Неделимые

Высоцкая Мария Николаевна

Очередной вдох острее подчеркнул-то, насколько, она скованна и ограничена в выборе. Дурацкий корсет платья неимоверно давил, затрудняя вдохи.

Вытерев еще не выступившие слезы, Марго сжала полы платья в кулаки. За дверью послышались шаги - стук каблуков становился ближе. Дверь открылась, мама, осторожно ступила в комнату щелкая выключателем, зажигая свет. Яркие лучи, за секунду распространились по небольшому помещению заставляя зажмуриться.

– Рита, ты чего в темноте сидишь? – поинтересовалась Ольга Николаевна, открывая окна.

–

Платье выбираю, как ты и хотела,- откинула волосы назад.

– Выбрала? – взгляд матери упал на стойку, все платья висели в том же порядке, в каком их доставили из магазина. И конечно же, все по-прежнему были в чехлах.

– Да,- выпрямила спину, поднявшись,- это,- уронила руки вдоль подола.

– Это? – на лице женщины появилась разочарованно - злостная гримаса,- первое попавшиеся?

– Мне все равно мама! – повысила голос,- эта не моя свадьба.

– А чья?

– Твоя, папина, но точно не моя,- развела руками, прижимаясь спиной к стене,- поэтому мне все равно, в чем идти.

– Рита,- шикнула мать, встав рядом с дочерью,- мы это обсуждали! Ты не можешь выйти замуж за паренька, работающего официантом в ресторане.

– А я и не собиралась,- опустила глаза,- я вообще, не хочу замуж, не за кого.

– Хватит! – закричала женщина, заставляя Риту накрыть уши ладонями.

– И поэтому мы возвращаемся в средневековье, да? Вы же продаете меня, как скот, – вскричала, размазывая слезы по лицу.

– Не передергивай!

– Конечно, - усмехнувшись в лицо матери, Рита, не задумываясь, выбежала из комнаты.

На улице, в лицо ударила волна леденящего ветра. Зима в этом году была морозная, но солнечная. Не прошло и секунды, как плечи задрожали, а кожу начал покалывать морозец. Обняв себя руками, Рита разрыдалась, опускаясь на снег неподалеку от гаражей. Когда – то дом охраняли, в гаражах стало целых пять машин, мама пропадала в Европе - не касаясь воспитания дочери, и Рите, не нужно было примерять эти дурацкие платья.

Пару месяцев назад, отец разорился и загремел в больницу, после сердечного приступа.

В горле встал сухой ком. Кожа медленно начала синеть, просвечивая до каждой венки. Сумбур мыслей в голове не давал покоя, злость уже давно перемешалась с отчаяньем. Сейчас она ненавидела их всех, а особенно его, человека, который, согласился на все это безумие.

Рита не могла понять, зачем ему это? Егор был не уродлив, даже наоборот, и очень богат, под словом очень журналисты имели в виду не один миллиард, и не рублей, конечно. Марго не знала, сколько ему лет точно, где-то двадцать пять, возможно, чуть больше, он появился в городе около года назад. Прилетел из Америки, сразу после смерти своей бабушки, и незамедлительно вступил в наследство, по которому ему досталось около десятка заводов, и центральный пакет акций какой-то металлургической компании, это она прогуглила еще в тот вечер, когда ушел Саша. И к чему, этому человеку, такие средневековые выходки?! Вряд ли его этому в Америке научили.

Ладошки

с силой растирали предплечья, еще несколько минут, и она загремит в больницу с воспалением, хотя, возможно, так будет лучше - свадьбу придется отложить.

Во дворе послышался звук машин. Вытянув голову, Лаврова привстала, наблюдая, как у дома паркуется кортеж из четырех иномарок. Заглушив мотор, из черного Мерседеса выбежал плотный мужчина, он, обошел авто вокруг открывая пассажирскую дверь.

Егор чуть пригнул голову, ступая ногой на дорожку. Охранник тихо хлопнул дверкой, как только Марков оставил ее позади себя. В кармане пальто, зазвонил телефон. Мужчина сунул руку за мобильным, приветливо кивнув, выбежавшей на крыльцо Ольге Николаевне.

– Марков,- рявкнул в трубку, шагая по ступенькам,- я уже уехал. Да, хорошо, завтра с утра заедешь,- скривил лицо, - ну не на Луну же. В офис, - отключился, - Ольга Николаевна, добрый день, - дернул ручку входной двери.

– Здравствуй, Егор. Ты…?

– Я по делу,- выставил руку, в которую тут же упала папка, от стоящего позади охранника,- мне тут в офис принесли,- протянул бумажки, будущей теще,- перехватили. Из вашего дома, между прочим,вероятно, это дело рук Маргариты.

Пролистав папку, женщина отступила.

– Я не понимаю, я…

– Дорогая Ольга Николаевна, - присел на диван, закинув ногу на ногу,- я похож на клоуна? Я пошел вам навстречу, когда ваш муж падал мне в ноги, предлагая эту свадьбу ради нашей общей выгоды. Мне нужно это месторождение, а Рита единственная, кто может им распоряжаться…пока…- щелкнул пальцами,- Но то, что в этой папке, мне очень не нравится,- стряхнул с рукава пальто несуществующие пылинки,- еще одна подобная выходка, и я все отменю. Сейчас мои деньги нужны вам больше, чем мне это месторождение,- Егор, конечно же, лукавил, ему очень было нужно месторождение.

– Да,- женщина сглотнула,- простите Егор, я не знаю, как у Риты хватило ума, на такую выходку…, - Ольга действительно не понимала, зачем дочь отправила эти бумажки в газету, с изречением своей версии истории, как ее насильно выдают замуж. Сейчас Лавровым было невыгодно злить Маркова, им были нужны деньги, которые он должен будет перечислить, после свадьбы.

– Я надеюсь, что мы поняли друг друга.

– Конечно, - закивала головой Ольга.

– Отлично. Увидимся через, - задумался, - три дня…

Запахнув полы пальто, Егор уже хотел сесть в машину, как боковое зрение уловило движение в стороне гаражей.

Придержав охранников, Марков двинулся в сторону, этого движения. Увиденное, повергло в легкий шок. А зеленые глаза, посиневшей девчонки немного испугали. Сняв пальто, он накинул его на плечи Риты, заставляя ее вздрогнуть.

– Давно ты тут сидишь? – поинтересовался, разворачивая девушку к себе, но внятного ответа не услышал. Девушка смотрела на него затуманенным взглядом. Совершенно не понимая, что происходит,- дело плохо,- выдохнул, поднимая Лаврову на руки, каждое слово сопровождалось струйкой теплого пара на холодном воздухе.