Негодяй
Шрифт:
Стены кухни были отделаны панелями светлого дерева, с которыми хорошо гармонировали бежевые мраморные столешницы кухонного гарнитура. Пол тоже был из светлого натурального дерева. В этом уютном помещении часто собиралась вся семья. Здесь стояли диван и телевизор, по которому Зельда смотрела «мыльные оперы» и ток-шоу. Она любила пересказывать то, что увидела накануне, и приводить в качестве примера различные ситуации из телепередач.
— Привет, мама, — сказал Сэм, оторвав глаза от рисунка.
—
Максин поцеловала малыша в макушку и взъерошила ему волосы.
— Нормально. Стиви сегодня вырвало прямо в классе, — сообщил Сэм и, положив фиолетовый мелок, взял из коробки зеленый.
На его рисунке были изображены дом, ковбой и радуга. Увидев это, Максин улыбнулась. У нее не было причин для тревоги. Сэм рос нормальным ребенком в благополучной семье. Он, конечно, скучал по отцу. Сэму не хватало его больше, чем старшим детям, которые не так остро переживали расставание с Блейком.
— Плохо, — сказала Максин, надеясь, что бедняга Стиви съел что-то недоброкачественное и все обойдется. Было бы хуже, если бы в школе снова началась эпидемия гриппа. — А ты как себя чувствуешь?
— Хорошо.
Зельда заглянула в духовку, где готовился ужин.
— Мама, можно я надену твой черный джемпер? — спросила вошедшая в кухню Дафна.
Ей исполнилось тринадцать лет, и ее фигура уже начала округляться, приобретая женственные формы. Дафна перешла в восьмой класс. Все дети ходили в Далтонскую школу, которую очень ценила Максин.
— Какой джемпер? — спросила она.
— Тот, который с белым мехом, помнишь? — Дафна отрезала ножом кусочек от лежавшего на столе яблока. — Эмма устраивает сегодня вечеринку.
Дафна старалась говорить небрежным тоном, но от матери не укрылось волнение девочки. Сегодня пятница — с недавних пор Дафна стала каждый уик-энд ходить на вечеринки.
— Это очень нарядный джемпер, — осторожно сказала Максин. — Он прекрасно подойдет для вечеринки. Там будут мальчики?
— Мм… ну да, наверное…
Максин улыбнулась, понимая, что Дафна прекрасно знает, кто именно будет на вечеринке у Эммы. В новом джемпере от Валентино девочка, по-видимому, намеревалась сразить наповал какого-то восьмиклассника.
— А тебе не кажется, что в этом джемпере ты будешь выглядеть слишком взрослой? Не лучше ли надеть что-нибудь другое?
Максин сама еще ни разу не показывалась в новом джемпере. Ее разговор с дочерью прервало появление в кухне Джека. Он надел бутсы. При виде этого Зельда ахнула и всплеснула руками.
— Немедленно снимай эти ужасные ботинки, испортишь пол! — закричала она на мальчика.
Усмехнувшись, Джек сел прямо на пол и разулся. У Зельды дети ходили по струнке, и Максин одобряла это.
— Ваш матч сегодня, наверное, не состоялся из-за плохой погоды? — спросила Максин
У Джека было две страсти — футбол и компьютер. Он помогал решать проблемы, возникавшие с компьютерами, всей семье. Любые неполадки Джек с легкостью устранял за несколько минут.
— Да, его отменили из-за проливного дождя.
— Так я и знала, — сказала Максин и сообщила детям о планах отца. — Он хочет поужинать с вами в День благодарения. Думаю, что ваш отец проведет в Нью-Йорке весь уик-энд. Если хотите, можете пожить с ним эти несколько дней.
У Блейка был роскошный пентхаус в пятидесятиэтажном доме, оборудованный по последнему слову техники, с мощными современными видео — и стереосистемами. Из окон квартиры открывался потрясающий вид на город. В одном из помещений находился домашний кинотеатр, в другом — игровая комната с бильярдным столом и электронными игровыми автоматами. Дети любили бывать в квартире отца.
— Ты тоже пойдешь с нами? — спросил Сэм, подняв глаза на Максин.
Он не любил расставаться с матерью. Отец был для него во многом чужим человеком. В отличие от старшего брата и сестры Сэм никогда не ночевал в пентхаусе Блейка, предпочитая оставаться с матерью.
— Если хотите, могу поужинать вместе с вами. Правда, сначала мы поедем на обед к дедушке и бабушке, и я боюсь, что наемся там до отвала мяса индейки. Думаю, вам будет хорошо с папой и без меня.
— Он приедет с подружкой? — спросил Сэм.
Максин не могла ответить на этот вопрос. Блейк часто приезжал в Нью-Йорк не один. Его женщины были молоды и красивы. Порой детям нравилось веселиться с ними. Но Максин чувствовала, что они ревнуют Блейка к его любовницам. Особенно Дафна, которая стремилась стать главной женщиной в жизни отца. Она считала его крутым, а Максин, по ее мнению, во многом уступала ему. В ее возрасте такое отношение к матери было вполне обычным. Максин не раз встречала в своей практике девочек-подростков, которые терпеть не могли или презирали матерей. Со временем это проходило, поэтому она не тревожилась по поводу нынешних отношений с дочерью.
— Я не знаю, приедет ли ваш папа один или с подружкой, — честно ответила Максин.
Возившаяся у плиты Зельда презрительно фыркнула.
— В прошлый раз он приезжал с какой-то воображалой, — заявила Дафна и, повернувшись, вышла из кухни.
Ей надо было еще порыться в гардеробной матери. Спальни детей и Максин располагались рядом вдоль одного длинного коридора, что Максин находила весьма удобным. Ей было приятно находиться в непосредственной близости от детей. Сэм часто забирался к ней в постель по ночам, заявляя, что боится темноты и страшных снов. На самом деле ему просто хотелось быть поближе к маме.