Немолодожены
Шрифт:
Я была так растеряна, что вздрогнула, когда первый портье вытащил горсть багажных бирок и спросил мое имя.
– Мое имя?
– Надо для багажа, – улыбнулся портье.
– А, для багажа… Верно. Мое имя. Меня зовут, ну, это непростая история…
Итан решительно обошел машину и столь же решительно взял меня за руку.
– Торрес, – сказал он. – Ами Торрес. Мы помолвлены, и скоро она станет Ами Томас.
Затем, наклонившись и губами прижавшись к моей щеке в поцелуе для реалистичности Итан заметил:
– Она немного устала после поездки.
Ошеломленная,
– Отлично, – произнес служащий отеля, записывая это имя на нескольких бирках и прикрепляя их к ручкам нашего багажа.
– Регистрация вон там, пройдите в те двери, – улыбнулся он и показал на некое подобие вестибюля под открытым небом. – Вещи принесут сразу в вашу комнату.
– Спасибо, – вложив в ладонь портье несколько сложенных купюр, Итан повел меня к отелю.
– Да расслабься, все нормально! – сказал он, как только мы зашли за поворот и немного прошли.
– Итан, я совершенно не умею врать.
– Неужели? Тогда ты слишком хорошо скрывала эту свою черту.
– Это никогда не было моей сильной стороной, ясно? Те из нас, кто не отмечен Черной меткой, считают честность добродетелью.
Но он в ответ лишь крепче сжал мою ладонь, увлекая меня за собой.
– Дай-ка мне оба удостоверения, твое и Ами, чтобы ты случайно не передала их вместе человеку на стойке регистрации. И давай, я запишу там свою кредитную карту на случай непредвиденных расходов. Все детали мы уладим позже.
В моей груди вспыхнул пожар несогласия, но я не могла не признать, что он был прав. Сейчас, после небольшой мысленной репетиции, я уже была уверена, что в следующий раз, когда кто-то спросит мое имя, я крикну: «Меня зовут Ами». Конечно, это будет лучше, чем в первый раз, когда я чуть ли не выложила всю нашу легенду портье, но не намного. Я достала из сумочки бумажник и извлекла из него оба удостоверения личности.
– Но положи их в сейф, когда мы доберемся до номера, – попросила я.
Итан положил оба удостоверения в бумажник рядом со своим.
– Позволь мне говорить у стойки регистрации, – продолжил он. – Из того, что сказал мне Дэйн, я понял, что правила этого медового месяца действительно строги. А я, даже просто глядя на тебя, могу с уверенностью сказать, что ты врешь или чего-то недоговариваешь.
Я сморщила рожицу, затем нахмурилась, но тут же быстро улыбнулась. Итан наблюдал за моими упражнениями с выражением легкого ужаса на лице.
– Возьми себя в руки, Олив. Я уверен, что эта поездка была в моем списке желания в какой-то момент времени, но точно не хочу спать на пляже сегодня вечером.
Когда мы вошли в отель, то сразу услышали, как где-то наверху тихо играет «Меле Каликимака [13] ». Праздничное веселье явно затянулось после Нового года – вход в вестибюль обрамляли большие елки, а с их ветвей свисали пластиковые червячки с бегущими
13
Меле Каликимака (Mele Kalikimaka) – гавайский вариант рождественской песни, написанный в 1949 году.
На стойке регистрации нас не заставили ждать, встретив почти сразу. Мой желудок болезненно сжался, но улыбка осталась неестественно яркой, когда красивая полинезийская женщина взяла удостоверение личности Ами и кредитную карточку Итана. Она вписала имя в бланк и снова заулыбалась:
– Поздравляю с победой в лотерее.
– Обожаю тотализаторы! – начала я слишком бодро, и Итан незаметно, но болезненно толкнул меня локтем в бок. Спустя мгновение глаза администратора профессионально задержались на фотографии Ами, прежде чем она стала пристально разглядывать меня.
– Я немного поправилась, – выпалила я.
Поскольку возражений у администратора на это не нашлось, она вежливо улыбнулась и начала вводить информацию. Я не знаю, почему тогда чувствовала себя обязанной продолжать, но это оказалось сильнее меня.
– Этой осенью я потеряла работу, потом были одно собеседование за другим.
Я чувствовала, как небрежно положенная на мою поясницу рука Итана напряглась, и вот она все сильнее сжимала мою рубашку, и его хватка становилась похожей на хватку хищной птицы, пытающейся как можно скорее избавить попавшуюся полевую мышь от страданий.
– Я обычно много пеку, когда нахожусь в стрессе, поэтому на фотографии я выгляжу… немного иначе. Это я на фотографии. Но я нашла работу. Прямо сегодня перед вылетом. Не то чтобы это было совсем невероятно… Ну, работа. И свадьба.
Когда я, наконец, вынырнула из своей речи, чтобы глотнуть воздуха, то увидела, как островитянка-администратор и Итан озадаченно смотрят на меня. Натянуто улыбаясь, девушка передала нам через прилавок папку, забитую до отказа различными картами и распечатанными маршрутами.
– Ну что ж, жить вы будете в номере для новобрачных.
Мое сознание буквально уперлось во фразу «номер для новобрачных», а мысли все заполнялись и заполнялись образами комнаты, которую Лоис и Кларк Кент делили в «Супермене II» – эти розовые ткани, ванна в форме сердца и гигантская кровать.
– Романтический пакет включен в полном объеме, – меж тем продолжала алминистратор, – и вы можете выбирать из целого ряда необычных предложений, включая ужин при свечах в садах Молокини, массаж для пары на балконе спа-салона на закате, обслуживание перед сном с подачей лепестков роз и шампанского…