Нечаянные грезы
Шрифт:
— Точнее.
— Я не знаю. Она сказала, что будет меня высматривать.
Муся увидела Нину сразу. Та сидела на скамейке сбоку от памятника Пушкина и беспокойно озиралась по сторонам. У ее ног стояла внушительных размеров кожаная сумка.
— Я посижу в машине, а ты ступай за ней, — распорядился Саид. — И чтобы никаких глупостей.
— Как ты долго! — Нина схватила сумку и бросилась к сестре. — Мне кажется, за нами никто не следит.
— Я не одна. Мой…
— Ему можно доверять? — с тревогой поинтересовалась Нина.
— Нет.
— У меня все равно нет выхода. Здесь сто тысяч баксов, — она кивнула на сумку. — Разделим на три части. У тебя надежная крыша?
— Откуда такие деньги? — изумилась Муся.
— Заработала кровью, потом и всякими унижениями. Теперь хочу забиться в нору и никого не видеть и не слышать.
— Здравствуй, рыбонька, — приветствовал Нину Саид. — Я так и знал, что ты рано или поздно попадешься в мой садок.
Муся обратила внимание, как побледнела сестра. Они молчали до самого дома. Саид отправил Зульфию погулять, закрыл на засов входную дверь и сказал:
— Берендея замочили. Шустрый сидит в Крестах. Ты решила прикарманить все себе, верно?
— Я поделюсь с тобой и с Муськой. Только спрячьте меня подальше.
— Рыбонька, так дело не пойдет. — Саид задернул штору и включил торшер. — Выкладывай все сюда, — велел он, стуча пальцем по журнальному столику.
Доллары были совсем новенькие. Двадцать пачек по пять тысяч каждая в пятидесятидолларовых купюрах.
— Где остальные? — спросил Саид, грозно сощурив глаза.
— Это все, — пролепетала Нина.
— Раздевайся!
Она безропотно подчинилась. На ней было дорогое белье из натурального шелка, на шее болтался большой крест с бриллиантами.
— Курва. Ты все равно покажешь мне это место, — процедил сквозь зубы Саид, снимая с шеи Нины крест.
— Там пасутся менты.
— Не твоя печаль. — Он повернулся к Мусе и сказал: — Поди прими душ. От тебя разит потом.
Она закрылась в ванной и пустила воду. Слышала, как тоненько вскрикнула Нина. Потом стало тихо. Минут через пятнадцать раздался слабый стук в дверь. Она щелкнула задвижкой и увидела заплаканную Нину.
— Скотина. Он заставил меня…
Ее вырвало прямо на пороге.
— Где он? — спросила Муся, усаживая сестру на табуретку.
— Там, откуда не возвращаются. Сам напросился. Думаю, ты не станешь очень долго плакать. — Она громко всхлипнула и прижалась всем телом к Мусе. — Обобрал до нитки. А у меня уже нету сил начинать с нуля.
В тот вечер Саид не появился в клубе. На следующий тоже. Топорков,
— Где он?
— Понятия не имею.
— То есть как это?
— Ушел, когда я принимала душ. И с концами.
— Это на него совсем не похоже.
Муся вздохнула почти с облегчением и пожала плечами.
— К нему кто-то перед этим заходил?
— Последнее время у нас всегда людно.
— Понятно. Если узнаешь что-то, иди прямо ко мне.
Она кивнула и отправилась разгримировываться и переодеваться.
В ту же ночь Муся сказала Нине:
— Тебе нужно уехать в N.
— Они найдут меня там. И вырежут весь дом.
— Тогда поезжай к отцу, — внезапно пришло в голову Мусе. — Я дам тебе денег на дорогу.
Нина улетела на следующее утро. Вечером Топорков снова пригласил Мусю в свой кабинет, развернул на столе газету и спросил, тыча пальцем в фотографию:
— Узнаешь?
Муся наклонилась над столом и пригляделась внимательней. У убитого было пол-лица в крови, но она почти сразу узнала в нем Саида.
— Нет, — неизвестно почему сказала она и подняла на Топоркова глаза.
— Можешь уехать на две недели к сыну. А где эта ведьма с бородавками?
— Наверное, он забрал Зульфию с собой. По крайней мере, я ее больше не видела.
— Оба слиняли в свой аул. Барахла много осталось?
— Чемодана два и кое-какие мелочи.
— С тобой поедет Грач. Соберешь все до булавки и отдашь ему.
Муся молча кивнула и вышла.
Сразу после возвращения из N Мусей заинтересовался влиятельный в телемире человек, про которого говорили, что он гомосексуалист. В один из ее выходных он пригласил Мусю в ресторан, где у него был отдельный кабинет.
— Я могу гарантировать вам надежную защиту.
Она удивленно подняла брови и залпом выпила свой бокал с «Шабли».
— Вы будете жить как у… — он улыбнулся ей отлично сделанными керамическими зубами, — у президента за пазухой.
— Что-то вроде этого уже было, — сказала Муся и закурила. — Придумайте, пожалуйста, что-нибудь новенькое.
— Вы переедете в мой загородный коттедж. Там есть бассейн, сауна, зимний сад, а в двух шагах великолепный сосновый бор. Все это хозяйство надежно охраняется.
— Но я привыкла к Москве. Да и по лесу я гулять не люблю.
— Я буду платить вам полторы тысячи баксов в месяц, покупать белье, одежду и драгоценности.
— А что должна делать я? — не выдержала Муся.