Некроинтернационал II
Шрифт:
Усмирить… И как это понимать? Вспомнилась охота за живым материалом во время моего ученичества у Агеона. Однажды на моём пути встал огромный пёс-волкодав, охранявший дом одного богача. Пёс заходился лаем и брызгал слюной, в свете фонарей его клыки казались лезвиями сабель, а глаза мерцали, точно два прожектора. Он был настоящим исчадием ада! Страшным и полностью уверенным в своей силе. А я просто стоял и неотрывно смотрел в его глаза. Во мне не было страха. Чем эта тварь может меня напугать? Я каждый день стою на грани жизни и смерти! Я каждый день пытаю и убиваю подобных тварей! Мои руки в крови уже не по локоть, а по самые плечи!
Сконцентрировав внимание на бушующих ростках, я постарался полностью успокоиться. Я ведь в собственном Чертоге Души и я здесь главный! Я здесь хозяин, а не какие-то приблудные шавки! Моя уверенность, точно приливная волна, затопила враждебные структуры, охлаждая их пыл. Симбионты поначалу замерли в недоумении, но вскоре вновь ожили и принялись проверять: не дам ли я слабину? Так ли я уверен в себе? По моим нервам вновь ударили волны боли, но в этот раз, я знал что делать. Я надавил волей на симбионтов, прижимая их сущности к земле, точно головы разыгравшихся псов. И те подчинились, признавая моё право сильного. С каждый секундой мир вокруг становился всё более и более стабильным, пока совсем не успокоился.
Когда буря стихла, я осмотрел пространство и увидел, что древо порядка выросло на добрый локоть, а хаотический подселенец разделился на множество тонких костяных лоз, принявшихся опутывать схему будущей «призмы». Видимо — это и есть обещанная ускоренная адаптация. Интересно, распространится ли этот эффект на оставшиеся четыре доминанты? И, что еще более интересно: какое умение даёт хаос?
Открывшийся лес, напоминал древнего старика, помнившего события трёх, а то и пяти вековой давности — толстые стволы, покрытые сединой мха, кривые ветки, скрюченные от старческого артрита и короткие светло-зелёные листья на них. Ветви и ствол сплошь покрывал слой разноцветной грибной поросли. Пахло приятной сыростью. Мы остановились, приглядываясь к деревьям. Сквозь прорехи в зарослях мерцало такое же унылое серо-серое, как и всё вокруг, небо. Преодолев древний участок, мы неожиданно оказались в уютном еловом царстве — под ногами хрустела мягкая хвойная подстилка, а от деревьев исходил чарующий смоляной запах.
— А нас здесь точно не сожрут? Я слышала, что в глубине леса обитают хищники и даже ядовитые твари! — поежившись, произнесла Ним. Причиной её страха стал непонятный хруст, доносившийся из брусничного куста.
— Что если там медведь?
— Разве они здесь водятся? Ну… подготовьте на всякий случай «импульсы», — пожав плечами, сказал я.
Командовать мне было в диковинку, ведь всю прошлую жизнь я действовал один и совершенно не привык полагаться на других. Впрочем, иных вариантов в нашей команде не было — девушки к этому не стремились, а Петер в женской компании смущался и терял способность связно излагать свои мысли.
Двое моих одногруппников замерли с отрешенными взглядами, принявшись формировать перед собой плетения, третья же решила повыпендриваться.
— Я могу создать плазменную иглу, — слегка покраснев, сказала Селин.
— Что, где ты её взяла? — удивленно уставился на неё Петер.
— Описание комбинаций внимательно читал? — спросила она.
— Ну, — протянул парень.
— Загну! В комплекте
— Так мы ведь только порядок получили, а к нему «стабилизация структуры» идёт! — воскликнул Петер.
— Выбирать комбинацию быстрее надо, а не дурью маяться! И сразу заключать контракт! Правда мне только «иглу» и выдали — чтобы в случае чего сбрасывать огненную энергию, — чуть смутившись, ответила девушка.
— Контракт? — Ним вопросительно подняла брови.
— Армия! — ударив кулаком себя в грудь, гордо ответила Селин.
— Сумасшедшая! И хочется тебе гробить свою жизнь на службу, подчиняться всяким уродам, вся эта грязь и постоянная смерть вокруг… — неодобрительно покачал головой Петер.
— Всё веселее, чем на заводе горбатиться! — привычно отбилась от него рыжая.
Подобные пикировки происходили между ними постоянно и уже стали обыденностью. Петер был ярым гуманистом и сторонником мирного прогресса, Селин же рвалась на войну, желая доказать всему миру, что женщины ничуть не слабее мужчин, а даже наоборот! К слову это неплохо получалось у нее и на гражданке — одному парню, решившему ощупать ее нижние полушария, она походя свернула нос и едва не сломала челюсть.
— Так что с медведем? — прервав их перепалку, сказал я. — Сможешь его поджарить? У этих тварей толстая шкура, к тому же сейчас осень — ещё и жировая прослойка, как дополнительная броня!
— Ну, честно говоря сомневаюсь…если только в глаз попаду…Но я меткая — на мухах тренируюсь! Специально подвешиваю за окно кусочек мяса, чтобы их привлечь, а потом стреляю иглой — сжигает подчистую! — воинственно взмахнув рукой, выпалила Селин.
— Медведь немного больше мухи… — возразил я.
Селин закатила глаза, намереваясь выдать гневную тираду, но в этот момент кусты затряслись с удвоенной силой и на полянку выпали два упитанных кролика, продолжающих сношаться прямо у нас на виду. От неожиданности, Ним выпустила свой импульс и умудрилась попасть им точно в грудь одного из животных. Кролику переломало рёбра и отбросило к массивной замшелой ели. Второй зверёк быстро юркнул в кусты и скрылся. Пущенные ему в след второй импульс и плазменная игла ушли в молоко.
— Идрисова тварь, — выматерилась недовольная Селин. Видимо расстроилась из-за упущенного триумфа.
— Это не дичь, — сказал Петер, поднявший с земли убитого зверя. — Похож на сбежавшего домашнего, мы в деревне постоянно держали два-три десятка таких.
— Может быть их специально разводят и отпускают? Хищников подкармливают или деревенщин, вроде тебя, — хмыкнула Ним, по ее лицу было видно, что она довольна своим успехом. Кроль — добыча невеликая, но вот попадание в такую мелкую цель с двадцати метров — уже достижение.
— Ты, помнится, мяса хотел, — вспомнил я, обратившись к Петеру. — Предлагаю устроить привал.
Возражать никто не стал, и мы решили «разбить лагерь» прямо на месте убийства. Разложили принесенные пледы, натаскали хвороста и уселись вокруг будущего очага. Селин таки смогла похвастаться своим плетением «иглы» и разожгла костёр, а Петер принялся разделывать кролика и насаживать кусочки мяса на тонкие прутики.
— Кстати об импульсах, помните: Рион обещал устроить нам практикум по дуэлям? На следующей неделе в расписании — «практическая магия», — наблюдая за шкворчящим мясом, сказала Нимилори.