Неотразимый дикарь
Шрифт:
— Что это за место? — спросила Памела, невольно переходя на почтительный шепот.
— Именно здесь почти полтора века назад клан Макфарланов дал последний бой армии Кромвеля, — услышала она задумчивый баритон Коннора. — Не желая сдавать крепость врагу, они сами взорвали ее. Установили пороховые заряды и строем ушли на тот свет, играя на волынках прощальную мелодию.
Памеле хотелось плакать от этой трагической истории.
— Ты один из этих Макфарланов? Это был твой клан?
Облако, на мгновение, закрывшее луну, бросило тень на лицо Коннора.
— Боюсь, моему деду не хватало отваги
По спине Памелы побежала дрожь. Никогда в жизни ей еще не приходилось слышать слово «английский», произнесенное с таким ледяным презрением. Ей захотелось вонзить каблуки в бока коня и умчаться прочь от этого места и странного разбойника, но тут вынырнувшая из-за тучи луна осветила его настороженное лицо.
— Итак, мы на месте, — сухо сказал он. — Чувствуйте себя как дома. Я бы помог вам спешиться, но… — Он пожал широкими плечами, намекая на связанные за спиной руки.
— Ничего страшного, мы сами справимся, — торопливо заверила его Памела, перекидывая одну ногу через шею коня и соскальзывая на землю.
Если бы Коннор не шагнул вперед и не удержал ее своим телом, она бы наверняка просто шлепнулась на землю. Она совсем забыла, что ее ноги затекли от непривычно долгой езды верхом и не сразу обретут способность удерживать свою хозяйку в вертикальном положении. Памела инстинктивно схватилась за рубашку Коннора, ощутив под пальцами его твердые грудные мышцы. На память ей тут же пришли те сладостные мгновения возле кареты, когда она упиралась ладонями в его грудь, а он жадно целовал ее.
— Спасибо, — пробормотала она, не поднимая глаз, потом с усилием отодвинулась от него. Порыв ветра выхватил из ее прически несколько прядей и прижал их к ее лицу. — Неудивительно, что вы, шотландцы, такой крепкий и бодрый народ. В противном случае вы бы просто не выжили в таком климате.
— Как только ты выпьешь капельку крепкого шотландского виски, ты поймешь, что этот ветер — всего лишь дыхание Всевышнего у твоей щеки.
Прикрыв глаза, он молча смотрел, как Памела протянула руки к Софи, надеясь спасти сестру от неловкого приземления. Как только та благополучно спешилась, в руке Памелы появился маленький дамский пистолет, который она без колебаний снова направила в грудь разбойнику. Что касается его пистолета, он был надежно спрятан в седельной сумке.
— Ведите нас в дом, сэр, — приказала она.
— С превеликим удовольствием, — усмехнулся он, с иронией отвешивая ей поклон и направляясь куда-то в сторону.
Сестры последовали за ним.
— Ты уверена, что мы не совершаем ужасную ошибку? — дрожащим голосом спросила Софи.
— Нет, не уверена, — прошептала Памела в ответ, чувствуя, как в душе растет волнение и страх.
Они шли по узкой, заросшей травой тропинке, которая с каждым шагом приближала их к бушующему морю. Сначала Памела решила, что он собирается провести их прямо по краю утеса, но в последнюю минуту Коннор свернул в сторону, под какую-то каменную арку, за которой оказалась широкая каменная лестница. Она вела куда-то вниз, чуть ли не под землю.
— Смотрите под ноги, — предостерег девушек горец. — Если одна из вас начнет падать, я не смогу помочь.
Он
По мере того как они спускались все ниже и ниже, рев ветра становился все слабее и слабее, а потом и вовсе стих. Наступила давящая тишина, нарушаемая только звуком редких капель воды и их собственного прерывистого дыхания.
Они спускались довольно долго, когда Памела заметила впереди слабый свет. Разбойник остановился и подождал, пока сестры не поравнялись с ним. Потом он кивнул в сторону широкой дубовой двери, утопленной в каменной стене:
— Придется тебе самой открыть эту дверь.
Памела взялась заледеневшими пальцами за железную ручку и толкнула дверь, которая открылась с неожиданной легкостью, приглашая путников войти.
Памела не раздумывая вошла в относительно теплое и светлое помещение, которое оказалось вовсе не загаженной крысами тюрьмой, как она опасалась, а заброшенным подвалом. У противоположной стены в каменном очаге потрескивал огонь. Девушка облегченно вздохнула. Длинная комната с низкими потолками показалась ей не только теплой и сухой, но даже уютной и приветливой.
И тут в полутьме раздались звонкие щелчки от взводимых курков десятка пистолетов. Потом из всех темных углов друг за другом стали выходить мужчины с пистолетами в руках. В их глазах читалась примитивная похоть, губы кривились жадными ухмылками.
В ухе самого огромного разбойника красовалось серебряное кольцо, на голой загорелой груди был распахнут кожаный жилет без всякого намека на рубашку. Он оглядел сестер веселым взглядом, от которого кровь стыла в жилах.
Толстые мясистые губы здоровяка изобразили подобие улыбки, приоткрыв золотой передний зуб.
— Вот это да, Коннор! Кого это ты привел к нам сегодня? Проституток или невест?
Глава 4
— Ни тех и ни других, — ответил Коннор, с неожиданной легкостью высвобождая руки, словно они были связаны не веревкой, а шелковой лентой. Потом он точным движением забрал пистолет из рук остолбеневшей Памелы. — Если вам нужны проститутки, придется самостоятельно поохотиться.
Все еще, не до конца веря в реальность происходящего, Памела с открытым от изумления ртом смотрела на Коннора. Тот, засунув ее пистолет себе за пояс, деликатно прикрыл ей рот, одним пальцем приподняв подбородок.
— Не вини себя, лапочка. Однажды я использовал свое мастерство в развязывании узлов, когда очутился в руках палача, а уж его узлы, можешь мне поверить, были куда крепче твоих.
Памела принялась возмущаться. Она и сама не понимала, почему ее так взбесил хитроумный поступок горца, избежавшего похищения и, более того, сумевшего заманить своих незадачливых похитительниц в самую настоящую ловушку.
— Какой же ты… ты…
— Мерзавец? — подсказал ей кто-то из разбойников.
— Негодяй? — предложил свой вариант другой.