Неотразимый
Шрифт:
— И вам бы это доставило удовольствие?
Дженифер не отрывала от него взгляда.
— Больше всего на свете! — тихо сказала она. У Куина перехватило дыхание. Он сделал пару шагов в ее сторону. Неужели все это не сон?
— Дженифер!
— Да?
Куин чувствовал, как растет в ней напряженность. Или ему показалось? Он преодолел те несколько шагов, что отделяли их друг от друга. Затем обхватил ее и прижал к себе что есть силы. Он понимал, что ей трудно дышать, но не мог выпустить ее из объятий. Заставив наконец себя ослабить хватку, он
— О Боже! Дженифер! Как мне не хватало тебя! Как не хватало! Мне казалось, я умру без тебя! — прошептал он, задыхаясь.
Ее руки крепко обняли его за талию.
— Мне тоже тебя не хватало, Куин. Ты даже не представляешь. Я так боялась, что тебя убили. В Ширане боялась спрашивать, а здесь, в Штатах, не знала, к кому обратиться.
Губы Куина прервали ее. Он хотел без слов выразить свое чувство, чтобы она поняла, как ему не хватало ее, как он был одинок.
Не выпуская Дженифер из объятий, Куин повлек ее за собой к дивану. Он лег рядом с ней, прижимая ее к себе. Он готов был лежать так целую вечность. Ни о чем другом он уже не думал. Будущее не имело никакого значения, раз настоящее у него в руках.
Он ощутил пальчики Дженифер, которые расстегивали ему рубашку, и слегка отстранился.
— Любовь моя, ты сама не понимаешь, чего ты хочешь!
— Понимаю! Я хочу, чтобы ты обнимал меня. Хочу, чтобы ты любил меня, и хочу любить тебя! Хочу заново пережить то смертельно прекрасное, что мы с тобой испытали. Хочу убедиться, что память меня не обманывает.
Она расстегнула рубашку Куина и стала целовать его шею, потом провела рукой по груди, словно заново изучая любимое тело.
От ее прикосновений Куин содрогался всем телом. Как он ее хорошо понимал. Ведь он думал и чувствовал точно так же.
Неожиданно она поднялась и села. Куин открыл глаза. Дженифер встала и протянула ему руку. Он обежал взглядом комнату и понял, что если он не уйдет тотчас, то пойдет следом за этой женщиной.
Он знал, что не уйдет.
Он встал и принял ее руку. Дженифер вознаградила его ослепительной улыбкой. Она провела его в коридор, останавливаясь время от времени, чтобы выключить свет. Приложив пальчик к губам, она довела его до конца коридора. Здесь она отворила дверь и остановилась, пропуская его. Он вошел в просторную, обставленную шикарной мебелью спальню. Около кровати горел маленький ночник.
— Не сравнить с моей спальней, — произнес Куин хриплым голосом.
Она подошла к нему и, не говоря ни слова, крепко обняла его.
Представляла ли она, что он испытывает? Прежде ему не случалось быть в подобной ситуации. Она предложила ему войти в ее жизнь, стать ее неотъемлемой частью.
Куину показалось, что он совершил прыжок в черную бездну. Что будет дальше, он не знал.
Но сейчас, держа в объятиях Дженифер, он ничего не боялся.
Руки Куина скользнули под ее свитер. Лифчика на ней не оказалось. Он взял ее за груди, словно иначе и быть не могло. Ему хотелось видеть их. Он стащил с нее свитер и отбросил в сторону. Склонившись,
— Куин! — прошептала она, задрожав всем телом.
— Да?
— У меня ноги подкашиваются, — призналась Дженифер.
Он понимал ее. Он опустился на край кровати — рубашка его была расстегнута до самого пояса — и притянул ее к себе. Дрожащими руками он расстегнул молнию на ее джинсах, они скользнули вниз. Из уст Дженифер вырвался сладкий стон.
Он притянул ее к себе, она стала лихорадочно расстегивать ремень Куина. Он усмехнулся, затем встал и снял брюки, ухитрившись сложить их и повесить на стул. Затем он проворно освободился от остальных принадлежностей своего туалета. Дженифер лежа наблюдала за ним.
— Никогда не мечтала, что увижу тебя в своей спальне, — сказала она.
Он выпрямился рядом с ней.
— Сам не думал, что когда-нибудь окажусь здесь.
Ее пальцы ласкали его. Дрожь пробежала по телу Куина. Когда же она прижалась к нему, ему пришлось сжать зубы, чтобы сдержать стон. Как давно он не испытывал подобного! Как давно!
— Я не спала по ночам, мечтая обо всем, что могло бы быть между нами, — прошептала Дженифер. Ее волосы рассыпались на груди у Куина.
— Мне это знакомо.
Она улыбнулась. Затем опустила голову ниже, на живот, и, не успокоившись, прикоснулась губами к самому сокровенному. Он не был готов к этому. Ее волосы, словно шатер, закрывали ее от Куина.
— Дженифер!
Она не могла остановиться. Ему казалось, он теряет рассудок. Не в силах больше сдерживаться, он поднял ее и положил на себя.
Дженифер не знала устали. Казалось, она боится, как бы он не вздумал взять себя в руки. Зря боялась. Весь во власти ощущений, которые она пробудила в нем, он мог только отвечать на каждое ее движение. Страсть выплеснулась наружу, и, подобно фейерверку в честь Четвертого июля, рассыпалась на кусочки света и цвета, медленно опускаясь на бренную землю.
Уставшие и счастливые, они лежали рядом. Куин поглаживал волосы Дженифер, играя с ними. Первый раз за весь год он обрел спокойствие — успокоение души и тела.
— Ты не можешь представить, как сильно я тебя люблю, — произнес через некоторое время Куин срывающимся голосом.
Она подняла голову и посмотрела на него.
— Правда, Куин?
— Я в жизни никого так не любил! Мне даже страшно от такой любви.
— Почему страшно?
— Потому что я не знаю, что с ней делать. Она поглотила меня целиком.
— Может быть, тебе не будет так страшно, если я признаюсь в том же самом?
Они лежали бок о бок, касаясь друг друга ногами.
— Мне трудно в это поверить.
— Почему? Ты же такой… тебя нельзя не любить.
Куин покачал головой.
Она поцеловала его в подбородок.
— У тебя красивые черты лица. Ты знаешь об этом? Волевой подбородок, слегка раздвоенный. — Она коснулась подбородка Куина. — И ямочки на щеках! — продолжала она, проводя рукой по его лицу. Он усмехнулся.