Недомерок
Шрифт:
К решетке подошли охранники, послышался шум открываемого замка, и девушка выскользнула в коридор. Парень проводил подругу грустным взглядом и откинулся на топчан.
Через три сании из ворот поместья Лоскера выехала карета, внутри которой сидели Улька и мужчина.
— Ну что, уважаемая эльсира, вы наконец-то удовлетворили свое любопытство?
— Уважаемый Данелий, вас не касается мое любопытство, как вы изволили выразиться, — ответила девушка и сняла иллюзию. — Но все же я вам отвечу, так как вы мне помогли договориться с этим Лоскером. Да, я полностью удовлетворила свое любопытство. Но даже если бы я не была удовлетворена, то в любом случае через неделю я должна быть в академии, так как мой отпуск уже заканчивается.
— О, прекрасная
— Данелий, я уже говорила, что меня больше интересовала его личность, а не постельные качества. Хотя вынуждена признать, что он может дать фору в любовных делах многим, кого я знавала в качестве знатных ловеласов и любовников. Но даже если бы Ден был плохим любовником, то я все равно потратила бы время не зря. Вы бы слышали, как он рассуждает о различных вещах! Такое впечатление, что его обучением занимались лучшие эльфийские учителя. Хотя в некоторых вопросах он полный профан, но знает такие вещи, о которых я никогда не задумывалась. А как он рассказывал об устройстве Вселенной. Правда, в части нашей планетной системы у него в знаниях большие пробелы. Жаль, я так и не смогла у него выудить, откуда он родом. Стоило мне об этом заикнуться, как я натыкалась на стену молчания или поцелуй, — Ульрика невольно облизнула губы. — А целуется он знатно.
— Так значит, раз вы полностью удовлетворены общением с ним, вас не беспокоит его дальнейшая судьба? — ехидно вопросил Данелий. — Или вы все же планируете что-нибудь для него сделать?
— Даже если бы я хотела что-нибудь сделать, то вряд ли мне это позволит его нынешний хозяин. Этот Лоскер помешан на императорском турнире и ни в какую не пожелал продать Дена. Тем более у меня нет времени и денег на эти дела, мой отпуск заканчивается и надо ехать в академию. Но если Ден доживет до императорского турнира, то я там обязательно буду.
— Понятно. Тогда я буду сообщать вам обо всех его достижениях. Надеюсь, вас не слишком огорчит, если этот молодой человек умрет на арене, все-таки жизнь гладиатора недолговечна и только единицы из нескольких тысяч доживают до свободы.
— Я уверена, что он выживет, — тихо ответила Ульрика и закрыла глаза, в которых до сих пор стоял образ молодого парня, так запавшего ей в душу.
Денис
Очередной городок, очередная арена, очередные противники. Уже осточертело все это однообразие, но если хочу выжить, то надо собраться. Сегодня мне предстоит три боя, к первому из которых меня уже готовят. Как всегда на меня напялили стандартный набор: шлем, похожий на горшок, наруч на левую руку, кулачный щит с шипом по центру и прямой меч. Катану, которая уже пару дней как лежит в арсенале поместья Лоскера, я не стал брать, так как уже отвык от однолезвийного клинка. Вот вернусь обратно, потренируюсь месяцок и буду всех удивлять техникой иайдо, полосуя противников с одного удара.
— Будь осторожен, — Шуфар, проверяя снаряжение, дает наставления. — Говорят, что сегодня выступает очень сильный новичок, который практически не проигрывал.
— Наставник, так я ведь тоже не проигрывал, если не считать тренировочные поединки.
— Поговори мне еще тут. Вот зазнаешься, и разделают тебя на арене. Еще раз повторяю, будь осторожен, а то у меня плохие предчувствия.
— Да ладно вам, наставник, сейчас выйду и разделаю всех. А вы не забудьте приготовить мне хорошую девочку, — весело ответил я и подмигнул орку.
Решетка, ведущая на арену, открылась, и я вышел под палящее солнце и гул толпы на трибунах. Да, теперь меня уже редко ругают, после того группового боя, в котором я положил четверых противников, а Гретус с Клементом изображали свежеприготовленные
С другой стороны арены подходил очередной гигант, ростом за два с лишним метра, но меня это уже совсем не смущает. Чем больше враг, тем больнее будет падать. К тому же я уже приноровился использовать свой рост с пользой, атакуя ноги, живот и подмышки врагов. Да, если могу дотянуться до горла, то не раздумывая бью туда, стараясь не задеть рабский ошейник. Но в последнее время я принял за правило, что если не удается покончить с врагом с одного удара, то лучше измотать его, нанося удары по конечностям. Да и зрители благосклоннее воспринимают более длительный бой — им ведь неинтересно, если один из бойцов падает буквально на первых секундах боя.
Гигант оказался вообще без доспехов, если не считать за таковые набедренную повязку и ремни, пересекающие тело крест-накрест. В руках у чернокожего раба была двухсторонняя секира с длинной ручкой, очень удобная для сильных смертоносных ударов.
Недолго думая, гигант прыгнул вперед и попытался разрубить меня надвое сверху вниз. Довольно глупый прием, учитывая, что я уже с минуту как был готов к бою и ждал именно подобного удара. Почему-то все эти бугаи, несмотря на молву и мои многочисленные победы, как-то неадекватно начинают себя вести, стоит им увидеть меня воочию. Вот и этот чернокожий, так называемый воин, не ожидал, что я просто отшагну вправо и сделаю шаг вперед. Секира просвистела уже за моей спиной, а я без всяких изысков провел лезвием меча под левой подмышкой гиганта. Отбежав на пять шагов, я развернулся и приготовился продолжить бой, но вот чернокожий уже не спешил повторно нападать. Бугай медленно попытался поднять секиру двумя руками, но левая рука явно его не слушалась и просто соскальзывала с ручки оружия. Ну да, а чего еще ожидать, когда я перерезал пару сухожилий и вен, вон как кровь струится по ребрам.
Враг понял, что если он промедлит, то просто истечет кровью, и ринулся на меня, подняв секиру правой рукой. Дождавшись, когда он окажется в трех шагах, я сделал шаг вперед, прямо под секиру и резко крутанулся по часовой стрелке, смещаясь из-под удара влево. Согнувшись как можно ниже и пропустив противника по правой стороне, я нанес удар в колено. Все, можно считать, что бой закончен, так как вряд ли данный индивид сможет двигаться с раздробленным суставом и перерезанными сухожилиями.
Уже не обращая внимания на выбежавших на арену стражников, я привычно прошел по полю под крики толпы и скрылся за решеткой. В коридоре меня уже ждал Шуфар и пара рабов с кувшином и куском ткани, заменяющим полотенце. Несмотря на то, что в этом бою я даже не активировал ускорение, пот с меня лил ручьем, а в горле пересохло. Сказывалась просто одуряющая жара и нервное напряжение боя.
— Молодец, хорошо провел бой, — орк взял из моих рук меч и щит, чтобы я мог напиться и ополоснуть лицо. — Но учти, что этот чернокожий был самым слабым из сегодняшних бойцов. Следующим твоим противником будет как раз тот новичок, о котором я тебе говорил, так что не расслабляйся.
— Хорошо, — я оторвался от кувшина с водой, чтобы вдохнуть, и снова припал к нему. Вода была прохладная и сладкая, от нее невозможно было оторваться.
Напившись, я отдал кувшин рабу, который полил мне оставшейся водой на руки и голову, затем я вытер лицо и руки куском ткани. Взял меч и щит и повернулся к решетке.