Некомбатант
Шрифт:
М-м-да, что-то я размечтался… Еще ничего не готово, а я уже наполеоновские планы строю… Заканчиваем строить планы, сейчас Лиза придет. И надо делом заняться. Сколько еще всего не опробовано из богатого арсенала затейников-французов! А спасение мира отложим на завтра…
Глава 3
Круги на воде
Однако на следующий день пришлось отложить все дела. Хоронили Прохора. Отец не поскупился и организовал все по высшему разряду.
Я тоже сыграл на публику – произнес проникновенную речь над гробом. Причем был так убедителен, что, наверное,
Когда церемония прощания закончилась, поп прочел молитву и все стали расходиться, следователь тут же оказался рядом.
– Юрий Александрович, доброе утро! Хотя, какое оно доброе. Разрешите вас на пару слов?
– Доброе утро, Петр Савельевич. Живые должны жить. У вас появились какие-то вопросы ко мне?
– Вы весьма проницательны, Юрий Александрович. Скажите, зачем вам понадобилась эта инсценировка?
– О чем вы, Петр Савельевич?!
– Ладно, не буду темнить. Мы взяли тех людей, которых ваш дядя дал вам в сопровождение. И узнали от них много интересного. Вы правы, это была попытка убийства. Но не те злосчастные десять тысяч были причиной, которые дядя сначала пообещал вам дать, а потом передумал. Не складывается картина, Юрий Александрович.
– Что вы имеете в виду, Петр Савельевич?
– Налетчики з н а л и, что обещанных денег у вас при себе нет. Поскольку узнать об этих деньгах они могли только от дворни. А многие из прислуги слышали, как дядя вам отказал. Крайне сомнительно, чтобы налетчики пошли на убийство ради той ничтожной суммы, что была у вас в кошельке. Мало того, достоверно установлено, что ваш кучер тоже был в этом замешан. Это покушение не первое, которое планировали ваши враги. Все предыдущие сорвались по разным причинам. И во всех фигурировал Прохор Кузьмичев. Не объясните мне, почему он неожиданно изменил свое решение?
– Разве это так важно, Петр Савельевич? Лиходеи получили по заслугам. Вариант, что в Прохоре проснулась совесть и он решил мне помочь, возможен?
– Теоретически возможен. Практически же, применительно к таким личностям, как Кузьмичев, крайне маловероятен. Ничего не хотите добавить к сказанному?
– Увы, Петр Савельевич. Рассказал все, что знаю.
– Жаль. Не знаю, как вы смогли справиться с семью противниками, считая вашего кучера, но примем это как свершившийся факт. Или вам кто-то помог, пожелав остаться неизвестным? Тоже возможно. Но зачем вы покрываете Прохора? Не хотите, чтобы пала тень на всю вашу семью?
– Простите, Петр Савельевич. Но я не понимаю, к чему вы клоните. Я избавил столицу от нескольких убийц, которые на меня напали. Как вы сами говорите, с окончательно выясненными намерениями. В чем моя вина? Разве я что-то злоумышляю против государства?
– Господь с вами, Юрий Александрович! Если бы вы злоумышляли что-то против государства, то с вами бы говорил не я и не здесь. Я просто хочу разобраться. Если предположить, что вы сами справились со всеми налетчиками, то чисто по-человечески мне понятен ваш мотив выгородить
– Вот с этим не могу не согласиться. Петр Савельевич, давайте договоримся. Если я что-то узнаю, то сразу же вам сообщу. И даю слово, что не буду предпринимать никаких незаконных действий.
– Договорились, Юрий Александрович. И все же… Опасный вы человек. Не хотел бы я оказаться вашим противником на ночной улице…
Следователь распрощался и убыл по своим делам, а у меня появилась новая информация к размышлению. Бандиты как раз-таки были у в е р е н ы, что деньги у меня есть. Получается, есть еще какое-то лицо, задействованное в этой акции? Которое ввело бандитов в заблуждение. Либо по незнанию, либо намеренно. А зачем? Чтобы у них был более весомый стимул совершить задуманное? Возможно, хотя и слишком просто. Ведь это бы сразу выяснилось. Прав Крашенинников. Не складывается картина…
В том, что она не складывается, я убедился по возвращению домой. Исчез один из слуг, а братец Федя паниковал, хоть и пытался этого не показывать. Причем вряд ли он боялся именно меня. Что же за дела здесь творятся? Очень похоже, что Федя сам марионетка в чьих-то руках. И этот мистер Икс всего лишь умело воспользовался ситуацией, сыграв на низменных чувствах Федюши. А теперь, когда операция провалилась, Федя перешел из категории полезных инструментов в категорию нежелательных свидетелей. Прямо как я совсем недавно. А не поднять ли еще больше уровень его паники?
Выловив братца в укромном месте, чтобы поговорить без посторонних ушей, выдал ему прямо в лоб:
– Феденька, ты обратил внимание, что господин Крашенинников со мной беседовал?
– Ну и что?
– А то, что он продолжает копать. Очень интересные факты всплыли, когда взяли за шиворот кое-кого из дома дяди Игната. Так что ниточка может и к тебе привести.
– Врешь!!! Не верю!
– Дело твое, можешь не верить. Я просто говорю то, что услышал. Тем более, предполагаю, что Петр Савельевич мне далеко не все рассказал. Тайна следствия и все такое. Так что поторопись с отъездом, Федюша! А то как бы поздно не было…
Удар достиг цели, Федя занервничал еще больше. Стало ясно, что боится он не меня, а того, кто все это устроил. Оставив его думать о собственной горькой судьбинушке, ушел в свою комнату, пытаясь понять смысл произошедших событий.
Какова же конечная цель этого плана? Кому может мешать никому не известный студент-раздолбай двадцати лет от роду, который до недавнего времени лишь прожигал жизнь и ничем не отличался от представителей остальной «золотой молодежи»? Или я тоже – всего лишь средство достижения цели? А метили в моего отца? Допустим. Но что дает этому таинственному мистеру Икс устранение Юрия Давыдова? Всего лишь продвижение в наследники братца Феди? Слишком мелко. И выигрывает от этого один лишь Федя. Или у Феди какие-то обязательства перед этим мистером Икс? Особенно учитывая его многочисленные прошлые залеты? Вполне может быть. Или Федю самого должны были зачистить после того, как он выполнит свою часть плана? Тоже возможно. Но какова же тогда конечная цель операции?