и от неожиданности даже прекратил стегать Юлию.
— А, вы, наверное, его родственник? Что он так плох?
— Да, совсем плохой.
— Очень жаль, но мы понимаем возраст ведь не шуточный. Придется обратиться к другому юбиляру. Еще раз извините за беспокойство, — участливо проговорил мужчина и отключился.
Александр облегченно вздохнул и застыл с телефонной трубкой в руках, уставившись не видящим взглядом на Юлину задницу.
— Ну, что встал. Давай продолжай. Ты же так все портишь, — недовольно проговорила, заждавшаяся продолжения Юлия.
— Закрой пасть, дура! Еще чего вякнешь, и я возьму свой ремень и выдеру тебя по-настоящему, так, что потом неделю сидеть не сможешь! — в раздражении накричал на нее в ответ Александр. И это прозвучало так серьезно, что Юлия поняла — эта угроза вовсе не является частью игры.
У Юлии с Александром проходил первый сеанс, и она осознавала, что, будучи прикованной к батарее, абсолютно беспомощна и понятия не имеет, на что способен ее новый партнер. Поэтому не на шутку испугавшаяся Юлия надолго замолчала, а Александр рассмеялся, представив себе, как перед видеокамерой дает интервью на фоне прикованной к батарее отопления голой Юлии с плетью в руках. В этой ситуации ничего не останется, как сказать,
Однако опасения Александра не сбылись, прятаться не пришлось. В следующий раз к нему позвонили с просьбой дать интервью лишь через двадцать лет. Видимо сменился журналист, отвечающий за рубрику. Во второй раз он избавился от журналиста так же без проблем тем же самым способом, как и в первый раз.
Больше его журналисты никогда не беспокоили. Александр посчитал, что это было связано с прекращением выдачи компьютером информации о нем. Видимо поисковая программа имела особенности, не позволяющие ей осуществлять поиск, далее какого то определенного возраста.
Был уже поздний вечер. В громадном кабинете непомерно большой площади и чрезмерно высоким потолком, уставленным массивной мебелью и обильно украшенном государственной символикой — флагами, гербами и прочими атрибутами власти, друг напротив друга за приставленным к массивному письменному столу столиком сидели двое мужчин.
Одному — хозяину кабинета на вид было лет восемьдесят. Хотя могло быть и больше, так как чувствовалось, что за здоровьем этого господина следили очень тщательно. Но, несмотря на наличие явных признаков пластических операций, все его лицо было покрыто глубокими морщинами, цвет кожи был землисто-темным. Волосы на голове были совсем редкими и седыми. Сама голова дрожала мелкой и частой дрожью. Впрочем, руки тоже заметно дрожали. Чувствовалось, что для того чтобы просто сидеть и удерживать свое внимание на собеседнике ему приходится затрачивать значительные усилия.
Второму — посетителю, на вид было лет сорок пять — пятьдесят. Его фигура для его возраста была достаточно стройной. Чувствовалось, что человек был энергичен и здоров, активно занимался спортом. И этим выгодно отличался от сидящей напротив состарившейся развалины.
В комнате больше подходившей для зала человек на двести, чем для кабинета эти двое вполне могли бы потеряться, если бы не сидели возле массивной настольной лампы — единственного действующего светильника в кабинете. Свет от настольной лампы был способен осветить лишь малую часть кабинета и обозначал место расположения собеседников.
— Николай Васильевич, я пригласил вас, чтобы дать вам одно не совсем обычное задание. Не совсем по профилю вашего ведомства, — скрипучим голосом проговорил старик, хозяин кабинета.
— Владимир Иванович, наша служба всегда готова к выполнению любых поручений, — почтительно выразил готовность к выполнению задания Николай Васильевич, какое бы оно ни было.
"Да этому прикажи Луну с неба достать, так будет прыгать до самой последней возможности. На него можно положиться", — подумал Владимир Иванович и сказал: