Некродуэт Том 2
Шрифт:
Шрам все понял быстро. Первым делом он приказал послать кого-нибудь за Мастером Юзуфом, который предпочел остаться в холодном, но тихом Мораволе. Вторым приказом было посадить этих горе-киллеров под замок и нормально покормить. На гневный вопрос госпожи Розы о том, кто будет копать клумбы, несокрушимый Шрам ответил, что разберемся, как только решим, что делать с этими гробокопателями. Подоспевший Мастер Юзуф что-то шепнул на ушко своей благоверной, и та мигом потеряла интерес ко всему тут происходящему и резво куда-то ушла.
Выход неожиданно нашел Оокотон, после того, как хохочущий Шрам ввалился к нему в лабораторию и в лицах пересказал ему эту эпопею. Он зачаровал четырех скелетов
Отсмеявшись и кое-как восстановив дыхание, я стал выпрашивать подробности этого продолжения "Преступления и наказания: Старушка наносит ответный удар":
– А что сказал ей Мастер Юзуф?
– Что-то совсем нейтральное... Что-то про то, что видел среди торговцев какую-то даму в любопытной горжетке... Бедный Мастер Юзуф...
– Да уж, самоотверженный человек... Это ж ему за это влетело сразу по трем направлениям: за то, что на женщин заглядывается, за то, что у госпожи Розы нет такой горжетки, ну и вообще...
– В смысле - вообще?
– Уточнил Оокотон. Все-таки он был самым молодым в нашей компании и с женщинами, особенно замужними, много не общался...
– Скажем так... Это можно назвать общей и социальной неудовлетворенностью... Госпожа Роза - дама требовательная и темпераментная, поэтому свои требования она доносит до адресата без лишних церемоний...
– Я так и не понял: ведь не было никакой дамы и никакой горжетки... кстати, а что такое горжетка?
– Небольшая меховая накидка... Предмет поклонения практически всех женщин вне зависимости от окружающей погоды и температуры... Понимаешь, тут уже не так важно - была женщина в горжетке или нет... Всегда есть какая-то гипотетическая женщина в горжетке... В принципе... В целом... Где-то там... И этого уже достаточно, чтобы быть недовольной своей жизнью... А если учесть, что эта самая гипотетическая женщина может быть еще и моложе... А она, как правило, и моложе, и красивее... Чем не повод для апокалипсиса?
– Грустно пояснил Шрам.
– Кошмар-то какой! И что, так всегда?
– Спросил не на шутку испуганный Оокотон. До сих пор он как-то иначе представлял себе взаимоотношения с женщинами.
– Когда как. В случае госпожи Розы - всегда. Ее пожизненная неудовлетворенность всем и вся буквально хлещет через край. Притом, хлещет на окружающих. И как с ней Мастер Юзуф живет?
– Это и называется любовь...
– Жуть какая... И после этого некромантию называют извращением...
Одним словом, отдых прошел "на ура". Смеха ради мы даже провели следственный эксперимент, но у нас так и не получилось правильно скатить бочку, да и перехватить сразу два вида оружия получилось только у Шрама, да и то с третьей попытки... Наводит на размышления...
Набравшись сил, я отправился на родину. Встретили меня как подабается, Стелла получила море удовольствия от моего пересказа этой страшной истории и отчиталась, что новостей особых нет. То, что ее "вдруг" стали приглашать на
На второй день я все-таки добрался до завода, чтобы оценить производственные успехи моих подопечных. Производственные успехи особо не радовали - были сделаны всего пара образцов оружия и один неполный комплект брони, да и то, лучшее, что можно было про него сказать, что он явно бракованный. Главный инженер правильно интерпретировал мою вопросительно приподнятую бровь и поспешил дать пояснения:
– Это нормально - пробный выпуск, отладка оборудования... С первого раза даже решетку для слива сделать нельзя, не говоря уже о таком изделии... Да и в тех же решетках процент производственного брака достаточно велик...
– Ясно... И когда будет налажен нормальный выпуск?
– Скоро. Неделя, максимум - две. С большим доспехом точнее сказать не могу - кое-чего нам еще не доставили.
– Хорошо, в таком случае увидимся через неделю-две.
Я махнул рукой на всю эту катавасию, спрятался от посторонних глаз за ближайшим углом и совершил прыжок между мирами.
Позанимавшись пару дней рутинными делами и попрактиковавшись в прикладной некромантии, я получил приглашение сеньора Карло. На нем было написано всего одно слово: "Приходи". Прочитав сообщение, я коротко кивнул Шраму. Он все понял, поднялся из кресла и удалился в собственную комнату.
Я не стал как-то особо готовиться к этому мероприятию. Подарок у меня был, и достаточно. Я даже не стал переодеваться - как был в своем черном кожаном плаще с капюшоном, так в нем и остался. Шрам вернулся минут через пять. Все правильно - опытному воину не престало долго крутиться перед зеркалом. Шрам одел строгий черный камзол и черный же берет. На его костюме не было ни единого цветного пятнышка, он буквально всасывал в себя окружающий свет и цвет. Надо отдать должное, и без того внушительная фигура Шрама в этом костюме выглядела еще внушительнее, приближаясь в этой внушительности к абсолюту.
Я одобрительно кивнул, и мы молча отправились в путь. Церемония происходила во внутреннем дворе дворца сеньора Карло, в той самой беседке, где мы столько раз вместе с ним сидели и обсуждали наши темные делишки. Как и говорил сеньор Карло, приглашенных было немного, всего пятеро. Сайона Ранавана тут не было, но он свое еще получит. Не было так же никого, кто должен будет провести эту церемонию. Оно и понятно: довольно трудно всерьез относиться к какой бы то ни было религии, если ты много лет практиковал человеческие жертвоприношения, и сам можешь практически все, что угодно.
Сеньор Карло, чрезвычайно импозантный, в каком-то темно-пурпурном камзоле, расшитым золотыми нитями и бриллиантами, кивнул мне на небольшой столик, на котором лежали кольца, и спросил:
– Возьмешься?
– Это были первые слова, прозвучавшие за этот таинственный вечер. Я хмыкнул, прекрасно его понимая, кивнул и встал по другую сторону столика, которому предстояло сыграть необычную для себя роль свадебного алтаря.
Появилась невеста. Она выглядела вполне соответствующе нашим канонам о внешности невесты - красивое белое платье, которое изумительно контрастировало с ее темным цветом кожи и резкими чертами лица, развевающаяся фата и сопровождающие по бокам подружки, тоже в белом. Как и Маранда, они были пожилыми неприступными леди, в чьих лицах читалась внутренняя удовлетворенность, что, наконец, судьба складывается так, как надо. Невеста встала подле жениха у алтаря, и церемония началась.