Непокорный трофей
Шрифт:
Глухой рык снова вырвался из горла, и ветер подхватил его и разнес над беззаботным Орлеем, едва Рем поднялся на крепостную стену.
Жалящие лучи полуденного солнца скользили по крышам домов, улицам, садам. Горожане прятались в тени деревьев, собирались у фонтана.
Пахло солью и раскаленным камнем. Но Торем словно не видел ничего.
Проклятье.
Нужно было успокоиться. Взять себя в руки. Но раз за разом перед глазами всплывало ее лицо.
Принц. Конечно же, ей нужен был принц… точно не Изгнанный из
– Торем! Торем, постой!
– ее голос пронесся где-то вдалеке.
– Торем, остановись! Прошу!
Рваный нервозный ветер доносил слова, ее дыхание, биение сердца, дурманящий аромат ее парфюма. Снова и снова взбудораживал оголенные инстинкты.
– Оставь меня сейчас в покое, Адриана!
– прорычал он, понимая, что просто не может сейчас думать трезво и спокойно.
– Ступай… прочь.
– Нет, - она и не подумала останавливаться.
– Ты ранен! Позволь мне осмотреть твою рану!
Торем бросил на нее немного озадаченный взгляд.
– Зачем? От такой пустяковой царапины мне ничего не будет. Но может, - его губы изогнулись в злой усмешке.
– тебе хотелось бы взглянуть на ранения другого мужчины - своего “жениха”?! Пока он еще не покинул эти стены. Ты же так заботливо оставила ему жизнь
– Нам не нужна война с Лертанией из-за вспыльчивости их принца! Вот почему я просила не убивать его!
Торем и сам понимал, что даже несмотря на то, что вызов бросил лертаниец - конфликта не избежать, если прольется кровь. Но что поделать с чувствами, раздирающими и противоречащими здравому смыслу?
– Только поэтому?
– фыркнул Рем, едва не скрипя зубами.
– Или все же есть иная причина?
– Иная?!
– принцесса остановилась, ее глаза сузились и голос стал сдавленным.
– По его милости я теперь прослыла шлюхой на все королевство. И не только Элехорию, похоже. Из-за его козней Тобиас едва не отправил меня на встречу с предками… как ты думаешь? Есть иная причина?! Ты считаешь, что я могу что-то чувствовать к этому человеку? Да что с тобой?
Торем резко выдохнул, снова обернувшись к Адриане. Приступ ревности сменило другое чувство.
В памяти вспыхнул образ исполосованной плетьми девушки, в которой едва теплилась искра жизни. И теперь он пожалел, что не поддался своему порыву. Что не избавил мир от этого ублюдка.
– На твоем месте я желал бы его смерти!
– уже спокойней заметил Торем, приблизившись к невесте и осторожно убрав с лица непослушную прядь волос. Чуть поддел подбородок, желая видеть ее глаза.
– Правители не имеют прав на чувства и желания. Этого меня учили с детства. И… Я желала лишь чтобы ты остался жив, - она сдавленно выдохнула и подняла взгляд. Ее зрачки расширились, дыхание сбилось, на щеках играл румянец.
– Джералд… он метил точно в шею. И никакие чары не спасут тебя от такого ранения.
Губы Торема против воли тронула улыбка.
Он запустил руку ей в волосы и быстро наклонился, намереваясь впиться в ее губы поцелуем, ловя ее дыхание и вдыхая ее запах. Но замер. Словно ожидал разрешения.
– Торем, какая цена?
– она проговорила едва слышно.
– Какая цена за эти чары?
Рем не это хотел от нее услышать. Точно не сейчас. Но отстранился и ответил уклончиво.
– Я скажу, но только после того, как ты расскажешь, что за видения тебя посещают? Правду ли говорят, что ты предсказываешь смерть других людей?
Замерла, ощущая как кровь приливает к щекам. Одним вопросом он выбил из меня весь дух. И он, конечно же, заметил мою заминку. Смотрел в упор, не моргая. И на дне его темных зрачков будто тлели угольки, заставляя сердце бешено биться в груди.
«Дар сокровище или проклятие... Ты можешь обмануть саму судьбу. Но бойся! Он придет за тобой! И твой дар станет опасным оружием в его руках! Ты видящая смерть...» - глухой голос старухи пронесся напоминанием. Конечно же, Кнут рассказал Торему. И то, что я изменила судьбу пирея Талиса стало лишь подтверждением...
Дар - сокровище? Проклятие? Не важно. Главное не стать оружием в чужих руках. И даже в его руках...
Я отступила назад. Обхватила ладонью каменный парапет, устремив взгляд в сторону моря, но все же заговорила:
– Вижу больше, чем хотелось бы.
– обронила я, осторожно подбирая слова, и собственный голос показался мне чужим.
– Ты веришь в судьбу, Торем? В то, что все предначертано? Или считаешь, что жизненный путь зависит только лишь от человека? От его желаний, стремлений, действий?
Он помолчал, словно обдумывал ответ на мой вопрос, чтобы не ошибиться, не сказать что-то не то.
– Я верю, что воля богов на стороне сильного, - спокойно начал он.
– Невозможно получить от жизни все, чего хочешь, если сидеть сложа руки. Если бы я полностью полагался на судьбу, то сгинул бы в ледяных пустошах еще юнцом. Другое дело, что мне пришлось расплатиться за то, что обманул волю богов.
– Ты обманул судьбу. И не раз… Так чем же ты расплатился?
– вскинула взгляд, ожидая услышать ответ. И сердце замерло.
– Ты не ответила мне, - вскинув бровь, отметил Торем.
– Но давай поиграем в правду, Адриана. Откровение за откровение. Согласна?
– Хорошо, - осторожно кивнула.
– В таком случае, я начну первым, - кивнул Изгнанник, глядя мне прямо в глаза.
– Цена моего бессмертия - душа! Я теряю часть души, с каждой смертью. И однажды, потеряю ее полностью.
На мгновение все слова застряли в горле. Что? Душа?! Темное колдовство, возвращающее его к жизни, забирает саму его сущность. И кем он станет? В кого превратится?! И как я теперь могла ему довериться?