Необычайно романтичный

Белитц Беттина

Уже во второй половине дня один из них, Ксавьер, ответил и спросил, не хочу ли я прийти к шести часам вечера к их месту возле водонапорной башни. Какое-то время я смотрела на экран моего ноутбука и от возбуждения массировала подбородок обоими руками. Мне пойти?

Я не знала никого из ребят и их территорию тоже. Все совершенно новое. Но разве я когда-нибудь из-за чего-то подобного делала в штаны? Нет. И прятаться мне тоже было не нужно. Я тренировалась с Дэвидом Белль, и если Городские обезьяны были в теме, то должны

об этом знать.

Быстро я переоделась, попросила бабушку Анни приглядеть за мамой и в последнюю секунду успела на электричку, направляющуюся в Маннгейм. Водонапорную башню найти было очень легко, ее не возможно было пропустить. Она находилась в самом центре. Раньше мама часто брала меня в походы по магазинам в Маннгейм, пока однажды не объявила дрожащими губами, что веселее ходить по магазинам с заурядным человеком (таким макаром она намекала на папу, который презирал любую форму неконтролируемого потребления товаров), чем со мной.

Я специально вышла уже возле Замка, чтобы не упасть ребятам прямо на нос.

Но уже после первых ста метров почувствовала, как закололо в левом боку – и поняла, что пришла напрасно.

Я уже по меньшей мере шесть недель не занималась спортом; даже не ходила на уроки физкультуры в школе! Благодаря тайным планам Леандера он едва разрешал мне двигаться с места – и внезапно я поняла почему. Мне нельзя было быть в форме, потому что в противном случае, мой предполагаемый почти прыжок с крыши, был бы возможно не правдоподобным.

Трейсеру было бы легко спасти себя, даже если он свисал с водосточной трубы, вцепившись в нее пальцами. Семья Херувимов никогда бы не пришла, потому что я вероятно не послала бы подходящих сигналов крика о помощи.

Но с другой стороны это также означало, что время беречь себя прошло. С этого момента я могла начать набирать скорость - и по крайней мере спросить, когда вообще состоится мероприятие. А также слабый гнев из-за манипуляции Леандера наделил мне новым темпом и соответствующим огнем в голове и сердце, чтобы встретить любопытные взгляды совершенно незнакомых ребят.

Хотя они в этот момент не показывали никаких трюков, я сразу же их узнала. Возможно это было так - трейсеры могли сразу узнать других трейсеров. Я не могла толком понять, что их выдало - но они излучали покоряющую смесь небрежности и динамики, даже если как сейчас, просто облокотились на отгораживающие цепи и не двигались.

Не колеблясь, я направилась к ним и смотрела им в лица, а они спокойно разглядывали меня. Их было четверо, небольшой упитанный тип со спадающей на лоб челкой (их вероятно встретишь везде), двое с короткими, темными волосами и сплошь черной одеждой и высокий блондин, чью открытую и дружелюбную улыбку я сразу заметила.

У него мне не нужно будет пытаться добиться уважения - лучше сначала направлю свое внимание на самого большого. Скорее всего у него та же роль, что была у Сеппо

по отношению к нам.

– Привет. Я Люси, - сказала я уверенным тоном, прежде чем он смог начать говорить и протянула ему свою руку.

– Привет, Люси. Ксавьер.
– Значит, мой инстинкт меня не подвел. Он был тем, кто написал письмо. Теперь и остальные трое подали мне руку, но при этом почти не осмеливались смотреть в глаза. Самый маленький, я это явно чувствовала, даже немного боялся.

– Скажу сразу - сегодня я не смогу вам ничего показать, уже давно не тренировалась. Недавно в США меня укусила гремучая змея, и я чуть не откинула копыта. Пришлось беречь ногу.

Четыре пары глаз уставились на мою лодыжку, потом снова подняли взгляд на лицо, потом опять на лодыжку. Видимо они были не уверенны в том, говорила ли я правду или хвасталась.

Без слов я приподняла штанину и показала шрам от укуса. Ксавьер тихо сквозь зубы присвистнул.

– Милый шрам. В США, да?

– В Колорадо и Аризоне, - подтвердила я коротко.

– А что ты там делала?

– К сожалению паркуром не занималась. Работала на одном ранчо, а потом сбежала в Аризону. Длинная история. Во всяком случае ...

Ксавьер засмеялся - но он не высмеивал меня, это был скорее одобряющий смех.

– Ладно, ты Люси. Не вопрос. Мы о тебе уже много слышали.

– Да, но как я уже сказала ... Я не могу вам ничего показать.

– Тебе и не надо.
– Ксавьер снова рассмеялся. Каким-то образом он находил меня наверное забавной, но как и прежде его смех не казался мне уничижительным.

– Мы видели клип с Дэвидом на YouTube и ваш забег в школе, нам этого достаточно. Ты хороша. Мероприятие состоится в сентябре. Но мы хотим начать пораньше. Мы всегда тренируемся в субботу и встречаемся здесь. У нас есть разные территории. Некоторые даже в Людвигсхафене.

Трое остальных начали ухмыляться, но я не обращала на них внимание. Да, это вечное недопонимание, будто Маннгейм город получше. Это мы еще посмотрим.

– А что с твоими ребятами? Они больше не тренируются?

– А вы собственно можете говорить?
– спросила я остальных.
– Или вам нельзя?
– Теперь они покраснели, но Ксавьер только товарищески похлопал им по плечам.

– Они еще оттают. Ну так как, что с твоими ребятам? У нас будут с ними неприятности?

– Пусть только попробуют что-то сделать, - прорычала я.
– Кроме того, у них есть дела поважнее. Переезжать, перепихиваться, ремонтировать машины. Я свободна.

Да. Именно. Так и было - я была свободна! Свободна делать, что хочу. Никакой больше опеке от Сеппо, никаких выговоров, никакого давления. Теперь начну все заново.

– С нами ты останешься свободной. Обезьянка.
– Ксавьер дружески ущипнул меня за щеку, а его темные глаза сверкали.
– Кстати, клевые шмотки.