Недотрога

Фритти Барбара

– Что именно?

– Например, что этот Ронни думает о случившемся? Если он настоящий коп, то обязан был провести настоящее расследование.

– Ронни плыл на третьем плоту вместе с Саймоном. Они плыли последними, и расстояние между нами было ярдов двести. Река в этом месте узкая, извилистая… Они даже не видели, как перевернулся плот отца. Саймон сказал мне, что заметил только, как мой плот вдруг подбросило в воздух, а когда они миновали очередной поворот, то увидели кучу людей, копошащихся в воде. Саймон кое-как сумел увести плот в сторону и тем самым избежать

столкновения. А потом все они тоже бросились спасать тех, кто уже был в воде.

Алисия рассказывала все эти подробности нарочито будничным тоном, и лишь только капельки пота, проступившие на лбу, и нервное дрожание кончиков пальцев выдавали ее внутреннее волнение.

– На плотах были другие полицейские?

– Был еще двоюродный брат Ронни, Эрни. Но он тоже плыл на третьем плоту.

– Итак, никто из полицейских ничего не видел собственными глазами, и сами они не пострадали.

– Нет. Хотя позднее Ронни заявил, что уровень воды в реке был высоким, течение – чересчур быстрым, и, по всем правилам, мы обязаны были прекратить дальнейший спуск. Ну, это, собственно, повторяли потом все кому не лень.

– Уровень воды действительно был высоким?

– Да. В прошлом году зимой и весной выпало очень много осадков. А потому река поднялась, как никогда. Но мы не единственные организовывали спуски. Буквально накануне этим же маршрутом проследовали туристы, которых сопровождали люди из «Уайлд Ривер Турс».

– Вот это важно. Значит, другие туристические фирмы вовсю эксплуатировали реку, и высокий уровень воды никого не смущал.

– Похоже на то. Правда, в тот день никаких других спусков не было. Ходили слухи, что Митчелл якобы сказал, что они перенесли свой спуск на другое время после того, как оценили погодные условия.

– Но вам-то они ничего не сообщили о своей оценке, не так ли?

– Не забывай, мы им конкуренты, а не друзья.

Гейб согласно кивнул. Мало-помалу картина произошедшей трагедии стала проясняться и складываться в единое целое.

– Отец любит гонять плоты по высокой воде. – Алисия взглянула на Гейба. – Он ведь обожает риск. Экстрим – это его стихия. Вот он и решил, что «мальчишки» (так он называл Брайана и его друзей) тоже будут в восторге от острых ощущений. Они и были в восторге… до тех пор, пока не оказались в воде.

– Сколько раз такое с вами случалось в прошлом? У вас часто переворачивались плоты?

– За последние десять лет раз пять.

– То есть все вы прекрасно знали, что надо делать в подобной чрезвычайной ситуации?

– Теоретически – да. Но на практике… Когда оказываешься в воде, когда течение стремительно сносит тебя вниз, всякий раз приходится действовать сообразно ситуации.

– Где сейчас Саймон?

– Отец сказал, что он вернется в город на следующей неделе. Планирует снова работать на нас.

– Хорошая новость, да?

– Да. Правда, сейчас мне не до него. Так мы идем?

– Пошли!

На просьбу о встрече с главой местной полиции им ответили, что шеф сейчас, как и большинство других сотрудников полиции, находится на месте проведения

праздничных мероприятий. Пришлось отдать заявление молоденькому офицеру по имени Майкл Тарри. Тот быстро пробежал бумагу глазами и пообещал передать ее по инстанции.

– Пустая трата времени! – разочарованно вздохнула Алисия, выходя на улицу.

Пожалуй, она права, подумал Гейб, но вслух сказал:

– Зато теперь у них есть наше письменное заявление на случай чего…

Алисия заметно побледнела.

– То есть ты хочешь сказать, что поломкой машины дело не закончится?

– Надеюсь, что закончится. Одно не дает мне покоя. Что делал этот Кенни Барбер возле вашего эллинга? Что он там искал впотьмах? У вас он больше не работает, переметнулся к вашим конкурентам. Тогда зачем он заявился к вам? А сегодня выясняется, что в твоей машине кто-то подрезал топливопровод, соединяющий бензобак с двигателем. Кто же так старается? Кто хочет запугать тебя и заставить уйти с реки? Кстати, где живет этот самый Кенни?

– У него квартира в многоэтажном доме в нескольких кварталах отсюда.

– Вот и замечательно! Сейчас отвезу тебя домой, а потом нанесу визит этому парнишке.

– Тогда я с тобой! В конце концов, дело ведь касается меня!

– Щенок может показать зубки.

– Глупости! Я знаю Кенни с восемнадцати лет. Он обожает экстремальный спорт. Спуски на плотах по горным рекам – это его хобби. Винить его в том, что он предпочел уйти от нас, тоже неправильно. Конкуренты предложили ему больше, а кто же откажется от хорошего заработка? Насколько я помню, он сказал тебе, что искал какие-то свои вещи, и у меня нет причин не доверять ему! – Алисия подавила тяжелый вздох. – Мне всегда претила излишняя подозрительность. Я привыкла доверять людям, доверять собственным ощущениям, своей интуиции. Мне кажется, ты все чересчур преувеличиваешь, Гейб.

– Ни капельки! – отрывисто бросил он. – Вчера тебе удалось убедить меня, что этот твой Кенни шлялся у вас по двору вполне на законных основаниях. Но после того, что случилось сегодня с твоей машиной, я предупреждаю тебя на полном серьезе: будь бдительна! – Он рывком включил зажигание. – И пообещай мне вот что. Пока мы не докопаемся до правды, не сбрасывай со счетов никого. И не думай, что вчерашний друг не может сегодня стать врагом. Еще как может! Погиб человек! И кто-то жаждет отомстить тебе не только на словах.

– Чего же они ждали целых полгода?

– Вполне возможно, ты сама заставила их ускорить события. Они узнали, что Хейдены возвращаются в бизнес, и решили действовать безотлагательно.

Алисия беспомощно прижала руки к вискам.

– У меня голова раскалывается от боли.

– Кажется, я тоже приобрел себе устойчивую головную боль, – сухо ответил Гейб.

Алисия слабо улыбнулась.

– Наверное, жалеешь, что так опрометчиво согласился выполнить просьбу Роби?

– Отнюдь! Просто теперь я в полной мере понимаю, почему Роби так просил меня помочь вам. Думаю, он тоже прекрасно понимал, что все гораздо сложнее, чем представляете себе вы с отцом.