Неделя до…
Шрифт:
– Сережа, ты правда не понимаешь? Это что-то за гранью нормы. За пределами мира, который мы видим и воспринимаем. В котором живем. Мы не сможем в этом разобраться.
– Мы, может и нет, но…
– Никто из людей не сможет! Как ты не поймешь…
Лика резко встала с дивана, сбросив руку Сергея, и пошла в сторону кухни. Не оборачиваясь, сказала:
– Я в душ и варить кофе. Приходи на кухню.
Она какое-то время постояла под душем, переключая воду с горячей на холодную. Обычно контрастный душ действовал на Лику ободряюще. Оживляюще, она бы сказала. А тут всё равно, как будто, какая вода льётся –
Кофе уже сварил Жарков.
– У тебя вода с волос капает. – заметил он. – Где у тебя сахар?
– Сереж, я не ем сахар. У меня его нет.
– Очень мило. А если в гости кто придет? Надо иметь сахар!
Он ловко взбил пенку капучинатором и выложил на кофе. Нарисовал сердечко, довольно кривенькое. Поставил кружку перед Ликой.
– Я не бариста. Держи. Теперь из-за твоих пищевых привычек придется пить кофе без сахара, а я так не люблю.
– Сгущенка есть в шкафу! Мама приносила. Пыталась меня приобщить к выпечке торта, но я не приобщилась. И маму отговорила. Сводила её в кафешку и накормила тамошним наполеоном. Сгущенка пойдёт?
– Романова, сколько лет мы знакомы?
– У-у-у… – хмыкнула она.
– Не «у-у-у», а двадцать четыре года. Двадцать пять почти. И ты так и не запомнила, какой кофе я пью. Черный с сахаром. Нахрена мне твоя сгущёнка?
Он отхлебнул несладкий кофе и поморщился:
– Идея у меня тут возникла, Анжелика Павловна. Гениальная, я бы сказал, идея. Только не смейся!
– Жги. – разрешила Лика.
– Если твоя беда выходит за рамки понятного и обычного, так может обратимся к специалисту по необычному?
– Что это за специалист?
– Ясновидящие. Ведьмы. Гадалки. Кто-то из этой братии, в общем.
Лика подумала и сказала:
– Я не против, и не собираюсь смеяться. Мне в принципе не смешно сейчас. Я изо всех сил держусь, чтобы не рыдать и не падать в обмороки. Поминутно. Но вот в чем проблема: мне кажется, они все шарлатаны.
– Согласен! Все, кто популярен так или иначе, точно шарлатаны. Но ты помнишь нашего одноклассника Макса Письменных?
– Конечно! Что за дурацкий вопрос? И что? Он – ведьмак?
– Кто? Макс?! С ума спятила? Макс обычный бизнесмен, как и мы. У него небольшая мебельная компания. Не о нём речь! Я в детстве частенько ездил к Максу на дачу, а попросту – в деревню, где живет его дед. Так вот, его дед – натуральный ведьмак! Клянусь.
– Ничего себе. – Лика почувствовала то, что не должна была чувствовать – надежду. – И почему ты никогда мне не рассказывал про этого деда?
– Да а чего про него рассказывать-то было? Я особо и не был впечатлен. Ну, ведьмак и ведьмак. Знахарь Григорий – так его все зовут. Он лечит всю округу. И из города к нему приезжают тоже. Сейчас я про него вспомнил, потому что ситуация так сложилась.
– Так он, может, помер давно, тот дед! Это когда было-то? Когда ты последний раз был в той деревне?
– Лет тринадцать назад. Но я уверен, что дед Гриша живее всех живых. Ты согласна ехать к ведьмаку?
– Я согласна ехать хоть к черту, если это поможет!
– Так… видео твое у меня на телефоне есть. У тебя доступ к почте есть?
– Да! Я только
Жарков уже звонил. Было раннее утро пятницы. Сергей был уверен, что Макс вовсю работает, или едет на работу.
– Макс, братан, здорово! Как ты?
Лика начала прислушиваться. Макс что-то рокотал в трубке, но слов было не разобрать. Сергей попросил его связаться с дедом и посодействовать, чтобы их приняли без очереди.
– Спасибо. Жду! – сказал Жарков и отключился.
– Ну? Чего там?
– Дед Григорий, как я и думал, жив и здоров. И людей принимает. Максим сказал, что мы можем ехать. За это время он свяжется с дедом и составит нам протекцию. Собирайся!
Когда они подъехали к деревушке в семидесяти километрах от столицы, на часах было уже десять часов пятнадцать минут. Лика вдруг оробела. Ноги стали ватными. Она сидела в машине и пыталась собраться с силами, чтобы выйти и пойти в дом. Макс позвонил Сергею, когда они были в дороге, и сказал, что дед ждет их. Никакой очереди у него нет, он теперь принимает людей по записи. Век высоких диктует свои правила, интернет давно протянул свои сети повсюду, и в маленькие деревушки в том числе. Видимо, и деревенской магии коснулся. Даже пожилые колдуны ведут запись на прием в мессенджерах.
Мужчину, который выглянул из калитки, язык бы не повернулся назвать пожилым. Лика наконец взяла себя в руки и вышла из машины. Может, это не дедушка Макса? Может, сын его? Отец Макса, или дядя?
Сергей только открыл рот, чтобы заговорить, но Лика опередила его.
– Мы к Григорию!
– Я Григорий. – сказал мужчина, странно глядя на неё.
– Сколько же вам лет?!
– Семьдесят один. А вам?
– Вам не может быть семьдесят один! – убежденно сказала Лика. – Вы что, выращиваете молодильные яблоки?!
Он усмехнулся.
– Проходите. Максим звонил. Проходи, Серёжа.
Дед, который выглядел лет на пятьдесят максимум, посмотрел на Жаркова и улыбнулся. На Лику же он смотрел очень сурово. Максимально неодобрительно. Ей это не понравилось.
Жарков, когда звонил Максу, ничего ему не рассказывал – она сама слышала. Просто попросил помочь. Без подробностей. Этот дед не может знать, с чем они приехали. Если даже и знает, потому что видит, и что с того? Она же не прокаженная! Почему? Почему он ТАК на неё смотрит?..
– Здравствуйте, деда Гриша! – Жарков тоже улыбнулся ведьмаку.
Так вот запросто говорит «деда» чужому мужику, который выглядит неприлично молодо, и утверждает, что ему – семьдесят один. Как в такое поверить? Лика, приехав сюда, в эту деревню, ощутила ещё большую абсурдность последних дней её жизни.
С другой стороны, с ней уже чего только не происходило. Начиная с того, что она видела на видео себя мёртвой, будучи живой. И периодически видит какие-то отвратительные галлюцинации. Кошмарные. Пугающие. А как её не выпустили из Московской области! После всего этого, наверное, глупо удивляться тому, что семидесятилетний старик выглядит на… на сорок восемь, примерно, этот дядька выглядел. Может быть, чуть моложе. Ой, да какая разница? Чего она пристала к этому деду? Может, у колдунов есть способы продлять себе молодость, и вообще жизнь? Может… может, этот Григорий и ей, Лике, сможет продлить жизнь?