Неисправимый повеса

Энок Сюзанна

— Может быть, нам следует зайти к ней, Джорджи? — предложила Люсинда. — Просто удостовериться, что с ней все в порядке.

Сент едва их слышал. Он снова вскочил на Кассиуса.

— Не нужно. Я узнаю, в чем дело.

Что-то явно случилось. На основании нескольких фактов, которыми он располагал, Сент с его обостренным чувством самосохранения понял, что утром все пошло не так, как должно было. Ему хотелось бы помчаться галопом, но, соблюдая пристойность, он пустил коня рысью по направлению к особняку Раддиков.

На его стук дворецкий

Раддиков открыл дверь.

— Лорд Сент-Обин. Доброе утро.

— Я хотел бы поговорить с мисс Раддик, если она дома, — сказал маркиз, не в состоянии скрыть беспокойство.

— Если вы подождете в малой гостиной, милорд, я узнаю.

Сент облегченно вздохнул и только тогда понял, что сдерживал дыхание. Во всяком случае, она здесь. Ее не увезли неизвестно куда и не выдали замуж за Кларенса Алвингтона прежде, чем сам он сумел что-то предпринять.

Сент мерил шагами малую гостиную. Жажда увидеть Эви подобно лихорадке расползалась по жилам. С ней должно быть все в порядке. Сейчас она спустится и скажет ему, что слишком много выпила вчера на дурацком обеде со своим братом и просто-напросто проспала.

— Сент-Обин. Он обернулся.

— Раддик.

Волосы на его затылке встали дыбом. Что бы ни происходило, это было хуже, чем он ожидал. «Будь вежлив», — напомнил он себе. Эвелина не сможет ни в чем выступить против желаний своего брата, так что он должен добиваться расположения Виктора, если хочет убедить ее в своей искренности.

— Доброе утро.

— Доброе утро. Боюсь, моя сестра сегодня неважно себя чувствует.

Сент стиснул зубы. Ему не удастся ее увидеть.

— Ничего серьезного, надеюсь? — с трудом вымолвил он.

— Нет. Всего лишь головная боль. Но она никого не принимает.

— Ну что ж. Тогда не буду вас задерживать.

Сент раскланялся с Раддиком и, возвратившись в холл, передал букет дворецкому.

— Для мисс Раддик.

— Да, и еще, Сент-Обин, — продолжал брат Эвелины, последовав за Сентом к выходу.

Только присутствие Виктора удерживало Сента от того, чтобы взбежать вверх по лестнице и вышибать двери, пока не найдет Эвелину и не убедится, что с ней все в порядке.

— Что такое?

— Моя сестра не так разумна, как мне бы хотелось. Она помолвлена с Кларенсом Алвингтоном, и я прошу вас, как джентльмен джентльмена, чтобы вы держались от нее подальше.

Сент так и застыл. Нет. Когда она прежде упомянула ему об этом, речь шла лишь о возможности. О чем-то, что он уже твердо решил предотвратить. Женщина, которую он полюбил, не может быть помолвлена ни с кем другим.

— Она согласилась выйти замуж за Алвингтона?

— Конечно, согласилась. Она принимает близко к сердцу интересы семьи. Прощайте, Сент-Обин. Надеюсь, что вы больше здесь не появитесь.

Сент задержался, когда дворецкий распахнул перед ним дверь.

— Знаете, Раддик, я всегда считал себя худшим мерзавцем в Лондоне. И мне было приятно узнать, что, оказывается, я ошибался. Мои поздравления. Теперь этот титул заслуженно перешел

к вам.

— Если бы у вас была сестра, Сент-Обин, вы бы меня поняли. Теперь уходите и больше не возвращайтесь.

Покидая особняк Раддиков, Сент чувствовал такую тяжесть на сердце, как никогда в жизни. Он знал, что Эвелина осталась там, в доме, и что она, должно быть, страшно несчастна. Ему необходимо было ее увидеть. Он должен был помочь ей. Он обязан был сделать хоть что-то.

Глава 24

Ужель тирану страшны лишь тираны?

Где он, Свободы грозный паладин?..

Байрон. Паломничество Чайлд Гарольда. Песнь IV [23]

Сент выхватил из рук конюха поводья Кассиуса, когда на парадном крыльце появился дворецкий.

— Эй ты, старьевщик! — закричал он. — Перестань докучать нашим гостям. Ты что, не знаешь, что вход для слуг с обратной стороны дома?!

23

Пер. В. Левика.

Сент оглянулся через плечо в том направлении, куда обращался дворецкий. Никакого старьевщика нигде не наблюдалось. Мельком взглянув в сторону маркиза, дворецкий снова скрылся в доме, с шумом захлопнув дверь.

Изо всех сил стараясь подавить зловещее желание избить Раддика до полусмерти, Сент пустил Кассиуса вдоль улицы. Сразу же за углом, недалеко от Честерфилд-Хилл, он отыскал парнишку, дал ему шиллинг и поручил гнедого жеребца его заботам. Слава Богу, что есть на свете дворецкие.

Пробравшись по подъездной аллее, он направился на задний двор. Когда он подошел к дому, дверь на кухню открылась, и дворецкий провел его внутрь.

Кухонная прислуга, казалось, была что-то уж слишком занята наведением чистоты в столь ранний час, но поскольку это позволяло ему остаться незамеченным, у него не было возражений.

— Спасибо, — пробормотал он, взбираясь вслед за дворецким по узкой черной лестнице.

— Если мистер Раддик увидит вас, боюсь, мне придется отрицать, что я помог вам войти, — в ответ проговорил дворецкий. — Но мисс Раддик, судя по всему, действительно любит вас, а мы любим ее. Она не заслужила такого скверного обращения. Поднимитесь на третий этаж. Ее спальня — четвертая с левой стороны.

Сент кивнул, вихрем взлетая по ступенькам. По крайней мере действия дворецкого подтвердили его собственные подозрения. Эвелина оказалась в таком положении не по своей воле. Коридор был пуст, и Сент направился к двери, которую указал дворецкий. Тихонько постучав, он приложил ухо к твердой древесине.

— Эвелина?

— Убирайся прочь, Виктор! Я не желаю с тобой разговаривать!

— Эвелина Мария, — позвал он тем же тихим голосом. — Это я, Сент.

Он услышал шелест ткани, приблизившийся к двери.