Нексус
Шрифт:
Насчет этого Кейд никаких заметок не сделал – он уже основательно протестировал модуль эрекции.
Лукаво улыбнувшись, Фрэнсис сжала его посильнее.
– Это для меня?
Она похотливо облизала губы.
Сознание Кейда заполнило изображение того, что должно было произойти, сердце замерло от предвкушения. Он открыл рот, чтобы ответить.
[предупреждение интерфейса – макс количество импульсов в секунду > параметров]
[предупреждение интерфейса – потеря пакетов в соединении 0XE439A4B]
[ОШИБКА интерфейса – не найден сокет OXA27881E]
[ОШИБКА
[предупреждение интерфейса…]
Вот черт! – подумал он.
Ошибки и предупреждения заполнили все поле зрения Кейда. Экраны параметров полыхали желтым и красным. Внутрикорковый диапазон был переполнен. Пакеты пропадали. Циклы ЦП расходовались выявляющими и корректирующими ошибки пакетами, обходящими друг друга в поспешных попытках все исправить.
Ни сам Кейд, ни «Питер Нортон» не контролировали его тело. Его бедра снова и снова судорожно подавались вперед. Руки крепко сжимали голову потрясенной Фрэнсис. Все еще покрытый одеждой пенис при каждой фрикции ударялся о ее лицо. Рот Кейда был широко открыт, глаза смотрели невидящим взглядом. Из горла вылетали невнятные звуки:
– Уг, уг, уг!
[предупреждение интерфейса – макс количество импульсов в сек > параметров]
[предупреждение интерфейса – макс количество импульсов в сек > параметров]
[ОШИБКА интерфейса…]
Черт, черт, черт!
[остановить систему] – скомандовал он.
Никакой реакции.
[остановить систему] – повторил он.
Опять ничего.
[остановить систему] [остановить систему] [остановить эту чертову систему!]
Нейромускульная стимуляция прекратилась. Внутренние экраны Кейда погасли. Мышцы расслабились. Бедра перестали двигаться. Руки перестали сжимать голову Фрэнсис. Успех!
Кейд перевел дыхание.
И тут еще один сильный спазм прокатился по всем мышцам его тела, затем еще и еще…
Что? О, черт!
Кейд извергал семенную жидкость.
Он рывком отстранился от Фрэнсис и упал на кровать, выгнувшись дугой, в то время как некий побочный эффект стимуляции вызывал экстаз во всем его теле. Наружу рвался смех, по лицу текли слезы. Он повернулся на бок, ощущая блаженство, смущение и радость, а также какое-то теплое и сонное чувство покоя. Ааах!
– Что это за хрень? – вскочив на ноги, закричала на него Фрэнсис. Руку она прижимала к лицу. – Что за чертовщина с тобой творится?
Плохо соображая, Кейд перекатился на живот, раскрыл рот, чтобы извиниться и объяснить, попытался подняться на ноги.
– Фрэнсис…
– Оставайся на месте, придурок! – Она осуждающе ткнула в него пальцем. – Я сейчас выйду из этой комнаты, и если ты хотя бы шевельнешься, я позову на помощь!
Она попятилась к двери.
– Эй, подожди, я прошу прощения. Я не хотел… гм…
– Заткнись! Минутный эффект глупой задницы. В следующий раз, когда тебе захочется грубой игры, сначала спроси, козел!
Открыв дверь, она захлопнула ее
– Эй, там какой-то извращенец… – услышал Кейд из-за двери.
Ну что ж, подумал он, эта штука работает не очень хорошо.
Пятница, 17.02.2040 года, 23.47
Они пришли за ним – Корпус, его братья. Он слышал гул вертушек, слышал выстрелы из стрелкового оружия. Они нашли место, куда его поместили, место, где его удерживали, место, где он долго заглядывал в адскую бездну. Они никогда не забывают о своих. Они идут за ним, и да поможет Бог тем, кто встанет у них на пути…
Уотсон Коул внезапно проснулся – он был весь в поту, сердце бешено колотилось в груди, к горлу подступил комок. Он полусидел на кровати, массивная темнокожая рука была вздернута вверх, словно пыталась отразить удар. Тело дрожало.
Черт! Это всего лишь сон. Всего лишь очередной кошмар.
– Свет! – вслух произнес он.
Маленькая комната озарилась светом, который разогнал страх. Это не концлагерь. Это не прошлая война. Он в своей квартире в Сан-Франциско.
Он тяжело опустился на матрац. Простыни были пропитаны ночным потом.
Вдох. Расслабиться. Снова вдох.
Это была спасательная операция. Спасательная операция, и еще там была девушка по имени Лунара. Он их всех видел во сне – Армана, Нуржана, Темира, но прежде всего Лунару. Видел тех, кто его пленил. Тех, кто использовал наркотик под названием «нексус», чтобы взломать его сознание и втиснуть туда себя и многих других. Тех, кто загромоздил его голову чудовищными воспоминаниями о жертвах той войны. С тех пор прошло два года, но он все еще видел их во сне. Он все еще видел во сне их жизни.
Почему я? Почему это должно было случиться со мной?
Теперь я бы все еще находился там. Убивал ради своей страны. Невежественный, слепой, счастливый убийца.
Вдох. Расслабить все тело. Снова вдох.
Сердце билось уже не так сильно, дрожь почти прошла. Он посмотрел на часы. Еще нет и полуночи. Он проспал всего час. Он взглянул на прикроватную тумбочку, думая о баночке с пилюлями в ее верхнем ящике. Он может повергнуть себя в лишенное снов бессознательное состояние. Только вот с каждым разом это становится труднее – дозы все увеличиваются и увеличиваются.
Он не просил ввергать его в этот ад, но это произошло. Он не просил раскрыть ему глаза, но они раскрылись. Он не просил дать ему шанс на искупление, но ему этот шанс дали. Дали эти юные идеалисты, сделавшие его частью своей семьи. Дали, внеся изменения и усовершенствования в нексус, сделавшие его еще более мощным инструментом для того, чтобы трогать умы и сердца других людей.
Нексус его изменил, показав собственные действия глазами других. Он показал ему то зло, которое сотворили он и ему подобные. Он дал ему желание найти альтернативу, желание создать лучший мир. И если это произошло с ним, с самым бесчувственным из людей, то что же он сможет сделать с другими?