Некромант
Шрифт:
– Что вам нужно в моем доме?– Глубокий оглушительный голос эхом разлетелся по пустоте комнаты, разбиваясь о стены гулким звоном. У меня по всему телу встали дыбом волосы, во рту пересохло. Валя еле слышно пискнула и вцепилась мне в руку. Кирилл мертвой хваткой вонзил свои острые пальцы мне в плечо. Резкая боль привела меня в чувство. Я скинула руку юноши, перед этим высвободившись из хватки Вали.
– Я пришла к вам за помощью! – на удивление спокойным голосом сказала я. Слова потонули в вязкой тишине. Ответа не последовало. Я сочла это ответом и продолжила: – Помогите моему отцу. Он находится сейчас
Опять тишина. Я уже решила, что на этом наш короткий разговор окончен, и уже решилась уйти, совершенно разочаровавшись в себе. Теперь, кажется, понимала отца – я никогда не оправдывала возложенные на меня надежды и ожидания. Но тут послышался уж более приглушенный голос:
– Почему?
– Почему?– по инерции повторила я и тут же опомнилась: – Я хочу заключить с вами сделку.
Руки ребят вновь сжали меня с обеих сторон, пытаясь удержать меня от неминуемого.
– Ты думаешь, эта сделка имеет для меня какое-то значение? – равнодушно сказал мужчина, но его голос по-прежнему устрашающе сотрясал воздух комнаты.
Я замялась.
– Ну, я знаю, что демоны заключают сделки ради выгоды.
Минутное молчание, а потом раздался смех. Да, именно смех, громкий леденящий душу глубокий смех. За спиной по учащенному дыханию я поняла, что Кирилл вот-вот упадет в обморок.
– Я не демон, – наконец перестав смяться, произнес мужчина.
От негодования и ощущения полной своей никчемности я мгновенно вспыхнула и грубовато добавила:
– Ну, хорошо, пусть вы не демон, а полумертвец. Какая, в сущности, разница?! Вы все равно…
– Тебе-то должна быть известна разница, – перебил он меня спокойным голосом, но казалось, что хозяин дома начал раздражаться. – Уходите.
– Но… – начала я, но тут раздался громкий чертовски страшный голос.
– Вон!
От его крика пламя трех свечей колыхнулось, а второе бра полностью погасло. Мы втроем вздрогнули и засеменили к выходу. Ребята упрямо тащили меня в светлый проем двери. Почти возле самого выхода я вырвалась и повернулась к мужчине:
– Назовите свою цену, – буквально закричала, боясь, что он не расслышит меня с другого конца большой комнаты.
Позади меня Валя ахнула.
– Остановись! – шептал Кирилл, дергая меня за руку.
– Что вы хотите в обмен на здоровье моего отца? Я знаю, это в ваших силах.
Опять тишина. Этот старый сукин сын проверял мое терпение, которого у меня совершенно не было, за что я получала немало оплеух в своей жизни и укоры моей матери. Но тут все намного опасней. Нельзя совершить неверный шаг из-за неумения держать язык за зубами. Слишком опасный был собеседник.
Мужчина неспешно поднялся с кресла. Его высокая фигура вытянулась в полумраке, жаркий огонь свечей жадно облепил своим светом широкую спину, облаченную в узкий черный пиджак. И, черт возьми, он не выглядел осунувшимся стариком. Может, он поддерживал форму спортом? По телеку я видела мужчин в солидном возрасте, выглядевших моложе за счет правильного образа жизни. Вот только был бы у этого мужчины правильный образ жизни. Но как бы там ни было передо мной пусть спиной, но стоял тот самый, которого мы так боялись всю жизнь, которого не меньше страшились все жители нашего городка и близ лежавших
Я молча ждала, что он мне ответит. Боясь даже дышать, чтобы не спугнуть теплившуюся надежду в моем измученном сердце. Некромант так же не спеша подошел к столику со свечами, взяв что-то в руку. Его лица я по-прежнему не видела. Свет падал только на его спину, черные волосы и широкие плечи.
– Что ты готова отдать, чтобы твой отец вышел из комы в полном уме и здравии и вновь вернулся к своей любимой семье?
Некромант медленно выговаривал каждое слово, накрывая гасильником одну свечу. Яркое пламя тут же погасло. А мужчина продолжал:
– Ответь мне, Мария, на что ты готова пойти ради своей семьи?
Я как завороженная наблюдала за его действиями. Ребята уже с силой тянули меня уйти, но я как каменный исполин, не двигалась с места.
– На все, – наконец сказала я. Валя ахнула. Пальцы Кирилла на моей руке напряглись. – Я готова на все, если вы спасете моего отца, – уже более громко и не таким дрожащим голосом повторила.
– На все? – переспросил Некромант, погасив вторую свечу, и поднес железный колпачок к третьей, последней горящей свече, после которой комната погрузится во мрак., И будет освещатся только тусклым светом из прихожей.
– На все.
Колпачок накрыл последнюю свечу. Тьма накрыла мужчину, и в ту же секунду он обернулся. Яркие насыщенно зеленые глаза смотрели прямо на меня. И буквально пылали зеленым огнем. За спиной всхлипнул Кирилл и рухнул в обморок. Валя пискнула и опустила мою руку, кинувшись к юноше.
– Я принимаю условия, – вновь прогремел устрашающий голос.
Я уставилась на совершенно ненормальные глаза. Хоть и видела уже необычные глаза одержимых, но эти… они завораживали. Я очнулась от криков Вали о помощи поднять тяжелого юношу и скорее убраться отсюда. Я кинулась в сторону Некроманта.
– Это слишком большая цена за одну душу. Верни еще мою сестру. Она не должна была умереть, – кричала я. Не знаю уж о чем я думала, когда начала торговаться с ним.
– Придешь завтра в семь вечера. Мы все обсудим, – произнес Некромант, не внимая моим крикам.
Его глаза сияли густой зеленью, и мне казалось, что он даже не моргал. Я не успела до него добежать. Он вытянул руку перед собой, и поднялся жуткий порыв ветра. И в то же мгновение мы уже стояли, нет, даже не на крыльце, а перед закрытой железной калиткой.
Я как парализованная уставилась на кованые вензеля калитки. Рядом рыдала Валя. Мое сердцебиение заглушало ее всхлипы. До меня только-только стало доходить, что я сделала.
Находясь все в том же коматозном состоянии, я помогла Вале дотащить Кирилла до моего дома, так как к нему домой идти было опасно и мы бы не смогли избежать объяснений состояния юноши. Потому пришли в мой пустой дом. Спустя некоторое время Кирилл пришел в себя. Весь вечер ребята меня ругали и пытались отыскать во мне хоть каплю здравого смысла. И в итоге ни с чем ушли по домам. Я улеглась в кровать и уставилась в потолок, прокручивая в голове встречу с Некромантом. Неспроста меня всю жизнь влекло в тот старый дом, видимо, судьба специально готовила меня к этому безрассудному шагу. Отец меня никогда не простит. Но он будет жив, в этом я была уверена.