Нелюдь
Шрифт:
Потом наступило молчание. Кто-то ходил по дощатому полу, и Скелет слышал скрип половиц.
Скелет стоял, боясь пошевелиться.
— Я спрашиваю, ты сам его пришил? — повторил мужской голос.
— Сам, — ответил санитар. Скелет сразу понял, что это тот самый санитар, добрый молодец.
— А чего? — продолжал задавать вопросы мужчина. — Чем он тебе помешал? Тебе с него все равно никакого навару — он же старый.
— Это мой заведующий, — произнес санитар. — Так было надо… Заберете его потом. Вместе с тем,
— Ладно уж, — ответил голос. — Значит, сегодня двое жмуриков будут.
Раздался скрип еще более сильный, чем прежде, и голоса стали удаляться. За ними закрылась дверь, верно, они ушли в другую комнату.
Самое сильное раздражение Скелет чувствовал от своей беспомощности. У него даже не было плана помещения. Он знал только, где находится сам. Но куда теперь он должен пробираться?
Ведь он должен успеть вовремя… Когда станут убивать Феликса и Геннадий будет палить в бандитов из своего игрушечного пистолетика, Скелет не должен опоздать…
На цыпочках он подобрался к двери, ведущей в соседнее помещение, откуда только что слышались голоса. Теперь там никого не было, и Скелет обрадовался. Он для верности выждал еще несколько секунд, опасаясь, как бы кто не вернулся, и только потом приоткрыл дверь.
Одновременно он вытащил из кобуры под мышкой пистолет и убедился, что он готов к бою.
Соседняя комната была небольшой, тоже с дощатым полом. В ней вовсе не было никакой мебели. Как Скелет понял, это был как бы рабочий тамбур перед прощальным залом. Может быть, здесь санитар в последний раз обрабатывал и обряжал покойников перед тем, как выставить их на обозрение.
Сейчас прямо посреди комнаты на полу Скелет увидел труп человека. То, что это был труп, казалось несомненным. Само положение тела, неестественно вывернутые и подогнутые конечности, откинутая далеко назад голова — все это говорило о том, что человек мертв.
Кроме всего прочего, Скелет сразу обратил внимание, что это скорее всего не «штатный» покойник, то есть не больничный. Он был не обнаженный, как трупы в покойницкой, и не в больничной одежде. На трупе был обычный костюм, в каком ходят по улице.
И только через секунду Скелет узнал Аркадия Моисеевича… Вот уж этого он никак не ожидал. Даже разговор, который он подслушал через дверь не привел его к догадке. Он настолько крепко вбил себе в голову, что Аркадий Моисеевич, этот мерзкий старик, и есть главарь банды, что теперь ему было сложно признать свои умозаключения ложными.
Но ситуация была очевидной. На полу перед ним лежал труп Аркадия Моисеевича, а это говорило о том, что вряд ли он был руководителем преступной группы.
Во всяком случае, сейчас Скелету было некогда думать об этом, он только отметил про себя, что диспозиция несколько меняется. Что-то оказалось не так, как он первоначально предполагал.
Но задача его от этого нисколько не менялась
Держа пистолет в опущенной руке, Скелет двинулся дальше, к двери, куда только что вышли те двое — санитар и неизвестный.
Дверь скрипела, как и все тут, в этом старом здании. Сыщик был готов к тому, что в любое мгновение он будет обнаружен. Гарантий против этого не было. Он шел вперед, входил в двери, про которые ничего не знал, не представлял, куда они ведут, в какие помещения… Каждую секунду он мог быть обнаружен. И один Бог знает, что тогда его ждет и как повернуться события…
Скелет миновал покойницкую — большой холодный зал, где лежали на столах трупы людей. Они были обнажены.
Скелет содрогнулся при виде этого зрелища, и ему стоило некоторых усилий взять себя в руки.
— Бояться надо не мертвых, — сказал он себе. — Бояться надо живых.
В конце концов, это ведь были трупы обычных людей, пациентов этой больницы…
— Ничего страшного, — пробормотал Скелет. — Эти мне ничего не сделают, и вообще они меня не интересуют. Главное — не присоединиться к их компании раньше времени.
Теперь голоса слышались совсем близко. Они были где-то рядом, в соседнем помещении.
— Уже полдесятого, — сказал незнакомый голос. — Скоро уже.
— А куда ты спешишь? — ответил другой голос. — Волнуешься, что ли?
Люди засмеялись. Потом вмешался третий голос, тоже принадлежавший мужчине.
— Фраера замочить — подумаешь, дело называется…
— Он слишком много знал, — произнес дурашливо первый голос и вновь хрипло хихикнул, а потом закашлялся, выдавая курильщика.
Трое за стенкой помолчали немного.
— Вася, ты его тоже потрошить будешь? — спросил один из голосов.
— Не-а, — ответил голос санитара. — Он старый, говорят… Не пригодится.
— Весь в брак пойдет? — опять засмеялся второй голос.
Судя по всему, в комнате было трое, это Скелету удалось установить. Если только там не было кого-нибудь, кто все время молчал. А голосов было трое, один из них принадлежал санитару.
«Трое — это еще ничего, — подумал Скелет. — Жалко только, что я их не вижу… На слух трудно что-то определять».
Он стоял неподвижно у самой двери, которая была приоткрыта в коридор. Сейчас Скелет примерно представлял себе топографию помещения морга.
Вдоль шел длинный коридор, и в него выходили двери различных комнат. Он стоял сейчас в холодной покойницкой, а следующая по коридору дверь вела в ту комнату, где собрались те трое.
Для того, чтобы очутиться в той комнате, Скелету требовалось несколько секунд — выйти из своей двери, сделать шаг по коридору и войти в следующую. Три секунды, примерно…