Неотразимый

Валентэ Лили

— Привет. Я приехала, как только смогла, — запыхавшаяся Эдди появляется в дверях, наморщив лоб. — Ты как?

— Беременна, — указываю на ряд палочек с двумя розовыми полосками, выложенными на стойке.

Эдди удивленно поднимает брови.

— Ты сделала семь тестов.

— Я сделала семь тестов, — эхом повторяю я. — Невероятно, как много мочи можно из себя выдавить, когда по-настоящему мотивирован.

Эдди тихо смеется, качая головой, продолжая изучать следы моего безумия.

— И правда, розовые полоски.

— От твоего очевидного заявления мне

действительно стало спокойнее, Эдди, — говорю я, и впервые на моем лице появляется некое подобие улыбки.

— Прости, — она поворачивается ко мне. — Я не знаю, что сказать. Последний раз, когда подобное произошло с моей подругой, нам было по шестнадцать лет и ей необходимо было обратиться в клинику. У тебя есть какие-то соображения на этот счет?

Я качаю головой.

— У меня не было возможности подумать об этом. Пытаюсь понять, когда это произошло.

— Пару недель назад, — говорит Эдди, присаживаясь на плитку рядом со мной и прислоняясь спиной к ванной. — Линии не были бы такими четкими, если бы это случилось недавно.

— Вероятно, это был тот первый раз, — я опускаю голову на руки. — Боже, какая я идиотка. Почему я не проверила свою спираль? Джейк хотел использовать презерватив, но я пообещала, что все будет хорошо.

Эдди гладит меня по спине и обнимает за плечи.

— Мы все совершаем ошибки. Особенно в жаркие моменты. В подобных ситуациях сложно сосредоточиться.

— А что, если он разозлится? — я поднимаю голову, вспышка страха накрывает меня, проносясь через паническое настроение. — Что, если он отправит меня на аборт? Не думаю, что смогу. Я же начала влюбляться, понимаешь? Даже не смотря на страх.

— Он может разозлиться, это его право, но выбор — рожать или нет — за тобой, — говорит Эдди, в ее тоне слышится сталь. — Никто не смеет заставить тебя. Твое тело — твое решение.

Я сглатываю, киваю, пока напряжение в груди отступает.

— Верно. И если он не захочет ребенка, я не потребую с него алиментов. Смогу сама вырастить ее, и обещаю не тревожить его. Я просто буду любить ее так, чтобы восполнить обоих родителей, и все будет хорошо. Верно?

— Верно, — соглашается Эдди. — С ней все будет хорошо.

Я морщусь, прикусываю губу, чтобы сохранить самообладание. Я взрослая женщина, мне все по плечу. Ничто не заставит меня плакать, особенно когда все могло быть намного хуже. По крайней мере, у меня есть средства, чтобы поднять ребенка в одиночку. Много мамочек не имеют возможности купить ребенку еды или, как мама Джейка, не могут обратиться за медицинской помощью. А я не одна. У меня есть друзья и Хиллари, которая станет прекрасной бабушкой, хоть и приемной.

— …По крайней мере. это должно сработать. Просто подожди и увидишь, хорошо? — говорит Эдди, наклоняясь и пытаясь уловить мой взгляд.

Я моргаю.

— Прости. Кажется, я пропустила большую часть из того, что ты говорила. Потерялась в собственных мыслях.

Эдди улыбается.

— Понятно. Так я и подумала, когда вышла из лифта и заметила, что у тебя дверь нараспашку.

— Правда? — говорю я, ругаясь под нос, когда она кивает. —

Должно быть забыла закрыть ее, когда вернулась из аптеки. Это не очень хороший показатель меня, как ответственного родителя, да? Неужели я стану одной из тех мамочек, что забывают об отмененной тренировке по футболу и оставляют ребенка одного под дождем? Я всегда забываю про зонтики. Вот почему у меня дома сотня чертовых зонтиков в шкафу. Каждый раз я покупаю новый, когда начинается дождь. И как мне теперь помнить про зонты для двоих, когда я про один-то забываю.

— Не стоит так далеко загадывать сейчас, — тихо говорит Эдди. — И не волнуйся о зонтах. Такой прекрасный день для прогулки. Так почему бы нам не выпить чаю и поговорить на залитой солнцем кухне? Или сходить прогуляться, если хочешь. Прогулявшись, можно решить многие проблемы. Ты так не считаешь?

— Чай и прогулка? — спрашиваю я тихим голосом.

— Отлично! — соглашается Эдди. — Пойду, поставлю чайник.

Я тянусь к ней, беру за руку и пожимаю.

— Спасибо.

— Все хорошо, — с улыбкой говорит она. — Ты справишься, Шэйн. А я помогу, чем смогу.

— Спасибо, — я шмыгаю носом, отгоняя застилающие глаза слезы. — Дай мне умыться и спрятать улики, а затем я соберусь.

Эдди встает, проводит руками по своим черным льняным брюкам.

— Звучит отлично. Я поставлю чайник, затем позвоню Элоиз и предупрежу, что задержусь здесь. Я сказала ей, что ты плохо себя чувствуешь, но никакой конкретики.

— Спасибо тебе, — говорю я, со вздохом поднимаясь на ноги. — Я хочу сохранить это в тайне, пока не придумаю, как рассказать Джейку.

— Он еще не вернулся? — уточняет Эдди, задержавшись в дверях. — Игра «Рэйнджерс» и «Рэд Вингс» прошла в Детройте вчера?

— Да, но он вернется завтра утром и приедет прямиком сюда. Так что я скажу ему лично, а не стану объяснять по телефону.

Эдди напевает, задумчиво кивая себе.

— Он приедет прямо сюда, потому что соскучился по тебе.

— Да, — говорю я, думая о непрекращающемся потоке сообщений от Джейка с подтекстом «не могу дождаться, когда окажусь с тобой», и улыбаюсь.

— Не хочу относиться к этому так легкомысленно, потому что это ответственность и придется многое переосмыслить, тем более на таком раннем этапе отношений, — говорит Эдди, — но чутье подсказывает мне, что все получится. У вас с Джейком есть что-то. Я считала, что «летящие искры» — всего лишь выражение, пока не увидела вас двоих. И эта связь не только на физическом уровне.

— Это не так, — я прикусываю нижнюю губу. — Но мы все еще на ранней стадии. Сложно представить, как он отреагирует на такие новости, и пока я не узнаю… Не хочу обнадеживать себя, понимаешь? Или вовсе надеяться на что-то.

Эдди кивает.

— Понимаю. Посмотрю, нет ли у тебя чая без кофеина.

Я скорчиваю гримасу.

— Черт. Нет. Мне нужны хорошие вещи, особенно если мы собираемся прогуляться.

— Слишком много кофеина вредно для ребенка, — через плечо бросает Эдди, перемещаясь по кухне. — Тебе придется отказаться от устриц и суши. И горячих ванн.