Нечто греховное
Шрифт:
– Я начал коллекционировать антиквариат еще юношей, – наконец ответил Шарлемань. – И со временем собрал такую коллекцию, что с трудом разместил ее в своем доме.
– Но разве вы не живете постоянно с братом? Поколебавшись, Шарлемань пояснил:
– Нам с Мельбурном часто приходится решать совместно важные проблемы. Поэтому для меня целесообразнее жить в одном доме с ним и его маленькой дочерью.
Была и другая причина, сугубо личного свойства, его проживания в семейной резиденции – сочувствие к Себастьяну, вынужденному в одиночку воспитывать маленькую дочку. Порой Шарлемань спрашивал
Из тяжких размышлений о трудной поре, наступившей после кончины Шарлоты, Шарлеманя вывела Сарала.
– Я всю жизнь интересовалась историей Англии и ее связями с Римом, – сказала она.
– Признайтесь, Сарала, что вы сказали это только чтобы произвести на меня впечатление, – с улыбкой промолвил Шарлемань, доставая из корзины пакет с персиками и гроздь сладкого винограда.
– Мне нет нужды пускать вам пыль в глаза, – с усмешкой ответила она. – Ведь пока весь шелк находится у меня.
– Если так, тогда после пикника мне бы хотелось вам кое-что показать.
– И далеко ли это «кое-что» находится?
– На территории Тауэра, в самом центре города. Там вы сможете полюбоваться руинами римской крепостной стены, когда-то окружавшей старый Лондон.
– Колоссально! Я с радостью принимаю ваше приглашение!
– А мне доставит истинное наслаждение сопровождать вас в это историческое место.
Он скользнул жадным взглядом по босым ногам черноволосой принцессы и почувствовал, как его обдало жаром. С каждым днем он все больше увлекался экзотической красавицей, и это начинало ему нравиться.
Глава 9
Герцог Мельбурн обнаружил младшего брата Закери сидящим за столиком у окна в клубе «Сосайети» и спросил у него, окинув рассеянным взглядом переполненный зал:
– Нельзя ли пересесть за другой столик, подальше от любопытных взглядов праздношатающихся снаружи? Терпеть не могу сидеть у окна.
– Увы, свободных мест нет, – ответил Закери. – Я уже разговаривал об этом с официантом. Но если ты лично обратишься с этой просьбой к Мартинсу, он вряд ли тебе откажет и попросит кого-нибудь освободить для нас более уютный столик. Как, например, вон тот, в углу, за которым сидят лорд Талмидж с племянником.
Раздраженно взглянув на неуемного балагура, Себастьян опустился на стул напротив него и пробурчал:
– А потом мне придется заботиться обо всех его племянниках и племянницах, если лорда вдруг хватит очередной апоплексический удар, который и сведет его в могилу. Нет уж, благодарю за добрый совет, братец!
– Ваша светлость! Какая честь для нашего заведения! – Метрдотель Мартине поклонился герцогу. – Чего изволите?
– Распорядитесь, голубчик, чтобы мне подали бутылочку лучшего белого вина и большую порцию жареной рыбы.
– А для меня, Мартине, пусть приготовят утку
– Будет исполнено, милорд!
Как только Мартине удалился на кухню, Себастьян снова обратился к брату, таращившемуся на прохожих с не меньшим интересом, чем они на него:
– Итак, зачем ты вызвал меня сюда? Закери встряхнул головой и наморщил лоб:
– Сначала поклянись, что не убьешь меня за известие, которое я тебе принес.
– Можешь быть спокоен, я сохраню тебе жизнь!
– Ты в этом уверен? А вдруг это сообщение выведет тебя из равновесия? Ты даже не полюбопытствовал, хорошее оно или дурное.
Их пикировку прервал официант, принесший им на серебряном подносе бутылку вина. Себастьян подал Закери знак опробовать его и дать свое одобрение. По собственному горькому опыту герцог знал, что цена напитка не всегда соответствует его качеству. Однако известный знаток вин Закери не нашел в принесенном нектаре никаких изъянов, поэтому Себастьян кивнул лакею, чтобы тот наполнил бокалы.
Сделав глоток, герцог сказал:
– Во-первых, мой дорогой брат, я не казню родственников, как это тебе прекрасно известно. Во всяком случае, не обрушиваю на них свой гнев на людях. Во-вторых, я предполагаю, что речь пойдет о Шарлемане, коль скоро его нет за этим столом. В-третьих, если ты изъявил желание побеседовать о нем именно со мной, значит, ты намерен просить меня о каком-то одолжении. Итак, рассказывай!
– Ты меня пугаешь своей проницательностью! – воскликнул Закери. – Ты буквально читаешь чужие мысли.
– Это правда, у меня действительно есть такой дар. Но сегодня я бы хотел услышать новость из твоих уст, – мягко сказал Себастьян.
– Прекрасно. Речь пойдет не о Шее, как ты предполагал, а об одной его очаровательной знакомой и ее родственниках. В общем, я пригласил семью Карлайл в твою ложу на сегодняшний спектакль в «Друри-Лейн».
Закери невинно захлопал глазами.
Это действительно стало для Себастьяна ударом, которого он не ожидал.
– Ты посмел пригласить чужих людей в мою ложу, не спросив на то моего разрешения? Разве тебе не известно, что я нуждаюсь в полном покое после дневных трудов? Или ты запамятовал, что я запретил ею пользоваться даже тебе и Элеоноре?
Закери только виновато пожал плечами.
– Как подобная блажь могла прийти тебе в голову?! – продолжал негодовать герцог. – Я надеялся приятно провести там сегодня время в компании Шея.
– Разве ты не говорил, что нам следует получше узнать этих людей? – возразил Закери, состроив оскорбленную мину.
– Узнать кого-то получше еще не означает общаться с ним постоянно, можно ограничиться и сбором сведений об интересующем тебя человеке. Заруби это у себя на носу, братец!
– Однако не лучше ли изучать объект своего внимания непосредственно? Тем более если есть возможность сделать им одолжение и пригласить в лучшую ложу в театре? Ведь иначе им, лишь недавно прибывшим в Лондон, пришлось бы довольствоваться наисквернейшими местами!
– Откуда тебе это известно?
– От самого маркиза Ганновера. Мы с ним встречались этим утром по поводу сдачи мне в аренду его пастбища неподалеку от Бата.