Нелюдь
Шрифт:
— Ну и что милиция говорит? — поинтересовался Скелет равнодушно. Поинтересовался просто так, на всякий случай. Он лучше всех присутствовавших знал, что милиция может сказать в таких случаях…
— Милиция? — переспросил Феликс, доливая себе коньяку в опустевший стакан. — Милиция ведет следствие… Они возбудили уголовное дело и ведут следствие.
— Понятно, — вздохнул Скелет. — Вы не обижайтесь на глупый вопрос. Я просто так — на всякий случай.
— Ничего, пустяки, — ответил Феликс.
—
Водка приятным теплом растекалась по телу Скелета. Он ощущал, как расслабляется его организм. Он не слишком любил пить, и собирался вообще сегодня отказаться от выпивки, но история, которую он услышал, была уж слишком… Слишком тяжела и удручающа.
И смотреть на лица двух мужчин, рассказывающих ее, было тяжело. Отец и жених…
«Ничего себе, — подумал Скелет, — положеньице, в которое они попали. Мне — постороннему человеку, и то страшно слушать про такое. А каково им, могу себе представить. Да еще и рассказывать об этом… Только не смогу я им помочь. Где их искать?»
Он так и сказал вслух.
— Это какие-то маньяки, — произнес он слово, которое давно уже крутилось у него на языке. — Если все так, как вы говорите, и это действительно не месть и не вымогательство, то тогда это не может быть никто иной, кроме маньяков. Методом исключения, — добавил он для весомости своего утверждения.
Когда Феликс лез в бар за бутылкой водки для него, Скелет успел заметить, что там уже стоят две пустые бутылки из-под коньяка. Наверное, это доктор один выпил за прошедшие с того дни.
Интересно, сколько бы выпил сам Скелет, если бы с его невестой случилось такое?
— Дело в том, что я догадался, кто это такие, — произнес Феликс и замолчал. Он испытующе посмотрел на Скелета и продолжил: — Вы понимаете, что все эти три дня я только и делал, что думал о том, что произошло.
— Понимаю, — кивнул Скелет. — Расскажите, о чем вы догадались.
Феликс вздохнул и сказал:
— Это никакие не маньяки. Это обычный бизнес.
Наступила тишина, и Скелет на секунду подумал, что это алкоголь помутил рассудок бедного доктора.
— Самый обычный бизнес, — повторил Феликс. — Я все уже узнал. Нашел специалистов, и мне все объяснили… Дело в том, что для медицины нужны живые человеческие органы. Их пересаживают пациентам взамен больных и удаленных. Понимаете?
— Нет, — покачал головой Скелет. — Это сложно, доктор… Давайте расскажите понятно. Какой медицине, каким пациентам.
Феликс закурил сигарету и постарался взять себя в руки. Он внутренне собрался и пояснил свою догадку.
— Есть целые клиники, которые специализируются на пересадке живых органов взамен утраченных… Вот,
Скелет уже начал понимать и оглянулся на Геннадия Андреевича. Но тот не реагировал на слова Феликса. То ли он уже слышал о его догадке, то ли его этот вопрос сейчас не интересовал…
— Здорово, — ответил Скелет. — Наверное, это очень дорого?
— Это безумно дорого, — ответил Феликс спокойно. — Это так дорого, что далеко не каждый может себе это позволить. А знаете, почему?
— Догадываюсь, — мрачно сказал Скелет. — Это ежу понятно… Потому что пересаживать нужно только живые человеческие органы. Глаза, например.
— Вот именно, — произнес со значением в голосе Феликс. — Этим клиникам позарез нужны человеческие органы для пересадок. И они, естественно, готовы платить за них приличные деньги. — Доктор оживился и продолжал: — Проблема заключается именно в том, чтобы эти органы добыть из тел людей. Их можно купить, и раньше именно так и поступали. Органы покупали у людей в слаборазвитых странах — в Латинской Америке или в Индии. Или еще где-нибудь в этом роде. Но почему нельзя предположить, что эти же органы можно не купить, а просто отнять?
— Вы подумали об этом сразу после того, как узнали о том, что у вашей Юли первым делом спросили, хорошее ли у нее зрение? — спросил Скелет, вспомнив слова Феликса, вставленные в рассказ о похищении.
— Ну да, мне это сразу пришло в голову, — ответил тот. — И я кинулся консультироваться у специалистов. И узнал, что мое предположение вполне реалистично.
— Ну что ж, — сказал Скелет почти облегченно. Он на самом деле переживал этот рассказ и теперь как бы даже обрадовался тому, что все может обернуться не так плохо, как раньше казалось.
— Теперь вам остается найти эту клинику, а потом и преступников через нее. И дело в шляпе, — сказал он, прекрасно понимая, что дело в шляпе не будет. Но это все же хоть какая-то ниточка…
— В России таких клиник нету, — ответил надтреснутым голосом Геннадий Андреевич. Видимо, Феликс уже успел все ему рассказать.
— Да, такие клиники есть только за рубежом, — сказал Феликс. — Вот, например, по глазам специализируется один институт в Италии. Похоже, они открыли золотую жилу. Зачем покупать глаза у людей в Латинской Америке, если их можно просто получить нелегальным путем из России. Глаза те же самые, а расходы гораздо меньше.