Некромантка
Шрифт:
Альва, осмотрев свою комнату и найдя в ней только кровать и стул, заявила, что ей неуютно. Чтобы добавить уюта, она сходила в один из внутренних двориков, нарвала цветов, нашла где-то небольшую вазу, которая оказалась кувшином с отбитой ручкой, еле впихнула в нее огромный букет и торжественно водрузила все сооружение на подоконник. Букет заслонил маленькое окошко целиком, в комнате стало темно, пришлось переставить вазу на стул. Пока Альва набирала для цветов воду из колодца, она чуть сама не свалилась в этот колодец, но главная цель была достигнута:
Остальные лишь мельком посмотрели, где им предстоит жить следующую неделю, и разошлись кто куда: Гленвилл присматриваться к соперникам, Ренс тоже присматриваться к соперникам Глена, но с целью определить, на кого выгоднее ставить: на Глена или на его соперников.
Велия решила не тянуть и сразу определить, будет она участвовать в Турнире или только оживлять участников. Конечно, участвовать хотелось больше, ведь дух авантюризма никто не отменял, но преимуществом второго варианта была немаленькая фиксированная плата — тысяча за каждого оживленного.
Велию беспокоил тот факт, что Смерть запретила некромантке возвращать к жизни кого-либо. Хотя Смерть всегда снимает какие-либо ограничения, если дело касается ЕМТУНА, но кто знает, что она там имела в виду…
Двое других некромантов нашлись быстро, в месте общего притяжения — столовой. Ее соорудили в соединяющей все коридоры галерее — Кольце Единства, поэтому она получилась длинной, узкой и холодной.
Некроманты мирно сидели за столом, застеленным старой, но чистой скатертью, и, послушно подтверждая стереотипы о некромантах, игрались жареной рыбиной, заставляя ту шевелиться.
— Лишт, — поздоровалась Велия на языке мертвых, чтобы про нее сразу стало все ясно, и подсела за столик. — Будем жребий кидать? — спросила она, решая не тянуть.
С этими некромантами она не знакома, что странно. Во всем мире, по крайней мере в изведанной его части, некромантов не больше сотни. В Альгре, где магов рождается в разы больше чем везде, сейчас их сорок четыре. Исключая себя, она лично знала десять. Из тех, что она знала, четверо адекватные, шестеро — не очень. Еще пятнадцать некромантов на данный момент сидят в тюрьме. Об остальных Велия только слышала, но под описание кого-то из них эти двое совсем не подходили.
Первый некромант — абсолютно лысый парень (даже бровей нет, только жиденькие ресницы). Он походил на тихого суетливого психа, сидящего на успокоительных травках. Вертится, перебирает пальцами, щека непроизвольно дергается, а глазки так и бегают.
Второй — полноватый мужчина с курчавыми волосами и родинкой на лбу. Кроме родинки внешне ничем не примечательный.
— Здрасьте. Давайте познакомимся, м? — предложил первый. — Мое имя Гронм. А это мой коллега, Грокх. А вас как звать, м?
— Велия, — осторожно выговорила некромантка.
Ее интуиция почему-то говорила ей "Беги! Беги с этого проклятого ЕМТУНА! Чем дальше, тем лучше!", но разум лишь советовал интуиции заткнуться. Когда нужны деньги, уже не до интуиции. Нет, сейчас у нее есть целых десять камушков,
— Проведем жеребьевку, м? — предложил Гронм.
— А ваш коллега разговаривать умеет? — спросила Велия, всматриваясь в неподвижное лицо и тяжелый взгляд Грокха.
— К сожалению… Кадаверин не пощадил его голосовые связки. Как и мою прическу. Такое непредсказуемое лекарство… А у вас какой побочный эффект, м? Я схожу, договорюсь, — сказал Гронм и ушел.
Велия тихо радовалась, что не облысела и не онемела от кадаверина. Головные боли это такая мелочь, тем более они иногда даже проходят. Как сейчас, например.
Вскоре Гронм вернулся, а сразу за ним к столу подошла девушка, поставила на стол три кружки и ушла.
— Я попросил на кухне приготовить нам по кружке их знаменитого чая и положить на дно одной из кружек монету, — пояснил Гронм. — Тот, кто выберет кружку с монетой — пойдет на турнир участником. Думаю, больше некромантов к нам не прибудет, так что… Даю вам право выбрать первой.
В кружках плескалась мутная коричневая жижа. Изначально это чай, но туда еще столько всего намешивают, что напиток становится абсолютно непрозрачным.
Помучившись с выбором где-то полминуты и смутно подозревая, что монеты может не оказаться во всех трех чашках, Велия взяла ближайшую к себе.
— А если я не хочу сейчас пить? И вообще пить напиток с грязной монетой в нем? — спросила она, пытаясь вглядеться и попробовать понять, есть на дне кружки монета или нет.
Гронм пожал плечами.
Велия, недолго думая, вылила содержимое кружки. Ничего страшного, уберут.
Монета с характерным звоном упала на пол, несколько раз отскочила и, наконец, остановилась. Подобрав монетку (все-таки деньги, как правило, на дороге не валяются), Велия переглянулась с некромантами и победно устремилась к выходу из столовой. Монета оказалась достоинством в пять зельдов. Когда она скрылась за дверью, Грокх вопросительно уставился на своего безвременно облысевшего товарища.
— Не беспокойся, — сказал Гронм. — Я во все кружки монеты сунул. Хотя, она и так бы выиграла, наверное. Самую большую монету взяла. Остальные по одному и три зельда. Все как надо. Попалась. Так что… Может, еще увидимся с нашими семьями, когда все закончится, м?
Грокх, которого на самом деле звали намного благозвучнее, только угрюмо кивнул.
Слушая, что поговаривают кругом, и, здороваясь со всеми подряд, Ренс забрел в садик к темным магам, который состоял в основном из камней и скрюченных деревьев. Здесь он наткнулся на своих приятелей. Они расположились на скамейке, сколоченной наспех из кривых досок, и, покуривая что-то Ренсу неизвестное, разговаривали.
— О! Здорово! Ребят, вы тоже тут? — улыбнулся Ренс и протянул руку для рукопожатия всем по очереди. — То ли мне так везет, то ли на Турнир реально собирается половина магов страны.