Нечто греховное
Шрифт:
– Мельбурн разговаривал с его кузеном. Тот сообщил, что виконт хочет уехать в Индию. Надеюсь, тебе его не жаль?
– Ни капельки! Ведь в Лондоне для него закрыты двери домов всех аристократов, после того как он сделался посмешищем для высшего общества. А ведь еще недавно он мнил себя властелином мира!
– Он собирался втоптать тебя в грязь, – со вздохом промолвил Шарлемань. – Так ему и надо.
– По-моему, он еще легко отделался, – заметила Сарала. Внезапно что-то стукнулось о дверцу кареты и раздался взрыв. Шарлемань упал на пол, Сарала
Шарлемань подбежал к нему и двинул ему в подбородок кулаком. Виконт упал, Шей поднял его на ноги и стал трясти, схватив за грудки.
– Ты пытался нас убить, негодяй! Ты ответишь за это! – восклицал Шей.
Сарала подбежала к ним и выхватила из руки виконта пистолет одним молниеносным движением. Джон изловчился и достал кинжал. Шей увернулся и ударил его ногой в пах. Сарала подошла к согнувшемуся в три погибели Делейну и воскликнула, направив на него ствол пистолета:
– Стоять! Не двигаться! Иначе я буду стрелять! Виконт с трудом выпрямился и злобно крикнул:
– Ты уже погубила меня! Так что лучше пристрели!
Он шагнул к ней, но Шей толкнул его в грудь так, что негодяй влетел в распахнутую дверь булочной. Шей догнал его и отнял у него кинжал.
– Отдай пистолет, – сказал он Сарале. – Я сам его застрелю!
– Нет, Шей! Ты не должен этого делать! – воскликнула она, напуганная безумным блеском его глаз.
– Но он же швырнул в нашу карету бомбу! Мы только чудом остались в живых. – Шарлемань снова больно ударил виконта.
Делейн упал на колени и закатил глаза.
– Что здесь происходит? – спросил один из вбежавших в булочную полицейских и ловко отобрал у Саралы пистолет.
– Этот человек пытался нас убить! – Сарала указала пальцем на Делейна.
– Ложь! – хрипло произнес виконт. – Это они напали на меня!
– Взгляните на мой экипаж, – сказал офицеру Шарлемань, – и вам все станет ясно. Между прочим, и пистолет, и кинжал тоже принадлежат ему. Он хорошо подготовился к этому покушению. Несколько дней назад он сошел с ума. Арестуйте его немедленно!
– А кто вы такой, сэр? – спросил полицейский.
– Шарлемань Гриффин. А это – виконт Делейн.
– Я наслышан о его подвигах на великосветском приеме, – усмехнувшись, заметил один из полицейских. – Разве его не увезли в Бедлам? Ничего, сейчас мы доставим его в тюрьму. Полагаю, что вы выдвинете против него обвинение в суде?
– Несомненно! – ответил Шей, обтирая платком окровавленное лицо.
– Я не виновен! – завопил Делейн. – Отпустите меня! Стражи порядка подхватили его под мышки и, вытащив из булочной на улицу, посадили в полицейский фургон.
– Он ранил тебя? – с тревогой спросила у Шея Сарала.
– Пустяки, царапина, – сказал он. – Главное, что мы оба живы. Нужно оплатить хозяину булочной ущерб. Двадцати
– Да, милорд, разумеется! – последовал ответ. Шарлемань кивнул и, положив на прилавок деньги, сказал:
– Примите наши извинения, сэр! И благодарность за помощь в поимке опасного преступника.
Сарала взяла Шея под руку, и они покинули булочную. Шарлемань шел, слегка пошатываясь. Сарала встревожилась:
– Тебе срочно надо показаться доктору!
– Этот мерзавец ударил меня в колено ногой, – сказал Шей. – Давай лучше заедем ко мне домой. Освальд окажет мне помощь, он умеет лечить ушибы и раны.
Сарала помогла ему забраться в карету и, велев кучеру ехать в Гастон-Хаус, сняла с Шея порванный грязный сюртук и осмотрела его плечо. Оказалось, что оно кровоточит. Сарала испуганно охнула и, достав из сумочки носовой платок, с помощью Дженни перевязала рану.
– Делейну повезло, что ты вовремя вступилась за него, – проговорил Шарлемань. – Знаешь, я думаю, что нам не надо доводить дело до суда, чтобы не было скандала. Я предложу ему убраться навсегда в Индию. Уверен, что он согласится.
– Да, пожалуй, – промолвила Сарала. – Эту историю с китайцами лучше не предавать огласке.
Вскоре карета остановилась у дома Шарлеманя. Сарала велела Дженни сбегать позвать Освальда. Спустя минуту могучий дворецкий уже появился перед дверью кареты:
– Вы ранены, милорд? – взволнованно спросил он.
– Всего лишь царапина, – сказал Шей, но выбрался из кареты с большим трудом.
Освальд помог ему подняться по лестнице и войти в дом.
Сарала задержалась на ступеньках и, запрокинув голову, оглядела Гастон-Хаус. Это трехэтажное здание, многочисленные окна которого выходили на Пиккадилли, за которым располагался парк, было одним из наиболее роскошных в Лондоне.
– Где твоя спальня? – спросила она, догнав Шарлеманя.
– Будет лучше, если мы пройдем пока в гостиную, – поколебавшись, ответил он и кивнул на ближайшую дверь. – Спальня на втором этаже.
– Пошли туда, – стояла на своем Сарала. – Тебе, Шей, надо прилечь. Освальд, принесите, пожалуйста, воду и бинты.
– Слушаюсь, миледи, – сказал дворецкий.
– Я доберусь в спальню как-нибудь и сам, – сказал Шей. – Пусть Дженни останется внизу.
– Хорошо, мил орд, – сделав реверанс, ответила служанка.
На лестничной площадке Шарлемань поцеловал Саралу и прошептал:
– Ты просто чудо!
Поддерживая его под руку, она помогла ему подняться на второй этаж. Вдоль длинного коридора стояли стеклянные шкафы с коллекцией редких старинных вещичек. Сарала, мельком взглянув на них, сразу же поняла, что у Шея отменный вкус. У дверей спальни он остановился и смущенно сказал, что эта комната пока еще не совсем готова.
– Если ты имеешь в виду, что у тебя не застелена кровать, то пусть это тебя не смущает. – Сарала, распахнув дверь, вошла в спальню.