Некромантка

Петрова Виктория

Некромантка напряженно всматривалась в доски и водила руками по воздуху, словно играя на невидимой арфе.

Альва старалась не мешать. Но скорее не из благого стремления не быть надоедливой, а просто потому что на этой лодке ей еще сегодня лететь.

— Ну, вроде готово, — сказала Велия наконец.

— "Вроде"? То есть, возможно все будет нормально, а возможно мы грохнемся, как только поднимемся повыше в воздух? — с опаской в голосе спросила Альва.

— "Вроде" — это значит, что по жизни ни в чем нельзя быть уверенным.

Залазь, все нормально. Я с тобой упаду, в случае чего, так что о нас как о себе забочусь. А о себе я привыкла хорошо заботиться.

Альва вздохнула, закинула сумку в лодку, ловко перепрыгнула невысокий бортик, села на сиденье и тут же совсем неграциозно грохнулась, потому что не проследила, чтобы доска на опорах лежала ровно.

Морщась от боли, Альва встала, положила сиденье нормально и заметила, что тут даже есть специальные крепления по бокам, дабы исключить подобные инцеденты.

— И зачем делать такие сиденья? — проворчала девушка.

Велия, показательно громко вздохнув, сама забралась в лодку и встала поближе к ее носу. Альва думала, что некромантка сядет, как и она, но не тут-то было.

— Ну, поехали что ли, — сказала она, взмахнув руками.

Лодка резко, вслед за взмахом рук, поднялась на несколько десятков сантиметров вверх и выплыла из сарая. Велия опустила руки и дальше управляла лодкой уже мысленно.

— А теперь самое веселое.

Лодка начала набирать высоту. Сарай становился все меньше и вот он уже стал размером с пол-ладони. Альва, находясь в настоящем восторге от новых ощущений, перегнулась через борт и посмотрела вниз. Потом, прислушавшись к себе, слезла с сиденья, вжалась в пол, схватилась за борт лодки и побледнела. Восторг куда-то ушел и обещал не возвращаться.

— Ты что, высоты боишься? — строго уставилась на девушку некромантка, поворачивая лодку и усаживаясь на сиденье.

Живое олицетворение боязни высоты смотрело в пол, комкало покрывало и угрюмо кивало.

— А чего не сказала? — хмыкнула Велия.

— Так я не знала. Откуда в деревне такие высоты? А на деревья в детстве лазить не боялась.

Некромантка понимающе кивнула.

Помолчав пару минут, она в каком-то хулиганском порыве перегнулась через борт и плюнула вниз. Плевок отнесло ветром под дно лодки и куда-то вбок. Разглядеть, куда он приземлился, не удалось.

Когда деревня осталась за горизонтом, в душе, не спросив разрешения, поселилась тоска. Пока она еще не обжилась и лишь скромно сидела в уголке, но со временем освоится и уже по-хозяйски будет занавешивать окна серыми занавесками. Выгнать ее можно будет только поганой метлой, хорошим вином и новым местом, которое достойно будет называться домом.

За неимением дома и вина, некромантка выгнала тоску метлой агрессии. Тоска обиженно уползала, но обещала вернуться.

Поднялся ветер. Волосы Велии вместо того, чтобы красиво развеваться на ветру, лезли в рот и

закрывали обзор. Пришлось усмирить их, завязав в хвост. У Альвы, с ее извечной косой, таких проблем не возникало.

Ветер нагнал туч. Пошел дождь. Пришлось возвести нечто вроде крыши над лодкой. Крыша была невидима, но очертания ее вполне угадывались по стекающим с нее потокам воды. Купол был шире лодки и не примыкал к ее краям, чтобы пропускать воздух. Велия воевала с водой и пока одерживала победу, но чувствовала, что надолго ее не хватит. Купол отнимал слишком много сил. Если дождь не прекратится через десять минут, рациональнее будет промокнуть.

Альва уже немного освоилась и пересела обратно на сиденье, но вниз все еще старалась не смотреть. Чтобы успокоить нервы и развлечься, Альва решила поиграть с Велией в первую пришедшую на ум игру.

— Я называю слово, а ты другое, на последнюю букву. Идет?

— Хорошо, давай, — пожала плечами некромантка, не особо понимая, зачем ей участвовать в этом.

— Я начну. Дом.

— Мертвяк.

— Коса.

— Ангиак.

— А это кто? — спросила Альва.

— Призрак ребенка, умершего при рождении или ненамного позже.

Тут крыша, возведенная над лодкой, прохудилась, и вода начала течь Альве прямо на голову. Она отряхнула волосы от еще не успевших впитаться капель и отсела левее.

— Вечно у меня с водой неполадки. Явно не моя стихия. Тебе на "к", — напомнила Велия, смахивая капли дождя со лба и вглядываясь в возведенный магией купол, начавший протекать уже в трех местах. Починке он не поддавался и расползался на глазах. Велия хмурилась. Не хватило даже на пятнадцать минут. Слишком большая площадь.

— Колос, — после короткой паузы продолжила Альва.

— Смерть.

— Табу.

— Упырь.

— Так, все. Я так не могу. У тебя все слова какие-то некромантские.

Велия пожала плечами. Тем временем купол разрушился окончательно. Некромантка мысленно махнула рукой и решила, что дождь не такой уж и сильный.

— А у тебя крестьянские, — не осталась в долгу и тут же парировала она. — Косы да колоски. Слушай, а ты родителям про отъезд сказала?

— Конечно. Ну, точнее, я собрала вещи по-тихому, пока все спали, и оставила записку… Они бы меня не отпустили.

— Так уж и не отпустили бы? Они вроде у тебя выглядят добрыми. Многое тебе позволяют.

— Но пределы тоже есть. В моем возрасте до сих пор не выйти замуж это… Я и сама понимаю, что надо. А не за кого. И вроде хочется любви, а кругом все какие-то не такие. Тоска зеленая.

— Тоска серая, — авторитетно поправила некромантка.

— Почему?

— Зеленый — цвет жизни. Он тоску не нагоняет. Как и красный.

— А цвет смерти какой? Черный? — решила продолжить тему цветов Альва.

— Цвет смерти? Самой смерти как процесса или ее воплощения?

Альва задумалась.