Неистовые сердца
Шрифт:
Они пришли к высшей точке наслаждения вместе, и это было поразительным ощущением.
Теперь Энни чувствовала значительный оптимизм по поводу их будущего. Когда она пошевелилась рядом с Оливером и его рука сжала ее, Энни поняла, что он еще не спит.
— Оливер, я думала…
— Надеюсь, что не об очередной книге, которую ты прочитала.
— Я не шучу, — сказала она.
— А кто шутит? — Его рот слегка искривился. — Ну хорошо, о чем ты думала?
— О том, как ты повел себя сегодня
Оливер не пошевельнулся.
— Я сказал ему всего пару слов.
— Да, знаю, но ты согласился поговорить с ним, когда он предложил это. Ты пригласил его встретиться с тобой. Это был замечательный первый шаг.
— Ты так это поняла?
Она повернула голову на подушке и посмотрела на его ничего не выражающий профиль.
— Я знаю, после стольких лет и после всего, что произошло между вами, этот шаг был очень трудным для тебя.
— Да, и, признаюсь, не особо приятным, — подтвердил Оливер не шелохнувшись.
— Я это понимаю. Но ты поступил правильно. Ты взял оливковую ветвь, протянутую Полом Шором. Вэлери и Карсон сегодня, должно быть, почувствовали сильнейшее облегчение.
— Ты так думаешь?
— Я в этом уверена. — Энни положила руку за голову и посмотрела на темный потолок. — Что-то подсказывает мне, что встреча между тобой и Шором пройдет очень хорошо.
— Забудь про Шора. — Оливер повернулся и обнял ее. — Я хотел спросить у тебя кое-что. Что?
— Где ты достала книгу, которую изучала для своего сегодняшнего выступления?
— «Три ночи среди амазонок?»— Энни прыснула. — Мне ее порекомендовал Артур Куигли, владелец книжного магазина, который рядом с «Безумными мечтами». Судя по всему, выбор был неплохой.
— Ты попросила владельца книжного магазина порекомендовать тебе что-нибудь?
Энни почувствовала, что Оливер недоволен.
— Не стоит смущаться, — заверила она его. — Артур мой хороший друг. Он понял.
— Что именно, — спросил Оливер, — что понял этот твой хороший друг?
— Не волнуйся, я очень тонко вела разговор.
— Скажи мне, как можно тонко попросить в магазине такую книгу, как «Три ночи среди амазонок»?
Энни украдкой откашлялась.
— Я просто объяснила, что мне нужна книга, которая даст нам некоторое вдохновение.
— Вдохновение?
— Артур очень мило себя повел. Ведь мы все-таки новобрачные, ты не забыл? Люди понимают, что все новобрачные сначала неловко возятся.
— Возятся? — угрожающе переспросил Оливер,
— Здесь нечего стыдиться, — быстро пробормотала Энни. — Никто не может ожидать, что человек сразу же становится превосходным любовником.
— Невероятно.
Энни прикусила губу.
— Ты сердишься?
— Я? Сержусь? С чего ты взяла?
— Я тебе сказала: очень близкий. У Артура была серьезная проблема из-за его невероятной стеснительности. Он зарывался в своем магазине и игнорировал покупателей. Это было так грустно. Он продавал совсем мало книг и никогда не ходил на свидания. Артур был очень одинок.
— Пока не появилась ты? — с холодным сарказмом спросил Оливер.
Энни улыбнулась и пожала плечами.
— Мы с Артуром стали друзьями спустя несколько месяцев после того, как я открыла свой магазин. Некоторое время нам доводилось вместе ужинать. Но я бы не сказала, что это были свидания, поскольку обсуждали в основном дела. Я всегда знала, что мы с Артуром никогда не сможем быть больше, чем друзьями, и, думаю, Артур это тоже знал.
— Правда? А что вы делали, когда встречались?
— Мы много разговаривали. И через некоторое время он начал преодолевать свою робость.
— Потрясающе!
— Действительно потрясающе. И довольно приятно, — с гордостью призналась Энни. — Он даже начал ходить на свидания. Собственно говоря, это я познакомила его с женщиной, на которой он в конечном итоге женился. Она тоже была ужасно стеснительной, и Артур помог ей это преодолеть. У них было много общего.
— Этот Куигли, похоже, еще один Мелвин Финч.
— Мелвин? — Энни подумала. — Да нет, Артур и Мелвин совсем разные. Если ты помнишь, у Мелвина была проблема в общении со своим отцом. Он не был стеснительным, как Артур.
— И сколько Артуров и Мелвинов ты знала?
Энни нахмурилась.
— Не понимаю.
— Не важно. — Оливер сел среди спутанных простыней. — Где мои галстуки?
— Наверное, они совершенно мятые. Не беспокойся, я их для тебя выглажу. — Энни порылась за подушкой, пока ее пальцы не нащупали полоску шелка. Она с победным видом подняла ее. — Один нашла. Я уверена, что второй тоже где-то здесь.
— Хорошо. — Оливер взял протянутый галстук и, держа его за концы обеими руками, натянул, проверяя плотность шелка. — Одного вполне достаточно.
— Что ты собираешься делать?
— Немного повозиться. — Он потянулся и мягко взял Энни за запястье.
— Оливер. Ты этого не сделаешь.
Но она увидела новый, неизвестный раньше сексуальный смех в его глазах, и что-то в глубине души ее отозвалось радостью. Она начала смеяться. «Теперь все будет хорошо», — подумала женщина. Оливер наконец начинал осваивать игры в постели.
Было одиннадцать часов утра, когда Энни сидела за своим столом в «Безумных мечтах». Она смотрела на кипу бумаг, разложенных на столе, но ее мысли были обращены к прошедшей ночи.