Нефрит
Шрифт:
Слишком погруженная в себя и свои попытки не сорваться в самый неподходящий момент, я не сразу заметила, как Звезда, которая пробиралась впереди самой первой, вдруг отскочила в сторону и оскалилась, замахнувшись рукой на что-то в кустах… вернее КОГО-ТО!
Ну явно не на эльфа мы могли тут натолкнуться совершенно случайно, и в руках его был не мухоморчик, а самый себе настоящий автомат, который тут же издал оглушительную трель, замолкнув, словно захлебнувшись, лишь когда Малахит в своей ужасающей скорости кинулся вперед, одним рывком
— Это и есть их оружие? — поднял с земли Малахит автомат, в первую секунду с интересом рассматривая неведомый агрегат, пока его ноздри не расширились и он не кинулся вперед снова с такой скоростью, что мы просто перестали его видеть в этой тьме, заметив лишь рядом со Звездой, которая не могла подняться на обе ноги, оскалившись и морщившись.
— Ранена! — ахнула я, дернувшись вперед к ней и Малахиту, но тут же оказалась прижатой к земле на удивление тяжелой рукой Вульфа, который ловко подтащил нас — троих самых хрупких и беззащитных в этом мире огромных мужчин-медведей — буквально под себя. закрывая собственной спиной, потому что кусты оказались каким-то бесконечным источником врагов!
— НАЗАД и уведи их за камни! — кричала Звезда, ловко разворачиваясь и умудряясь завалить сразу троих мужчин только с помощью своей косы, которой орудовала ловко и умеючи, словно удавкой, стягивая ее на шеях с такой силой, что даже сквозь жуткий шум слышался хруст сломанных шей и позвоночников!
Малахит раскидывал всех направо и налево, совершенно не глядя какие части тела попадались в его кулачищи, и что он вырывал, разрывая людишек в прямом смысле на части, заливая кровью все вокруг, включая себя и рыча своим страшным двойным голос, от звука которого меня до сих пор бросало в полный ужас и шок.
— Не высовывайтесь отсюда, пока не скажут! — крикнул Вульф, когда мы оказались в каком-то месте, окруженные со всех сторон каменными глыбами чуть ниже человеческого роста, за которыми было не видно ничего вокруг, зато слышно в разы сильнее оттого, что эхо окружало нас, буквально оглушая, — И сидите тихо! Я помогу нашим, и вернусь!
В какую-то секунду мы заметались с девочками, оказавшись в ловушке, окруженные со всех сторон валунами, через которые самим нам было просто не выбраться, в том случае, если вдруг кто-то решит сюда заглянуть сверху.
— Тут есть выход! — прокричала Злата, отчаянно водя белыми ладонями по влажным от холода валунам и дрожа не от холода, а от раздирающих эмоций, когда мы кинулись к ней, чтобы на всякий случай понять, куда нам бежать и где прятаться в следующий раз, с визгом отскакивая от прохода, даже не успев его нащупать, потому что на него навалилось большое, обжигающее жаром тело.
Тело раненного Кадьяка, глаза которого закатывались. а огромное мускулистое тело содрогалось в конвульсиях,
— Тащите его внутрь Скорее! — ахнула Мия, кидаясь вперед, не смотря на свой животик и пытаясь запихать Берсерка к нам, словно это было нам под силу!
Я даже подумать не успела зачем нам это было нужно и как могли помочь мы — мелкие, хрупкие и самые уязвимые в этом мире огромных мужчин — кинувшись вперед и пытаясь хоть как-то сдвинуть с места того, кто весил больше нас с девочками вместе взятыми, раза в два!
Мы тянули его за руки, упираясь в мерзлую землю из всех сил, вот только всё без толку!
— Попробую сдвинуть его с другого бока! — вскрикнула Злата, принявшись забираться по одному из валунов, как самая высокая из нас и спрыгивая на землю, чтобы попытаться хотя бы немного сдвинуть с места того, кто был словно бегемот по весу!
И трех муравьев, вроде нас, было явно недостаточно!
Но мы пытались изо всех своих силенок, чтобы спасти хотя бы одного Бера, в руке которого торчало сразу три дротика, чтобы не отдать его наших врагам, позабыв о собственной безопасности и о том, что в этом лесу за каждым листиком подстерегают враги!
А надо было бы думать об этом раньше!
— Мия, не трогай, тебе нельзя! — крикнула я, пытаясь отодвинуть отважную крошку, за себя и помочь Злате, напрягаясь так, что еще немного и пупок бы развязался, даже если где-то глубоко в голове понимала, что наши усилия совершенно напрасны, пока не услышала крик Златы, переходящий в стон, закричав вместе с ней и Мией, когда мы бросились вперед, чтобы увидеть одного из врагов, который всадил нашей златовласой девочке кинжал в ее красивую стройную ножку.
Мы вопили так, что я охрипла, кидаясь на камни и пытаясь теперь затащить Злату обратно к нам, уже ничего не соображая от паники и видя, как красное пятно ее крови расползается на ноге с ужасающей скоростью, а и без того белая кожа становится неестественно серой от страшной боли, которую испытывала наша сестра!
Некогда было думать о том, что этот солдат, опьяненный кровью и собственным страхом, не остановится на достигнутом, увидев еще и нас — вопящих, рыдающих, и пытающихся спасти свою сестру.
Но когда всё происходит слишком быстро, то не успеваешь испугаться! Не успеваешь даже просто подумать о том, что происходит! Не понимая даже того. что кондратий хватит гораздо позже, когда все останется позади…если только получится выжить!
Вот и сейчас события сменяли друг друга с такой скоростью, что подумать я не успевала, охрипнув от собственных криков и оттаскивая назад Мию, потому что солдат, облаченный в камуфляжную одежду с разрисованным лицом дернулся всем телом, захрипев и забулькав собственной кровью, когда его глаза расширились от ужаса, но не успели даже закатиться перед смертью, потому что прямо из его груди показалась рука….окровавленная и огромная, сжимающая то, что было сердцем!