Неожиданность
Шрифт:
Он отмахнулся рукой от ненужных подробностей.
— Карлицы или высоченные есть? Толстухи и иссохшие, как щепки?
— Обычные женщины.
— Сошью. Когда нужно сделать?
— Не торопись, до зимы еще далеко. А что, шкурки такие же жесткие и кособокие останутся?
— Подольше отмочим, хорошенько растянем, станут отличные. Очень тяжело заниматься с такими, что также толком не выделаны, брошены в сундуках на несколько лет. Вот с теми морока! Иной раз бьешься, бьешься, плюнешь и выкинешь. А эти еще заструятся! Правда, ненадолго. Не ноский очень мех, самый
— А соболь как? — вспомнил я дар Лениного папаши.
— Почти как выдра.
Купчина богат! И единственную дочку, шмыгнувшую без родительского благословения с бандитом-ушкуйником, видимо, сильно любит. Вдобавок, разбойник остепенился, приобрел лесопилку, занимается приличным делом. В чужие края бегать убивать, слава богу, перестал. И внуки уже на подходе. Чего еще желать немолодому уже человеку?
— Не знаю, хватит ли шкур, прикинуть надо.
— Если из этих сшить не удастся, купишь на рынке нужное число шкурок. Они, поди, недорогие?
— В цену грязи.
— Денег не жалей, отсыпь рублей из полученных за проданные кареты. Бери товар самый лучший, что б был заяц из зайцев — я не обедняю, а хороших людей нужно уважить.
Простились, и я пошел в сторону дома. В темноте на лошади убьешься. Устал сегодня, как собака. Никаких глупостей ночью не осилю. Правда, и Забаву тоже не одолею…
Кину левую отмазку: дескать моему семени, полученному вчера для продолжения рода богатырей, нужно в женщине обжиться, и не дай бог, затеет кто чего (не будем показывать пальцем на виновницу избыточного торжества, превосходящего обычные человеческие силы) — все труды насмарку! И долго, как на выжженной земле, ничего не привьется…
Так и тешил себя сладкими иллюзиями до самого дома. А у ворот увидел Забаву, на которую кричали два богато одетых боярина с мечами на боках, держащие трех коней в поводу. Сцену озарял факел в боярской руке.
— Куда твой певчий делся?! Там наш князь пропадает!!!
Глава 10
Во дворе бесилась Марфа. Идеи поесть от души и отдохнуть в покое, можно было отбрасывать. Ночь предстоит напряженная. Может, знатные с жиру бесятся, выслужиться хотят? А Мстислав ножку подвернул, или пальчик порезал, да мало ли какая мелочь с человеком может случиться? Подлечить быстро, и к жене, под теплый бочок…
Увидев меня, бояре взвыли:
— Поскакали в терем, быстро! Ты же певец, который немца резал?
Хотелось ответить: певец, купец и лекарец, но судя по их напряженным лицам, не время сейчас для шуток.
— Что с князем?
— Не спрашивай, скорей надо! Рана у князя! Прыгай быстро на коня!
Вспомнилась служба в «Скорой помощи». Остановят меня на улице, кричат: с человеком плохо! Лечи скорей! А что лечить? Зримых ран нет. Упал бедняга от инфаркта или машина сшибла и уехала? Лечится по-разному, возится в совершенно различные стационары. А если он просто выпил лишнего, сваливается милиции, вон два сержантика стоят, моргают. А спросишь, орут, как на рынке! Давай
И здесь то же самое кино, древнерусский вариант. А рана ране рознь! Пришлось использовать метод из прошлой жизни. Грубо рыкнул:
— Не орать! Лечу по-разному! Надо точно знать, что с собой брать!
— Да мы тебе все дадим! — давили боярские морды.
— Кетгут давай! Чистотел неси! Ланцетную иглу не забудь! Тампоны приготовь!
Умолкли, разинули рты.
— А чего это все такое? — неуверенно спросил более молодой, — чего есть, все с собой тащи…
— До утра буду складываться, — пригрозил я, — князь у нас, чего двужильный, все переживет?
Вроде дело пошло на лад. Торопливо, перебивая друг друга, стали излагать. Князь на охоте был, осенью по овсам в сумерках надо медведя в засаде караулить. Лаек с собой не берут — пустобрехом спугнут зверя. А косолапый охотников учуял раньше, чем они его увидели, нюх у него лучше, чем у любой собаки, и вместо того, чтобы в лес улизнуть, на людей бросился. А бегает он при нужде быстрее любой лошади. Схватил лапищами Мстислава, порвал ему живот, кишки наружу. Кровищи — страсть! Не доживет, наверное, князь до утра…
Я метнулся в дом. Схватил сумку с оборудованием, оставшимся после операции, сделанной Вильгельму и понесся назад.
Дела были очень плохи! Сильное кровотечение может убить государя очень быстро, пока мы тут катаемся. Даже если застану его еще живым, перевяжу крупные сосуды, чем могу помочь при сильной кровопотере несовместимой с жизнью? А возместить ее не получится. Капельницы нет, крови нужной группы или ее заменителей тоже нет.
А если у Мстислава порван кишечник, да еще и в нескольких местах, и его содержимое вылилось в брюшную полость? Страшнейший перитонит обеспечен, выжить от которого практически нет ни единого шанса.
Правда, бояре немножко успокоили: петли кишечника выпали наружу. Теперь промоем чем-нибудь, да хоть просто кипяченой водой, ушьем и вправим назад.
Чистотелом нельзя, обожжем все напрочь. Кетгута хватит, с большим запасом брал. Иголки у меня, конечно, не ланцетные, не режущие, не колющие, а обычные, но с изрядным изгибом, как и положено. С моим навыком ушьем и такими.
Тряпок, чтобы промокнуть кровь, у меня хватит. Ножницы в наличии. Если ситуация не очень плохая, постараюсь помочь. Ну, а если очень плоха, тем более. Будем биться до последнего!
Запрыгнул в седло боярского коня, свои лошади за день устали, крикнул жене:
— На ночь не жди! — и мы понеслись по ночному Новгороду. Молодой крикнул:
— Ты не волнуйся! Мы, что смогли, сделали! Кишки назад засунули!
Я аж застонал от впечатлений! Шарахнуть каловые массы в брюшную полость! Хуже напакостить они, пожалуй, не могли…
В голове всплыла вычитанная в Википедии история, о том, что, когда Мстислава порвал медведь, пришел юноша, похожий на святого Пантелеймона, и князя вылечил. Я, конечно, не святой, но тоже достаточно ловок. На душе стало гораздо спокойнее — сам не справлюсь, Пантелеймон поможет!