Нечего терять
Шрифт:
Слабое, сильное, слабое.
К востоку от Диспейра или к западу от развилки, где были плохие дороги, никакого военного присутствия не наблюдалось.
Военная база появилась там, где было превосходное шоссе.
На пути, по которому шли тяжелые грузовики.
Рядом с Диспейром, но не слишком близко.
Нет, военные не пытались со всех сторон окружить Диспейр, превратить его в ловушку, они лишь охраняли одно направление, оставив все остальные открытыми.
На базе имелось шесть бронированных «хамви», каждый представлял собой восьмитонного носорога, каждый обладал достаточно высокой скоростью и проходимостью, каждый
Зачем?
Ричер лежал на постели с закрытыми глазами и слышал резкий голос, раздававшийся в классах Форт-Ракера: «Вот известные вам факты. Каков ваш вывод?»
Вывод, к которому пришел Ричер, был таков: дело вовсе не в шпионаже.
Он встал с постели в четыре часа и долго стоял под горячим душем. Ричер знал, что не так часто меняет одежду, как принято в западном мире, и старался компенсировать этот недостаток, при первой возможности принимая душ. Мыло в мотеле было белым, маленькими брусочками, и он извел один такой кусок полностью. В маленькой пластиковой бутылочке был густой зеленый шампунь для волос. От него осталась половина. У шампуня был слабый яблочный запах. Ричер тщательно прополоскал волосы, а потом еще немного постоял под потоками горячей воды и выключил душ. Тут он услышал, что кто-то стучит в дверь его номера. Он обернул полотенце вокруг пояса, прошел через комнату и открыл дверь.
Воэн.
Она была в форме. У нее за спиной Ричер увидел припаркованный патрульный автомобиль. Воэн смотрела на Ричера, не скрывая любопытства. Не такое уж редкое явление. «Посмотри на себя. Что ты видишь?» Он был впечатляющим мезоморфом, [19] его тело состояло из одних костей, сухожилий и мускулов. Но стоило ему снять рубашку, как большинство людей видели только шрамы. У него была дюжина небольших шрамов от режущих предметов, углубление с левой стороны груди от пули 38-го калибра и жутковатая паутина белых полос в правой части живота — следы от семидесяти неровных крестообразных стежков, наложенных в передвижном армейском госпитале. Сувениры, оставшиеся в первом случае от детской драки, во втором — от психопата с маленьким револьвером, а в третьем — от шрапнели после взрыва бомбы. Ричер выжил — детские травмы всегда переносятся легко, пуля имела слишком слабый пороховой заряд, а шрапнель состояла из осколков чужих костей, а не раскаленных добела кусков металла. Он был удачливым человеком, и его удача разрисовала все его тело весьма причудливым орнаментом.
19
Тип телосложения: широкая грудная клетка, узкий таз с сильными природными мышцами.
Уродливо, но завораживает.
Воэн перевела взгляд на лицо Ричера.
— Плохие новости, — сказала она. — Я побывала в библиотеке.
— Ты находишь плохие новости в библиотеках?
— Я посмотрела кое-какие книги и воспользовалась их компьютером.
— И что?
— Трихлороэтилен сокращенно называют ТХЭ. Он используется для очистки металла.
— Я знаю.
— Он очень опасен. Приводит к заболеванию раком. Раком груди, простаты и всех других видов. А также к проблемам с сердцем. Негативно влияет на нервную систему, является причиной инсультов, болезней печени и даже диабета. Управление по охране окружающей
— Где, к примеру?
— Был случай в Теннесси.
— Далеко.
— Все очень серьезно, Ричер.
— Люди слишком много тревожатся.
— Это не шутка.
Ричер кивнул.
— Я знаю, — сказал он. — А Тарман использует пять тысяч галлонов зараз.
— И мы пьем грунтовые воды.
— Ты пьешь воду из бутылок.
— Многие люди берут воду из-под крана.
— Завод находится в двадцати милях от Хоупа. Вокруг полно песка. Происходит естественная фильтрация.
— И все же это вызывает тревогу.
Ричер кивнул.
— Можешь мне не говорить. Я выпил в Диспейре две чашки кофе: одну в ресторане и одну в доме судьи.
— Ты хорошо себя чувствуешь?
— Да. И жители Хоупа выглядят нормально.
— Пока.
Она замолчала.
— Что еще? — спросил Ричер.
— Мария исчезла. Я нигде не могу ее найти. Новая девушка.
Глава
42
Воэн осталась стоять в дверном проеме, а Ричер взял свою одежду и ушел в ванную комнату.
— Где ты ее искала? — крикнул он оттуда.
— Повсюду, — ответила Воэн. — Ее нет ни в мотеле, ни в кафе, ни в библиотеке, ни в магазинах, а больше здесь некуда пойти.
— Ты говорила с администратором мотеля?
— Еще нет.
— Именно к ней я бы обратился в первую очередь. Она все знает.
Он вышел из ванной комнаты, застегивая рубашку. Ее уже пора было выбрасывать, а петли все еще оставались слишком тугими. Ричер провел рукой по волосам и проверил карманы.
— Пойдем, — сказал он.
Администратор сидела в своем офисе на высоком стуле за стойкой, что-то подсчитывала на калькуляторе и записывала в регистрационный журнал. Однако она не сумела сообщить им ничего нового. Мария ушла из номера еще до семи утра, одетая как и прежде, с одной лишь сумкой в руках.
— Она позавтракала до семи, — сказал Ричер. — Мне сообщила официантка в кафе.
Администратор добавила, что Мария не возвращалась. Больше она ничего не знала. Воэн попросила ее открыть номер Марии, и та сразу же протянула ей общий ключ. Без колебаний и вопросов относительно ордера на обыск.
«Маленькие города, — подумал Ричер. — Полиции здесь работать легче. Почти так же, как в армии».
Комната Марии оказалась точно такой же, как у Ричера, только в ней было немного больше вещей. Запасные джинсы аккуратно висели в шкафу. На полочке лежали пара простых трусиков, один лифчик, одна чистая футболка, все аккуратно сложено в стопку. На дне шкафа обнаружился пустой чемодан. Маленький, унылый и старый. Синего цвета, из фибролита, с продавленной крышкой, как будто на нем много лет стояло что-то тяжелое.
В ванной комнате на полочке над раковиной лежала белая виниловая сумочка для туалетных принадлежностей с неправдоподобно розовыми маргаритками. Она оказалась пустой, но во время путешествия явно была плотно набита. Ее содержимое было выложено возле сумочки в длинный ряд. Мыло, шампуни, лосьоны, притирания, бальзамы и кремы всех видов.
Ничего личного. Очевидно, все находилось в сумке, которую Мария унесла с собой.
— Короткая поездка, — сказала Воэн. — Она собиралась сразу вернуться.