Недотрога
Шрифт:
– Все будет зависеть от того, как вы себя поведете. Пока им не удалось запугать вас, несмотря на ужесточение методов борьбы. Выбор у вас не велик: либо уступить и отойти в сторону, либо продолжить борьбу.
– Предпочитаю что-то третье. Такое, что не смахивало бы на начало военных действий.
– Нет, Алисия! Это война. Необъявленная, но война. Ты даже не знаешь, кто твой враг. Победить в такой войне труднее всего.
– У меня ребенок, Гейб. Я не имею права подставлять еще и его. Как я могу рисковать его безопасностью?
– Согласен.
– И они победят, да? Мне невыносима сама мысль о такой вероломной победе.
Гейб прочитал смятение в ее глазах.
– Понимаю. Тебе сейчас непросто сделать выбор.
– А как бы ты поступил на моем месте?
– Я бы дрался! Но у меня нет ребенка, нет больного отца. И даже собаки нет, – добавил он, заметив Сэди, которая подбежала, чтобы поприветствовать его. Он наклонился и потрепал ее по голове, а она подпрыгнула и благодарно лизнула его лицо, а затем принялась облизывать руки.
– Ты явно пришелся ей по душе, – сказала Алисия, наблюдая за этой трогательной сценой.
– У меня есть свой подход к дамам, – ухмыльнулся он.
– К четвероногим точно есть. Сэди, место! – Собака моментально перестала прыгать и выжидательно замерла, глядя на Алисию. – Знаю-знаю, кушать хочешь! Потерпи немного. Думаю, начнем спасать остатки имущества после завтрака, – обратилась она к Гейбу.
Но не успели они повернуть к дому, как увидели Джастина. Тот в одной пижаме кубарем катился вниз по холму.
– Проснулся в такую рань? – удивилась Алисия. – Сам встал? В школу тебя не добудишься, а тут вскочил ни свет ни заря.
– Хотел своими глазами увидеть, что осталось после пожара. Вау! Почти ничего не осталось! – констатировал мальчик, взглянув на пепелище. – С чего все началось?
– Пока не знаем, – ответила ему мать. – Не переживай. Все образуется. И мы все отстроим заново. – Она ласково взъерошила сыну волосы. – Есть хочешь?
– Умираю от голода! И собери мне бутерброды на ленч. Кейт обещал отвезти нас с Дэвидом в парк Макларен. Мы там организуем пикник.
– Отличная идея.
– И я у них останусь ночевать, да? – Лицо мальчика вдруг приобрело сосредоточенно-серьезное выражение. Он внимательно посмотрел на мать. – Ты уверена, что не хочешь, чтобы я остался с тобой? Все-таки сегодня твой день рождения, а ты будешь одна.
– Как видишь, я не одна. Да и работы столько навалилось. А потому ваш пикник пришелся как нельзя более кстати. Отправляйтесь на природу и развлекайтесь весь день.
– Мама! Я знаю, ты будешь грустить! Ведь сегодня и день рождения дяди Роби.
Алисия опустилась перед сыном на корточки и посмотрела ему прямо в глаза.
– Конечно, я буду вспоминать сегодня дядю Роби. Но грустить не буду! Он никого из нас не хотел бы видеть в постоянной печали. Ведь он был таким жизнелюбом. Вот я и постараюсь в память о нем быть сегодня весь день в хорошем настроении. Обещай мне, что ты
Судя по всему, ее слова не очень убедили Джастина, но он молча кивнул.
– О’кей! А когда мне можно будет вручить тебе подарок?
– Давай после завтрака?
– Хорошо! – согласился он и повернул назад к дому.
– Я и забыл, что у тебя сегодня день рождения, – сказал Гейб, когда они тоже стали подниматься в гору.
– Вот и отлично. Я бы хотела, чтобы об этом забыли все. – Алисия вздохнула. – Я специально попросила Кейта забрать к себе Джастина. Мне было бы трудно весь день притворяться счастливой.
– По-моему, Кейт – хороший парень, – сказал Гейб. Вообще-то ему не очень хотелось признавать очевидное, но и каких-либо серьезных поводов недолюбливать поклонника Алисии у него тоже пока не было. – Правда, он категорически за то, чтобы ты закрыла свой бизнес. Ты знаешь об этом?
– Да. Кейт – неконфликтный человек. Он любит обходиться с людьми по-хорошему. И надо сказать, у него это неплохо получается. Все его любят. Враждебность горожан по отношению к нам с отцом, нападки детей на Джастина в школе – его все это страшно беспокоит. Он даже предлагал мне переехать в какое-нибудь другое место. Может, я так и поступлю в один прекрасный день. Порой я и сама не знаю, зачем и ради чего я воюю со всеми. Потому что, если честно, на реку я боюсь возвращаться. Наверное, мною движет просто желание спасти семейный бизнес, дело, которым занималось несколько поколений Хейденов. А еще мне претит мысль, что верх может одержать какой-то негодяй, который то выводит из строя машину, то поджигает наш дом. Этого я никогда не допущу!
При последних словах Гейб невольно улыбнулся. У Алисии по-настоящему бойцовский характер. В чем в чем, а в умении держать удар ей не откажешь.
– Конечно, не допустишь. Ты еще дашь хорошего пинка этому негодяю, вот увидишь! И я с удовольствием помогу тебе!
Она кивнула в знак согласия.
– Хорошо! Сам понимаешь, десятилетний ребенок и шестидесятилетний старик, к тому же инвалид, не сильная подмога в таком противостоянии. С такой армией в наступление не перейдешь.
– Кстати, о наступлении. В чулане у Роби я обнаружил два ружья.
– Да, Роби любил оружие. И папа тоже любит.
– Ты-то сама стрелять умеешь?
– В свое время я ходила с отцом и Роби на всякие стрельбища. Но ты же не хочешь сказать, что мне придется пускать в ход оружие? – Глаза Алисии сузились. – Одно дело, знаешь ли, стрелять по мишеням в тире, и совсем другое – открывать огонь по живым людям.
– А если они начнут стрелять в тебя? Или в твоего сына?
– Это кардинально меняет положение. Если я увижу, что жизни Джастина что-то угрожает, я пойду на все. Однако мне кажется, что так далеко наши недруги не зайдут. Не станут они охотиться на нас, словно мы утки! – Алисия нахмурилась. – Ты специально запугиваешь меня?