Некромант
Шрифт:
— Зная, что после всего пережитого ты впитаешь часть долголетия древних, я и сейчас готов был бы перенести ту боль и страдания вновь. — Проникновенно заверил своих спутников верховный друид.
— Спасибо, друг… брат. — Расчувствовался маг
— Тебе спасибо за все наши совместные приключения. За то, что выходил меня после того раза, помог снова найти зверя и провести ритуал. За все, что мы пережили и за весь опыт, которым ты поделился. — Эльф едва сдерживал слезы. — Я искренне надеюсь, что мой сын обретет себе такого соратника, друга и брата, как ты и ты, Тихая смерть. С такими друзьями не страшны никакие враги.
И трое давних друзей, трое духовных братьев, замерли, глядя вдаль и думая, каждый о своем.
Глава VII
Былое
Через холмистые земли на северо-восток продвигалась группа путников. Двое эльфов и три человека направлялись к цели на пределе сил. Они вставали с первыми лучами солнца, сворачивали лагерь и шли до самого заката, пока солнечный свет еще оставлял возможность не свернуть себе шею на ухабах. И только с последними лучами ставили новый лагерь и готовились к ночлегу. Видно было, что они торопятся, словно бегут от преследования или гонятся за кем-то. Направлялись путники в сторону черного пика, пронзающего небо, к неясной пока цели.
Сегодняшнее солнце уже склонилось к горизонту и вот-вот должно было скрыться за ним. На горном плато, озаренном последними лучами закатного светила, открылся темно-фиолетовый портал и на холодные камни ступил почти пурпурного цвета, мягкий ботинок, с завернутый кверху острым носом. Существо осмотрело холмы за рекой и наконец найдя интересующую его группу задало вопрос в воздух, словно самому себе.
— Сквиртч, все по прежнему? Ничего интересного не происходило?
Из-за небольшого камня выскочила восьмилапая тварь и застучала маленькими лапками по породе, подбегая к хозяину и скрежеща, стрекоча и посвистывая на все лады.
— Значит приходит туда каждый день? — Заинтересовался наблюдатель, а услышав ответ продолжил. — И уходит он через портал?
И снова серия щелчков и потрескиваний.
— Сам верховный…хм…интересно. Что ж, хорошо, я тебя услышал. Продолжай наблюдать. Я должен быть готов, если речь идет о приходе повелителя тьмы. — Отрезал он и, развернувшись, снова открыл врата и шагнул через них.
Харнесесс в очередной раз стоял на поле боя и смотрел вдаль, в направлении пронзающих небеса, гор. Где-то там сейчас его сын приближается к неведомой цели, с неизвестными союзниками. Что ждет его впереди? Сможет ли он исполнить то, что задумал? Хватит ли у него сил справиться со всеми преградами, что встретятся на пути и одолеть всех врагов, преградивших дорогу?
Теплая человеческая рука мягко легла ему на плече. Затем сжалась стальной хваткой и развернула его лицом к лицу с верховным магом.
— Перестань себя казнить. Что сделано, того уже не вернуть. Теперь наша задача, только ждать и готовиться к решающей битве. — Попытался вразумить его Эрмортресс.
— Эрморт, ты не представляешь, как тяжело отправлять собственного сына навстречу неизвестности и понимать, что ничем ему не поможешь. — Горько сетовал эльф
— Ошибаешься. За годы обучения, он стал мне почти так же близок как и ты. Поверь, я разделяю сейчас твои чувства. Но к сожалению, мы уже сделали все, что могли для него. И теперь нам остается только ждать, надеясь на него, но быть готовыми к худшему исходу. — Успокаивал
— Думаю ты прав и я просто по отцовски за него переживаю, но мысли о том что ему грозит опасность ни на миг не покидают меня. — Никак не мог успокоиться друид.
— Знаю. И я понимаю тебя. Но задумайся вот о чем: сейчас ты тратишь свое время, проливая слезы по живому сыну, который вполне может за себя постоять, пока там. — Указал он рукой в сторону Sae'Aith. — На твоих беззащитных людей надвигается неизбежная смерть. Очнись верховный друид! Ты нужен своему народу здесь и сейчас. Когда вокруг сгущается тьма, ты должен привести нас к свету.
Харнесесс проникся искренней речью друга. Он вновь отвернулся и долго стоял так, в молчании глядя на залитые заходящим солнцем горные вершины. Маг, друг и соратник, молча стоял за спиной и терпеливо ждал. Когда иссякла и его надежда на то, что слова сработают, он молча подошел поближе, понимающе похлопал друида по плечу и искренне пожелал.
— Возвращайся скорее, ты нам очень нужен. — Негромко попросил он.
Человек отошел немного в сторону, чтобы не мешать размышлениям и открыл голубоватое окно портала и уже собирался шагнуть внутрь, когда за спиной раздался такой долгожданный оклик.
— Ты что, предлагаешь мне добираться пешком? — Шутливо упрекнул его друид. — У нас слишком много дел, чтобы бы тратить драгоценное время.
— Я рад, что ты вернулся, дружище. — Искренне улыбнулся Эрмортресс.
— Просто ты, как и всегда, прав. — Похвалил его эльф. — Я ни на миг не перестану переживать за сына, но слишком многое от меня зависит, чтобы я позволил себе замкнуться. Пошли, у нас немало задач, которые нужно решить прежде, чем мы примем на себя удар. И оба исчезли в сиянии портала.
Группа продвигалась на северо-восток, ориентируясь по пронзающему небо пику, чернеющему на горизонте. Третий день пути ничем не отличался от двух предыдущих. Андориус просыпался с первыми лучами солнца, (как у него только получалось определять точное время восхода?) Он будил остальных, все вместе завтракали чем-то из своих, обширных пока, запасов, собирали расстеленные на ночь мешки и отправлялись в дорогу.
Как и раньше, каждую ночь, Лазриэль раскидывал паутину сторожевого периметра и погружался в медитацию, продолжая усиливать свои заклинания и наращивать магическую мощь. За прошедшие дни он изучил ментальный взрыв, стену, шквал ветра и огненную ловушку. А Сила его магии выросла еще на четверть.
Маг больше не чувствовал давления извне, которое не давало ему делиться своими переживаниями, возможно наваждение прошло, когда он вступил на путь изменения судьбы. Но воспоминания о пережитом были столь болезненны, что рискнуть и проверить, придет ли видение, у него просто не хватило духу. Смерть там была слишком реальной, чтобы переживать ее снова.
За прошедшее время, эльфы очень сильно сблизились. Элиандор, ни на миг не доверявшая старцам, не отходила от своего принца и они проводили дни напролет за душевными разговорами о доме. Лазриэль поделился тем, что его беспокоило и о силе, что не давала ему рассказать все близким. Поведал об ужасной участи, что настигала его в ночных кошмарах раз за разом и о том, как избавился от нее, заменив ночной сон медитацией. А так же и о том, какие плюсы это за собой повлекло.