Небо Ван Гога
Шрифт:
Как-то после моего полурабочего дня, а больше мы не занимаемся, Мари предложила мне как-нибудь зайти к ней в галерею.
– У меня для тебя кое-что есть. Вот так загадочно она и сказала. Мне оставалось только согласится, я был только рад посмотреть, где работает Мари, чем дышит, когда находится там, как держит себя в роли главного человекая.
На следующий же день она ушла куда раньше меня и ждала моего прихода к обеду. Я же как обычно раньше обеда и не выходил из дома, редко и только на рынок или ближайший магазин.
Проснувшись,
После книги, я стал собираться. Надел темно зелёные брюки с коричневыми туфлями и такого же цвета пальто, под ним надел белую темно зелёную футболку с коричневым блейзером и накинул на себя в тон брюк лёгкий палантин. Выглядел я достаточно солидно и не плохо для Рима.
У входа в галерею меня чопорно встретил охранник, говоря, что сегодня для посетителей она закрыта. На что я ответил:
– Сеньор, я к Мари... а вот тут произошла ярая запиночка, ведь фамилии её я не знал. Я к директору галереи меня ждут. Продолжил я, делая вид всего-то запамятовал её фамилию.
– Вы к Мари Сарто! Хорошо проходите она у себя в кабинете должно быть.
– Благодарю вас синьор.
Он даже улыбнулся видимо так подействовала моя вежливость в его адрес. А как иначе? Хочешь хорошего отношения к себе, не дай повода его усугубить своим отношением.
Я пошёл по залу с картинами Мари мне даже не нужно смотреть на подпись картины чтобы убедится в своей точности определять искусство моей возлюбленной. Я различу каждый мазок, который написан её рукой, а где рука совершенно другого человека.
Мари вышла из другого зала и увидев меня направилась прямо ко мне. Честно пока она шла ко мне я думал стоит ли мне её обнять или слегка поцеловать в щёку или просто же поздороваться как можно официальней дабы не показывать наши отношения на обозрение её рабочих. Но всё было куда проще подойдя она сама обняла меня поцеловав в щёку.
– Рада тебя видеть. Сообщила мне Мари, как только отступила от меня.
– Я тоже. Даже успел соскучиться.
– Пошли я покажу тебе что хотела. Мы прошли через три зала с картинами и вышли в самый большой, где видимо и происходит всё пиршества, фуршеты, интервью и обсуждение картин в целом.
– Посмотри туда. Указав указательным пальцем справа от себя прямо на пианино, стоявшее
– Оно ждёт тебя. Ты так не думаешь? С удовольствием произнесла мне Мари.
– Думаю только меня оно и ждёт. Сказав, я стремительно направился быстрее что-нибудь сыграть.
Мари подошла ко мне, а я начал играть одну из любимых мелодий русской классики.
Я закончил играть, Мари мне подарила свои аплодисменты и лучезарную улыбку.
– У тебя здесь прямо музеи Ватикана шутя хвалил я её.
– Или Третьяковская галерея. На мою хвалебную шутку Мари ответила тем же юмором.
– Теперь о главное мой милый Луи. Ты действительно хорошо играешь, даже лучше, чем я могла себе представить. Мне кажется, ты должен согласиться на мое предложение.
– Говори же скорей. Мне не хотелось ждать ни минуты её предложения ко мне.
– Я предлагаю тебе выступить на моей выставке в галерее. Как ты на это смотришь?
– О, это замечательно я согласен. С энтузиазмом ответил я.
– Только играть нужно в основном итальянскую классику. Справишься?
– Мне стоит прорепетировать. Я много что играл, но вот итальянскую классику очень редко.
– Хорошо, тогда я предупрежу охрану галереи чтобы пускали моего писателя в любое время даже если никого нет. Ведь я тебя знаю тебе намного лучше работать, когда полная тишина и никто не бродит за твоей спиной.
Я кивнул и в который раз был поражён её точности, тонкости понимать меня всецело. Возможно она и есть та самая настоящая, а что было до лишь намеки похожие на неё, лишь подделка, копировка иногда её характера, иногда мимики, иногда жестов. Сейчас будто в ней собрали всё что я встречал до неё.
Мне вспомнились слова «это ли не счастье» это внутреннее повторение меня убивало всегда.
Вырезки из прошлой жизни въедались в мою память и изредка всплывали на поверхность моих мыслей, тем дико раздражая меня потому как эти вырезки сопутствовали не всегда с хорошими чувствами, но забыть их было невозможно.
Мари сразу заметила, что на меня вновь что-то нахлынуло и это не было хорошим воспоминанием. Там на пикнике, когда нам показались все звёзды на небе мы пообещали по возможности рассказывать если станет грустно от прошлых воспоминаний.
– О чём ты думаешь Луи? Что тебя огорчило? Витиевато спросила Мари.
– Мы так часто делаем вид. Вид того, чего вовсе нет. То, чего мы хотим, но не можем выжать из себя по-настоящему то чему придаём ложный вид. Я вспомнил о ней Мари поэтому мне стало грустно, но лишь на минуту воспоминания о счастье. Я попытался сделать ложный вид что всё хорошо, но от тебя не скроешь.
– Ты был счастлив с ней? По-настоящему? Продолжила волнительно Мари.
– Я был счастлив с ней. На этом давай закончим разговор о прошлом всё хорошо. Я сжал её руку покалывая что я не вру. Я и не врал, только слегка привирал в ту минуту.