Немой

Ксавьер Нил

— Скажи мне не ехать, — безжизненно произносит он.

Мое сердце подпрыгивает к горлу.

Может, он и не хочет уезжать…

— Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я остался, и я останусь.

А. Он хочет поехать, но не хочет, чтобы я грустила. Видите? Вот что меня грызет с момента, когда он сказал мне. Ему нужно ехать. Ему нужно сделать это для самого себя. Я просто… Мне просто стоит быть менее эгоистичной в этом плане.

—

Скажи, что мне сделать, Макс, что бы это ни было, я сделаю. Я потратил достаточно своей жизни на дерьмо, которое вредило нашим отношениям. Если мой отъезд разрушит наши отношения, скажи мне прямо сейчас, и я выброшу этот контракт в мусорное ведро. Я хочу, чтобы у нас все получилось. Что бы это ни значило.

Видеть боль в этих красивых голубых глазах — это как заглянуть в глаза щенка, которого вы несете топить. Вы просто… не можете сопротивляться. Посмотрите на него. По-настоящему посмотрите. А теперь скажите мне. Вы смогли бы отнять у него единственную мечту?

Подойдя к Логану, я обвиваю его талию руками и смотрю вверх в его глаза.

— Езжай, Логан. Я буду здесь, когда ты вернешься…

Он наклоняется и оставляет поцелуй у меня на губах.

— Ты уверена?

Нет.

— Конечно. Теперь давай отправимся на ужин, чтобы ты наконец смог рассказать новости всем остальным.

Беря за руку, Логан ведет меня из комнаты и вниз по лестнице, где за кухонным столом сидит Дин с домашкой перед собой.

— Готов, малец?

Он кивает, встает и, шаркая ногами, ровняется с нами. Мне очень нравится, как он немного начинает набирать вес. Приятно видеть, что его синяки сошли. На приеме у врача пару недель назад нам сказали, что у него дефицит массы тела, но теперь у него лишь небольшая нехватка веса.

Без преувеличений, он выглядит в точности, как Логан, когда тот был помоложе. Меня пугает то время, когда я начну выяснять, что девушки незаметно выскальзывают из нашего дома. Я знаю, что это будет. И вы тоже.

В машине Логан с Дином обсуждают спорт, пока я пытаюсь заставить свой разум присоединиться к разговору. Я пожевываю нижнюю губу, пока наблюдаю за проезжающими машинами, бессмысленно теряясь в вопросах о том, настолько ли запутанные жизни их водителей, как моя.

Почему я настолько чертовски драматична?

— Эй, мам… — Голос Дина прорезает мои мысли, и я смотрю через плечо, впитывая слово, которое только что слетело с его языка. Он неуверенно прочищает горло. — Макс.

Я делаю все возможное, чтобы не придавать значения тому, что он только что сказал.

— Да?

— Я хочу заняться баскетболом.

— Баскетболом? — присоединяется

Логан. — Да я, бл*дь, ненавижу баскетбол.

— За речью следи. — Напоминание получает слабый смешок в ответ. — Кроме того, при чем здесь то, что не нравится тебе. Это малец хочет играть.

— И кто из нас будет практиковаться с ним дома? — спрашивает он.

— Не ты, — от моего ответа его плечи поникают, и мои тоже.

— Дядя Тони любит баскетбол, ведь так?

Логан издает слабое рычание, но я отвечаю:

— Любит. Он, скорее всего, мог бы показать тебе пару трюков, если ты хочешь заняться этим спортом.

— Почему баскетбол? — требует Логан, пока мы заезжаем на парковку.

— У меня получается. Кроме того, так намного легче заглядывать под юбку чирлидершам, выступающих сбоку поля, в отличие любого другого вида спорта.

От этого комментария у меня отвисает челюсть. Логан смеется, протягивая кулак мальцу, чтобы стукнуться с его кулаком.

— Это мой парень.

Я открываю дверь, бурча от отвращения:

— Я притворюсь, что этой части разговора никогда не было.

И вы тоже. И они никогда не стукались кулаками.

* * *

Внутри семейного итальянского ресторана мы все сидим за одним длинным столом у дальней стены. Все, кого мы называли семьей последние несколько месяцев, впервые вместе за пределами бара. Логан сидит по одну сторону от меня, а Дин — по другую. Тони расположился напротив меня, Эрин — слева от него, а Стюарт — справа. Люк как всегда в одном конце стола, а Си Джей — в другом, поближе к Эрин. Наша странная семья. Наша прекрасная семья.

И мы вот-вот потеряем ее члена.

Все передают друг другу закуски и подкалывают, пока я просто склоняю голову на плечо Логану. В желудке до сих пор неспокойно, но близость Логана немного успокаивает мои нервы. Он предлагает мне попробовать разные блюда, делая все возможное, чтобы скрыть свое беспокойство, когда я отказываюсь от всего, включая и чесночный хлеб.

Боже, я обожаю чесночный хлеб. Когда он свеженький, только испеченный, горячий, с запахом масла тает у вас во рту, потому что он идеальный. Почему мой желудок снова скручивает узлами?

— Значит, баскетбол? — Люк звучит не впечатленным. — Лично я был футбольным хулиганом.

— И я, — произносит Стюарт рядом с ним.

Люк краснеет.

Ну, по крайней мере, они снова разговаривают. Не уверена точно, что происходит, но на мгновение я даже не была уверена, вернемся ли мы обратно к нормальному ходу дел.

— А ты, дядя Си Джей? — спрашивает Дин.

— Я был пловцом.

— Это не настоящий спорт, — колко замечает Эрин, поднимая свой бокал с вином.