Нечисть
Шрифт:
Откликнувшись на его неслышный приказ, один из големов протянул ему свой мешок, но, так как у автомата была только одна свободная рука, Хезассу пришлось самому открыть горловину и положить головной убор внутрь. Эти создания не слишком-то годились на роль носильщиков, но их неспособность говорить все перевешивала.
– Неплохая добыча, – протянул мужской голос.
Пораженный, Хезасс хотел резко развернуться, но вовремя одернул себя. Не стоит вести себя так, словно его застукали за чем-то незаконным. Лучше двигаться не спеша и с достоинством, подходящим Пылающей Жаровне и тарчиону. Повернувшись, он наткнулся на сардонический взгляд темноглазого изможденного человека, чьи иссохшие пальцы сейчас полностью
Хезасс опустился на колени.
– Ваше Всемогущество.
– Похоже, имплитурская работа, – продолжал Сзасс Тэм. – Невесты из обеспеченных семей часто надевают такие украшения на свадьбу. Пожалуйста, встаньте.
Хезасс подчинился, задаваясь вопросом, чем может грозить ему эта неожиданная встреча.
– Я не имел чести видеться с Вашим Всемогуществом уже некоторое время.
– Мы оба были заняты, – произнес лич, медленно приближаясь. Кайма его красной мантии шуршала по полу. – Но вы не спите, а я вообще не нуждаюсь во сне, так что, похоже, сейчас подходящий момент для разговора.
Хезасс задался вопросом, откуда Сзасс Тэм знал, что он не спит, и, в особенности, где его найти.
– Разумеется, я к вашим услугам.
– Благодарю вас, – некромант небрежно вытащил зачарованную стрелу с хрустальным наконечником из колчана голема, осмотрел её и опустил обратно. – Признаю, меня немного заинтриговал тот факт, что я обнаружил вас на ногах. Если вы страдаете от бессонницы, я знаю зелье, которое вам поможет.
– Я в порядке, – произнес Хезасс. – Просто заранее приступил к выполнению своих обязанностей.
Волшебник кивнул.
– Это я вижу, хотя, технически, спорный вопрос, действительно ли в ваши обязанности входит мелкое воровство подаяний.
Хезасс выдавил улыбку.
– Ваше Всемогущество всегда отличались тонким чувством юмора. Вы, конечно, знаете, что я имею право на свою долю.
– Ох, разумеется, но, выбирая её из тех сокровищ и монет, что все ещё лежат на всеобщем обозрении на алтарях и не сосчитаны служащими, разве вы таким образом не занижаете общее количество сделанных Пылающей Жаровне пожертвований и не посылаете в Элтаббар меньше, чем причитается на самом деле? Если так, разве это не то же самое, что самолично грабить Огненного Владыку? Боюсь, что Ифегор Нат именно так это и расценит. Он может попытаться наказать вас, даже несмотря на то, что вы тарчион, – и кто скажет, что ему это не удастся? Он внес заметный вклад в кампанию против орды нежити на востоке, и мы, зулкиры, благодарны ему за это.
Хезасс сделал длинный вдох, чтобы успокоиться.
– Повелитель, вы же знаете, что даже если в моем поведении как Вечного Пламени и есть что-то… неподобающее, каждый день по всей стране люди, облаченные властью, ведут себя не лучше. Вы же прекрасно узнали, что я за человек, помогая мне подняться в церковной иерархии и позже сделав тарчионом Лапендрара.
– Это правда, – произнес Сзасс Тэм. – И, по секрету говоря – меня не волнует, осмеливаетесь ли вы грабить бога или нет. Разве боги добры или хотя бы справедливы к нам, чтобы не заслуживать презрения? – Он махнул рукой в сторону подношений на алтаре. – Посмотрите на все это – не на золото и украшения, которые обычно привлекают ваш взгляд, а на медь, хлеб и фрукты. Чтобы задобрить вашего бога, нищие женщины отдают все, что могут себе позволить – возможно, все, что у них есть, – и, тем не менее, он не ответит ни на одну их молитву. Некоторые просительницы все равно останутся бесплодными или потеряют ребенка в младенчестве. Почему так происходит и что же это за мир такой, где женщина может иметь выкидыш, а младенец – умереть в детской кроватке?
Хезасс не имел ни малейшего понятия, куда клонит некромант и что следует ответить на его слова.
– Повелитель,
Сзасс Тэм улыбнулся. На его лицо легла тень грусти. У некроманта был вид человека, который питал слабую надежду найти родственную душу и разочаровался.
– Разумеется, это так. Я не хотел клеветнически обвинять вас в жадности или нагонять на вас зевоту своей философией. Давайте вернемся к практическим вопросам.
– Со всем уважением, Ваше Всемогущество, но ваши «практические вопросы» выглядят, словно шантаж, но почему? У меня нет другого выбора, кроме как подчиниться воле зулкира, какой бы она ни была, и, помимо этого, я благодарен вам за все, что вы для меня сделали. Я буду только счастлив оказать вам ответную услугу.
– Ваша верность пристыдила меня, – ответил лич. Если в словах некроманта и была хоть капля иронии, ни его голос, ни худые, интеллектуальные черты лица этого не выдали. – Если бы каждый был столь преданным, но «мир таков, каков он есть». Учитывая раскол в совете зулкиров, даже я иногда нахожу целесообразным разъяснять людям, что тех, кто со мной сотрудничает, я награждаю, но также у меня есть множество способов, чтобы проявить свое недовольство отказавшимися.
Хезасс улыбнулся.
– А теперь, когда мы закончили с вопросом о наказании, не могу ли я услышать о награде?
Мертвый мужчина рассмеялся. Из его рта слабо пахнуло тленом, и Хезасс убедился, что на его лице не отразилось охватившее его отвращение.
– Как мне недавно напомнил один из ваших коллег, – произнес Сзасс Тэм, – шахтеры добывают впечатляющее количество золота в горах Верхнего Тэя.
– Да, как я понимаю, – согласился Хезасс.
– И сейчас большую часть его доставляют на Плато восточной дорогой, что естественно, ведь это единственный тракт, достойный своего названия. Но я не вижу никаких принципиальных причин, почему бы не перевозить золото через запад или юг, следуя руслам рек, и, возможно, наблюдать за разными участками пути с помощью магии, чтобы убедиться, что караван беспрепятственно их миновал. Если так и будет, то золото, очевидно, в конце концов окажется в Лапендраре, и вы сможете получить неплохую прибыль, взимая налоги за его провоз.
«Неплохая прибыль» – это было ещё слабо сказано! Хезасс подозревал, что через несколько лет сможет накопить состояние, сравнимое с состоянием Самаса Кула.
– Вы и правда можете устроить это?
– А почему бы и нет? Пирас Ауториан мой друг – не меньше, чем вы сами.
Вообще-то больше, подумал Хезасс. Пирас был союзником Сзасса Тэма, а, если быть честным, его подчиненным, всего лишь простой марионеткой в руках лича, послушным болваном, который делал все, что прикажет ему хозяин. Сейчас это показалось жрецу чрезвычайно полезным качеством, особенно учитывая то, что Сзасс Тэм, очевидно, даже не рассматривал возможность отказа.
– Что же мне следует сделать, – спросил Хезасс, – чтобы все это золото потекло к нам с гор?
– Почти ничего, но вот что мне понадобится, если выяснится, что мне вообще что-нибудь нужно…
Пальцы Таммит с силой огра впились в шею Барериса. Её рот открылся, обнажая увеличивающиеся до размера клыков резцы. Она потянула его вниз.
Бард попытался воззвать к ней, но её руки перебили ему дыхание и лишили голоса. Он двинул ей кулаком по лицу, но удар всего лишь заставил её огрызнуться. Она не потеряла сознания и не ослабила хватку.