Нелюдь
Шрифт:
Том, приняв горделивую позу, кивнул. От чего я чуть не засмеялся.
— Я сейчас, — сказал он и, развернувшись, пошел в трактир.
Только за ним закрылась дверь, как ко мне подскочил Гнат и, больно схватив меня за плечо, развернул к себе.
— Ты что творишь?! — зашипел он мне в ухо. — Том единственный, кто продает нам пайку! Ты хочешь его разозлить?!
— Вот поэтому вам все так дорого и продают, — спокойно ответил я, глядя ему в глаза, и яростно закончил. — А я себя вертеть
Дверь открылась, и Гнат медленно отпустил меня. В руках Тома оказался большой кусок мяса, и большая буханка свежего хлеба, от запаха которой у меня моментально потекла слюна. Но я взял себя в руки и с очень недовольным видом посмотрел на то, что принес Том.
Долго смотрел на мясо, нюхал его и что-то недовольно бухтел себе под нос, потом взял хлеб и скривился еще больше.
— Вы что, в муку опилки добавляете?! — возмущенно наехал на него я. — Ты мне что, дерево жрать предлагаешь?!
— Что?! — возмутился Том. — Ты охренел! Какие на хрен опилки! Ничего мы не добавляем.
С широкой ухмылкой я многозначительно покивал головой, мол, ну конечно, не добавляете, а потом сделал лицо удивленным, спросил. — А где еще столько же?!
Том побелел и только молча то открывал, то закрывал рот…
«Это тебе за противный смех», — мстительно подумал я.
— Да ты что оборзел вконец?! — начал Том, набрав достаточно воздуха. — Да я тебя… — и неожиданно замолчал. Потому что я, резко приблизившись к нему, достал нож и приставил его к тому месту, где у этого урода был детородный орган.
— Еще одно слово и до конца жизни женщин будешь только языком удовлетворять!
Том попытался что-то сказать, но я надавил на нож, и он резко замолчал.
— Если понял, кивни.
Он кивнул.
— А теперь слушай меня внимательно. Ты, Том, не единственный человек, который может достать еду в этом месте. Но по просьбе моих друзей я пришел именно к тебе. Так как они очень хорошо отзывались о твоих организаторских способностях и говорили, что ты серьезный человек. Но что я вижу?
А вижу я, как меня просто банально хотят развести, как лоха, а это неуважение. Я не люблю, когда меня не уважают. Ты понимаешь?
Том кивнул.
— Молодец. Хороший мальчик. А теперь подумай-ка, Том. Если я буду приходить к тебе каждый день — это хорошо? — он кивнул. — Правильно, для тебя это очень хорошо. Это же твои будущие деньги. Так что, Том, давай по-хорошему. Ты честно приносишь еще один кусок мяса и буханку хлеба и забираешь себе честно заработанные деньги. А мы с ребятами всем рассказываем о том, какой все-таки малыш Томми хороший торговец. И это
Сказав это, я резко отстранился назад, а Том, приходя в себя, остался стоять на месте. Потом сказав: — Я сейчас, — опять скрылся в трактире. Я напряг слух, отслеживая действия Тома, боясь, что он позовет какого-нибудь вышибалу. Но обошлось, и он вернулся с таким же куском мяса и хлеба.
Кинув ему монету и бросив: — Всего доброго, — я повернулся и пошел к выходу из переулка. Дети, посмотрев на это, бросились за мной.
— Ну что? — сказал я, бросив взгляд на Гната. — Я оказался прав?
— Более чем, — ответил ошарашенный мальчишка, — я не понимаю, как у тебя это получилось.
— Да — а, — протянул Ник, — такого я еще не слышал, — ошарашено сказал он и задал неожиданный вопрос. — А что значит, удовлетворять женщину языком?
Я покосился на него и улыбнулся.
— Мал еще, знать такое, — дети засмеялись.
— А я не думал, что он второй раз еды принесет! — сказал Федот и подозрительно обнюхал мясо. — А он ничего не мог сюда добавить?!
— Нет, — ухмыльнувшись, сказал я.
И тут же услышал вопрос:
— Откуда знаешь?!
— Ну я же нелюдь! — как глупому сказал я и замер. Чувство тревоги пронзило мое сознание и заставило максимально напрячь слух.
«Да, вот оно! Я так и знал, что что-то будет», — мысленно подумал я.
— Что там, Нелюдь? — взволнованно спросил Гнат.
— Засада.
Глава 3
— Откуда ты знаешь?! — спросил меня Федот. — А, ну да, ты же Нелюдь, — сам ответил он. — А поточнее можно?
Желание использовать свой слух пришло ко мне в тот момент, когда мы только шли к Тому, и дети, одновременно насторожившись, начали доставать ножи. В принципе ничего такого важного я не услышал, только один раз мелькнула информация о том, что Гнат со своими куда-то идут, наверняка к Тому и что нужно предупредить Алычу. Звуки шагов говорящих об этом детей начали удаляться, а я стал слушать другие звуки, но больше ничего интересного не было.
Сейчас я прислушался еще раз и уловил тихое:
— Идут! Идут! Приготовьтесь! Не высовывайтесь раньше времени!
Звуки были слышны с двух сторон от улицы, по которой проходили мы, за два перекрестка перед нами. Я напрягся и постарался прослушать их дыхание.
«Так, один, два, три. Голова закружилась… четыре, млять, как же тяжело, пять. Пять! Так, это с одной стороны, а что с другой? Один, два, р-р-р, три, четыр-р-ре. Четыре! А где пятый?! А вот он! В окне торчит! Высоко сижу, далеко гляжу? А вот и нет. Сейчас посмотрим, как ты далеко смотришь!»