Непобедимый
Шрифт:
И как ему из этого выбраться?
Кейси отвела его к спортивному залу. Но вместо того, чтобы войти туда, она увлекла его в маленькую комнату, в которой хранились торговые автоматы, и таким образом у них было подобие уединения от прибывающих в школу учеников.
— Ты в порядке? — беспокойство в ее голосе смутило его. Если бы он не был уверен в противоположном, то решил бы, что у нее действительно были к нему чувства, но это было невозможно.
— Ага, а что?
Когда она оглянулась на офис Девюса, в ее глазах
— Я думала, он собирается ударить тебя, Ник. Что ты ему сделал?
Как будто он такой дурак на это отвечать… Ну, хотя иногда он и творил глупости.
Но не сегодня.
— Да ничего.
— Ник, — пожурила она его, — это не ничего. Это была чистая, кошмарная ярость и тебе повезло, что он повторно не сломал твою руку.
Он залечивал вовсе не перелом. Его подстрелили, но он не собирался ее в это посвящать, поэтому постарался уйти от нее. Но прежде чем смог, она засунула руку ему в карман. А затем он увидел, как она вытащила листок и начала его читать.
Его желудок сжался, и он попытался его отнять.
— Отдай это.
Она двигалась как трехлетняя девочка, которая не давала родителям забрать игрушку.
— Что это?
Разгневанный и уставший, он перестал преследовать ее. Она все равно уворачивалась. И от этого он становился еще злее.
— Это мое. А теперь верни мне его.
Она приподняла бровь.
— Да брось ты, там ничего такого.
— Ничего? — спросила он с сомнением. — Там очень много… значительных вещей. Кольцо выпускника Стоуна? Ты представляешь, сколько его родители заплатили за него? Представители фирмы по продаже колец даже позвонили его отцу, чтобы убедиться, что это была не ошибка, и они действительно собираются заказать что-то настолько дорогое.
Ник зашипел на нее.
— Не говори об этом громко. Ладно?
Она подошла к нему и понизила голос.
— Ник, скажи мне, что происходит, или я пойду к директору. Клянусь.
Ну да, это как раз то, что ему было нужно. Он мог легко представить себе сценарий развития событий.
НИК: Да, Мистер Дик, это список вещей, которые я должен украсть, их дал мне тренер. Если я этого не сделаю, он убьет меня. (Звучало отстойно даже для него. Представьте, как это будет звучать для того, кто его действительно ненавидел.)
ТРЕНЕР: Готье — мерзкий врун. Вы знаете ему подобных? Они рождаются бесполезными ворами.
ДИРЕКТОР: Да, они все продуманные подонки, которые украдут все, что не прибито гвоздями.
ТРЕНЕР: Позвольте мне вызвать полицию.
ДИРЕКТОР: Хорошо. А я пока посижу и присмотрю за ним.
Ну да, у этой пьесы могло быть несколько вариаций. Но неважно
Он умирает в тюрьме.
Нет уж, спасибо.
— Кейси… — он снова постарался уговорить ее быть разумнее. — Это между мной и тренером. Забудь об этом и отдай мне листок.
Она втянула воздух сквозь сжатые зубы и убрала листок подальше от него.
— Не уверена, что получится. Особенно, когда я вижу нечто, похожее на список покупок, и не думай, что я в этом ничего не понимаю.
Конечно, понимала. Она жила шопингом.
«Я пропал».
— Пожалуйста. Умоляю, забудь об этом.
— Почему?
Единственным выбором оставалось быть хоть немного честным с ней.
— Потому что если не забудешь, у меня будут большие неприятности.
И к утру я буду мертв.
От этой мысли его передернуло.
Она уставилась на него, словно сомневалась, верить или нет.
— Что-то мне подсказывает, что у тебя уже итак большие неприятности. Тренер хочет, чтобы ты украл это для него?
Челюсть Ника отпала, когда она неожиданно произнесла это.
— Что?
Она склонила голову к плечу.
— Знаешь, что я не настолько глупая, как ты думаешь? Но когда все так считают, то ты удивишься, о чем они станут говорить рядом с тобой.
— Как, например, кто еще ворует для него?
Она кивнула.
— Я подслушала, как они разговаривали об этом несколько дней назад.
Его сердце подпрыгнула от мысли, что кто-то может подтвердить его историю перед директором. Если его спину будут прикрывать несколько учеников, то он, возможно, сможет привлечь тренера к ответу.
— Кто?
— Дейв и Барри.
Его желудок ухнул вниз. Плохо. Очень плохо.
— Барри Торнтон?
Она кивнула.
Оба мертвы. О да, теперь в этом появился смысл. Тренер воспользовался кем смог, а затем убрал их, чтобы они не доложили на него. Не удивительно, что Эш сказал, что атака какая-то неправильная.
Она такой и была.
Это была всего лишь жестокость труса, пытавшегося прикрыть свои делишки. Вот собака…
— Знаешь кого-нибудь еще? — спросил он, пытаясь хоть как-то спасти свой план.
— Нет, только их, — черт, она снова разрушила его надежды.
Неожиданно, ее глаза расширились.
— Ты же не думаешь, что он как-то причастен к их смертям?
Он был уверен, но без доказательств он не собирался трубить об этом на всю школу.
— Почему ты об это подумала?
— Ну, они воровали для него, а теперь они оба мертвы. К какому заключению еще я могла прийти?
И Ник попал в эту переделку, и возможно он тоже скоро себя погубит.
Он захотел заскулить, когда осознал неизбежность этого. Он умрет бедным, унылым девственником…