Немезида

Для тех, кого постоянно заставляют вписываться в рамки возложенных на них ожиданий и обязанностей. Это нормально — ставить себя на первое место и делать то, что приносит тебе счастье.

Track 1: Deja Vu by James Arthur

Track 2: Slowly by JON VINYL

Track 3: Face Down by Vedo, OG Parker

Track 4: The Beginning by WAR*HALL

Track 5: Carry Me by Tayc

Track 6: Butter by Devon Culture

Track 7: Blood in the Water by Joanna Jones as The Dame

Track 8: Belong to You by Sabrina Claudio (ft. 6LACK)

Track 9: Bghit W Ga3ma 7assit by Zouhair Bahaoui

Track 10: Mount Everest by Labrinth

Track 11: Play with Fire by Sam Tinnesz (ft. Yacht Money)

Track 12: That’s How It Goes by Zoe Wees (ft. 6LACK)

Track 13: Hrs & Hrs by Muni Long

Track 14: You Put A Spell On Me by Austin Giorgio

Track 15: Vigilante Shit by Taylor Swift

Track 16: you should see in me in a crown by Billie Eilish

Track 17: Waiting Game by BANKS

Track 18: Addicted by JON VINYL

Track 19: Put On Repeat by Sabrina Claudio

Track 20: Love You Like Me by William Singe

СОФИЯ

Я

всегда считала увлекательным то, как жизнь может вести тебя по одному пути, а затем повернуть вокруг своей оси, полностью изменив траекторию.

Вот так и я, не успев дожить до своего двадцатого дня рождения, навещала родителей после года учебы за границей, когда моя жизнь полностью изменилась. Осколки от пуль определяли ее дальнейший путь.

Говорят, что существует пять стадий горя. Отрицание, гнев, признание, депрессия и, наконец, принятие. У меня была только одна.

Месть.

Он лишил меня всего, что у меня было, и я вернусь, чтобы покончить с ним.

Терпение — это добродетель, и я ждала семь лет, чтобы отомстить за их смерть. Обещание крови, хаоса и мести наполняло воздух, плотно обхватывая мое тело, пока я наблюдала за ним издалека.

Щелк.

Щелк.

Щелк.

СОФИЯ

Задыхаясь,

я резко проснулся, резко выпрямившись. Ужас застыл в моих жилах, когда я судорожно прижала ладони к той стороне, словно это могло как-то предотвратить то, что произойдет дальше. Но, конечно, это не помогло. Конечный результат никогда не менялся.

Выстрел. За ним последовала пронзительная боль.

Кровь.

Так много чертовой покрывало меня спереди и скапливалось под моим телом, жизнь просачивалась сквозь завесу, отделяющую меня от реальности.

Полная неподвижность сковала мое тело, прежде чем все погрузилось во тьму.

Семь лет.

Восемьдесят четыре месяца.

Две тысячи пятьсот пятьдесят шесть дней.

И все же я по-прежнему отчетливо помню пистолет, приставленный к голове моего отца.

Моя мать молила о пощаде, когда пуля раскроила череп моего отца.

Моя мать умоляла его пощадить нас.

Но все это не имело значения. Ему, конечно, было наплевать. Он просто заткнул ей рот, подарив ей ту же участь, что и моему отцу.

Вы ожидаете, что человек, казнящий вашу семью, будет выглядеть словно злодей из кино, с ухмылкой, украшающей его покрытое шрамами лицо. Но человек, который смотрел мне прямо в глаза, прежде чем нажать на курок, выглядел как самый обычный человек.

Он даже не потрудился скрыть свою личность, потому что не ожидал, что кто-то сможет его пережить.

Мое тело было мокрым от пота, тонкая ткань рубашки прилипла к вздымающейся груди, дыхание было прерывистым. Я спустила ноги с дивана и провела рукой по своим спутанным кудрям.

— Черт, — выдохнула я, позволяя глазам адаптироваться к окружающей обстановке. Мой взгляд блуждал вокруг, тусклый свет от телевизора показывал, что я нахожусь в другой гостиной.

Облегчение нахлынуло на меня, когда я поняла, что нахожусь в своей захудалой квартирке, а не там, где когда-то называла домом.

Он даже испортил для меня слово "дом", потому что теперь, каждый раз, когда я думала о доме, все, что я могла представить, это багровый пол, фрагменты мозга, украшающие семейные фотографии, висящие на стене.

Тряхнув головой от воспоминаний, я потянулась за телефоном и посмотрела на время: 4:00 утра.

Эти кошмары были обычным явлением, и можно подумать, что после семи лет я привыкла к ним, но они не переставали мучить мой разум с той роковой ночи.

Зная, что они не дадут мне покоя, я бросила телефон обратно на журнальный столик и наклонилась вперед, упираясь предплечьями в колени, загоняя тревожные образы в самый дальний угол моего сознания, пытаясь выровнять свое учащенное дыхание.