Неомифы
Шрифт:
С неба спикировал Эдгар, примостился на плече.
– Ты что, обалдел, контейнер с перьями?! Тяжёлый, блин, как крылатый слон!
Она согнала ворона, и тот опустился на спинку лавочки. Сложил крылья, издал форсированное «кар-р».
– Ну что тебе?!
Нога в ботинке, торчащая из-под лавки, наконец привлекла внимание Маргаритки. Снизу раздавалось усиливаемое ночной тишиной сиплое дыхание.
«Очередной бродяга, что любит с утра пораньше упиваться настойкой боярышника до зелёных чёртиков, – поняла Маргаритка. – Увидели
– Эй, уважаемый.
Она пнула ботинок. Его владелец даже не дёрнулся. Недолго думая, девушка что есть силы вдарила по ноге – оторванная в области голени конечность выскочила из-под лавочки, будто футбольный мяч. Парочка мух взлетела, прожужжала короткое ругательство и вернулась к трапезе; их подружки продолжали сидеть как сидели.
– Матерь божья! Совсем допились! – воскликнула Маргаритка, имея в виду то, что осталось от бездомного.
Доносившееся из-под лавки дыхание усилилось и оборвалось шумным выдохом, к которому добавилась истеричная женская речь:
– Мерзкая-мерзкая вонь! Невыносимо, фу!
– Согласна… – подтвердили вторым, очень похожим на первый голоском. – Меня… сейчас… сто… шнит…
– Только не на меня! – воскликнул голос номер три. – Знаешь, сколько эти туфли стоят?!
– Заткнитесь, придурочные! – прикрикнул тот, кто изъяснялся первым. – Хотите, чтобы по нашу душу приковыляли милые разлагающиеся ухажёры?!
Маргаритка снова хмыкнула, теперь многозначительно. И почему она не удивлена?
– Значит, наши в городе? – обратилась девушка к голосам под лавкой. – То бишь зомби.
– М-м-м… Маргоша?.. Привет.
Чистящий перья Эдгар отвлёкся, чтобы каркающе поздороваться.
– Ну, доброй ночи, – саркастически вымолвила некромантка, – Вера, Надежда и Любовь.
Любу всё-таки вырвало – как и положено по закону подлости, прямо на Маргаритку.
– Извини, я не нарочно. – Анорексичная блондинка смущённо уставилась под километровые ноги.
– Это надо ещё проверить, – буркнула колдунья, отираясь десятым лопухом. – И что вы здесь забыли!
Черноволосая дистрофичка Верка и рыжая Надя, с фигурой заключённого Освенцима, недоумённо переглянулись. Встречный вопрос красоток был навеян клишированными блокбастерами, выражал собой их «самобытную» манеру речи, но, по удивительной случайности, попал в точку:
– А что ты тут делаешь?!
Маргаритка похолодела, будто Дед Мороз окатил её из ведёрка ледяной водой. Чародейка безжалостно отмела мысль честно рассказать «подругам», по чьей вине город переместился в прошлое, а из могил на радость живым повылезали умертвия. Второй мысли так и не появилось.
– Я… м-м… это… ну-у… – Девушка развела руками.
Три топ-модели слаженно кивнули.
– Понятно, –
Макаронины рассмеялись.
За «толстый зад» хотелось врезать, причём очень-очень сильно и, возможно, лопатой, но Маргаритка, учитывая, кто сейчас был столь близок к провалу, героически сдержалась.
– Да… – Для правдоподобия она даже понуро опустила голову.
– Ничего другого мы от тебя не ждали.
– Ты же простушка, которая одевается, как… простушка.
– Не гламурная особа.
– А зомби где? – перевела Маргаритка диалог на более безопасную – для макаронин – тему.
– Да свалили.
– А куда?
– На задворки города.
– А зачем?
– А мы знаем?!
– Парня тебе надо, Маргоша, парня! И сразу перестанешь всякими глупостями голову забивать.
Точно ведь, она же чуть не забыла!..
– Подождите здесь!
Маргаритка, молниеносно стартовав, устремилась вглубь кладбища. Столь же резко затормозила – но лишь на секунду, чтобы крикнуть опешившим кралям: «Присмотрите за Эдгаром!». И понеслась дальше.
Маргаритка смотрела на разрытую могилу Антохи, а та смотрела на неё – но и только.
– Убежал, значит, с этими кусками гнилого мяса. – Маргаритка опять сплюнула, на сей раз в яму. – Тьфу! Кобель! Ненавижу!
Вопль, выворачивающий наизнанку душу – вроде того, что поднял её ночью, – заставил подпрыгнуть на месте и, когда Маргаритка поскользнулась, чуть не уронил в освободившиеся подземельные апартаменты. Кажется, прозвучало со стороны входа на кладбище.
Не очень хотелось, но пришлось возвращаться: там же Эдгар. А ещё эти… друзья…
Самое время для отступления, вы не находите? Итак, коротенько, что называется.
Адресные заклинания – заклятье оживления, допустим, – направляются на тело адресата. Если же объекта нет, волшебная энергия сохраняется там, куда её нацелили, до тех пор пока не рассеется. Процесс рассеивания занимает от нескольких секунд до нескольких десятков лет, в зависимости от вида магии.
При этом нередки случаи, когда основная «масса» заклинания, потерявшая контроль как раз из-за отсутствия адресата, расходится по округе, а на месте остаётся лишь малая часть.
Особо мощные магические сгустки способны менять ещё и пространство, в чём вы скоро убедитесь.
Возле лавочки ведьма никого не нашла. И недоеденная нога пропала: не то чтобы Маргаритка на неё претендовала – девушка просто отметила, что полянка необъяснимым манером осиротела.
Только неподвижно лежала на дорожке птица.
– Эд… Эдгар?..
Трясущимися руками она бережно подняла ворона с земли. Кто-то свернул ему шею, аж на 180 градусов. Сердце в груди оборвалось, будто лифт в тёмной шахте.