Недра
Шрифт:
– Кто это?
– Алина в ужасе позвала Создателя.
– Не знаю, но чувствую, как от этого существа исходит неизвестный мне вид энергии.
Манта подлетела практически вплотную. Неторопливо облетев вокруг Алины, будто рассматривая, она застыла прямо напротив лица девушки.
– Ч-чего ей от меня надо?
– Алина от страха начала заикаться.
Манта бесшумно опустилась вниз и подставила Алине спину, видимо, приглашая спуститься, но Алина ещё крепче вцепилась в сталактит. Тогда манта отлетела в сторону, раздался электрический треск, и пространство осветила синяя молния. Огромный сталактит в нескольких сотнях метров
– лихорадочно соображала девушка.
– Если манта отлетела в сторону, то я должна была уже упасть на землю. Надо открыть глаза, - но невообразимый ужас, сковавший мозг, не давал это сделать». Пересилив себя, Алина таки открыла глаза: она стояла на спине манты, бешено планировавшей по коридорам пещер. Руки и колени на несколько сантиметров утопали в чёрной поверхности. Чувствовалось, как их что-то удерживает, однако, попытавшись поднять руку, Алина заметила, что хватка исчезла. Выходит, существо её вовсе не держит, а напротив - старательно оберегает, но куда они летят?
Тихомир вгляделся в окружающую пустоту. «Интересно, - подумал он, - в этом пространстве не существует никаких элементарных частиц, а я думаю, что вглядываюсь в него. Кстати, а где ива? Тихомир вскинул голову и завыл. Пространство заполнила звуковая волна, в которой сразу же появилось яркое зелёное дерево.
– Привет, - Тихомир не знал, как себя вести. Он догадывался, что перемирие с деревом довольно шаткое и не известно, чем все может закончиться. Ива зашелестела ветками и подлетела ближе.
– Ты?
– негромко спросило дерево.
– Я.
– Кто ты?
– Не знаю. Я не знаю, кто я здесь.
– И я, - опустило ветки дерево, - скажи, что мне нужно делать? Где мы?
– Я не знаю, что тебе делать, и не знаю, где мы, но… давай посмотрим вселенную, поражающую своим великолепием.
– Давай.
Вспыхнула яркая звёздочка, потом ещё, и ещё…
– Как красиво, - прошептала ива.
– Ага, - согласился Тихомир.
За спиной чувствовалась пустота, перед глазами… вселенная - необычайная, дикая и свободная, существующая и нет, бесконечная и ограниченная. Миллионы галактик, миллиарды звёзд, невообразимое количество планет, астероидов, комет… Вселенная вливалась в сердце, несясь по артериям, проникая в вены, сосуды, капилляры, наполняя собой каждую клеточку тела, пропитывая его необъятностью, дикостью и свободой.
– Ты это чувствуешь?
– спросил Тихомир иву.
– Да.
– Мы часть вселенной, а вселенная часть нас.
– Здесь так хорошо…
Вдалеке показались неясные очертания зверя. Через мгновение стало понятно, что это котёнок, с окровавленной мордочкой.
– Сейчас на его пути появиться шипастый цветок, - прошептал Тихомир иве.
– Знаю, - печально ответила та, - и не хочу на это смотреть. Давай уйдём в ничто.
Они снова поплыли в пространство, где царило небытие.
– Жалко, - прошелестело дерево.
– И мне, - согласился Тихомир, как-то оживляясь.
– А давай проникнем во вселенную в том месте, где нет ни котёнка, ни цветка.
– Вот это идея! Они знают, что мы поблизости,
– Пойдем. Ты мне чем-то нравишься, не знаю чем, но, кажется, нам стоит путешествовать вместе.
– А ведь в начале мы чуть не убили друг друга. Я словно была в другой оболочке, отравляющей все вокруг… Не знаю, но чувствую, как она разрушается… Благодаря тебе, волк.
Глава 8
Ярослава почувствовала обжигающую боль на щеке, рука инстинктивно дёрнулась и ощутила на себе чью-то кисть.
– Ну, наконец, - прервал тишину голос Пришивало.
В глаза ударил яркий свет. Ярослава обнаружила себя сидящей в салоне танка.
– Что за мода терять сознание в самые ответственные моменты… - Пришивало озабоченно ходил из стороны в сторону.
В голову, наконец, нахлынули мысли, принося с собой воспоминания о том, как она здесь очутилась и что необходимо делать дальше.
– Ты говоришь, связь с начальством оборвалась, - Ярослава медленно встала и повернулась к Дмитревичу.
– Да. Как только эта… мочалка нас обволокла.
– Болеслав, ты уже сделал то, о чем мы договаривались?
– Э, - замялся Пришивало, - ситуация за бортом знаешь ли…
– Ситуация как раз благоприятна для задуманного, - перебила его Ярослава.
Пришивало отправился в угол салона и прикладом автомата начал вышибать какую-то металлическую крышечку на стене. Экипаж сразу забеспокоился, а один из солдат, экипированный в одежду из нанотрубок, потянулся к оружию. Ярослава сразу же вышла в центр салона, подняла руку с перчаткой и остерегающе на него посмотрела.
– События развиваются именно в той последовательности, в какой они и должны были развиваться, - ледяным тоном произнесла она.
– Я не гарантирую безопасности, но шанс выжить для всех нас значительно возрастёт, если мы сможем действовать независимо от вашего руководства, которое сейчас находится на поверхности и в любой момент может уничтожить танк легким движением руки.
Металлическая крышка отлетела в сторону, звонко ударившись о пол, а Пришивало отбросил в сторону автомат и начал копаться в проводах, скрывавшихся до селе в стене.
– Дмитревич, - Ярослава медленно подошла к его рабочему месту, - что мох может сделать с танком? Точнее, не мох, а эта…
– Мочалка, - подсказал Дмитревич.
– Мочалка, - повторила она, - она как-то воздействует на танк?
– Во-первых, она его обездвижила, - затараторил Дмитревич, - во-вторых, датчики зафиксировали многочисленные микропроникновения в броню. Через пару часов…
– Связь с колонной есть?
– перебила его Ярослава.
– Нет.
– Система охлаждения только в колонне?
– Нет. Резервная есть в танке, но азота в нём… минут на десять и то, смотря какая температура за бортом. Её смонтировали только для того… Короче, если вдруг что случится из ряда вон выходящее.
– Как и сейчас. Вот и включай её.
– То есть?
– То и есть! Включай эту резервную систему охлаждения.
– Но температура за бортом не высокая, зачем!?
– Затем что её нужно включить! Дмитревич, твоё дело нажимать на клавиши, - думать буду я и Болеслав Андреевич.
– Всё, готово!
– запыхтел в углу Пришивало.
– Что там у вас.