Небо тебе поможет
Шрифт:
Нет. Даже у крупных головы худые.
Где Паскаль находит рыб с большими щеками? Здесь есть только маленькие рыбки. Даже слишком маленькие. Ну и что я буду делать со всеми этими тощими рыбами?
Ищу щекастую рыбу. Зияют раскрытые рты… Кругом эти потухшие глаза…
Дама в окровавленных полиэтиленовых перчатках подходит к прилавку с колотым льдом. Она берет рыбу. Какое зрелище! Рыба даже не одеревенела! Она свешивается с ее руки! Особенно, голова! Рыба с головой, которая свисает! У рыбы открыты рот
Дама с противными руками спрашивает у покупательницы, которая собирается рассчитаться и положить тушку рыбы в сумку:
— Вам ее выпотрошить?
Я в нерешительности.
Нужно иметь крепкие нервы, чтобы видеть все это. А мои сегодня не в самой лучшей форме. Я начинаю терять сознание. Однако мне нужно спросить у дамы про рыбьи щеки. Мне страшно представить, как она отреагирует, если я спрошу про щеки налима. Она наклонится над колотым льдом, над распростертой рыбой. Она погрузит свои окровавленные руки в лоснящиеся трупы. Она мне улыбнется. Она сунет мне околевшую рыбу под нос. Дама с грязными руками вырвет у рыбы щеки.
А меня на все это вытошнит.
Дама закончила с клиенткой. Она поднимает глаза на меня.
— Чья очередь?
Я оглядываюсь… Никто не ждет.
Моя очередь.
Я колеблюсь. Рассматриваю витрину. Можно было бы сказать, что я в первый раз вижу рыбный прилавок. Рыбьи головы меня впечатляют. Их застывшие открытые глаза далеки от того, чтобы возбудить во мне аппетит. Я не знаю, действительно ли хочу купить свежевыпотрошен-ную рыбу. Люди переносят целые туши в свои кастрюли. Они ими наслаждаются. Они поливают их соусом.
Я вздрагиваю.
— Они великолепны, не правда ли? — спрашивает меня игривый голос торговки.
«О, да! — хочется мне ей ответить. — Особенно та, что перед моим носом. У нее открытый рот, поблекший взгляд и окровавленные плавники… Просто чудо!»
Я молчу.
Я, в самом деле, очень устала. Мне не хватает мужества выносить дольше этот запах и всю эту картину. Я совершенно не хочу принести эту вонь в полиэтиленовом пакете в свою кухню, в свою кастрюлю и, тем более, в свою тарелку.
Тем хуже для рецепта Паскаля.
Я покупаю двух жареных цыплят. Остальное я собираюсь заказать при помощи компьютера через Интернет. Оливковое масло, приправы и замороженные овощи приедут ко мне сами.
— Ты приготовила цыпленка? — спросят они сегодня вечером, войдя в дом.
Я скажу «да».
Я не нашла щек рыбы.
Я нашла двух цыплят без перьев, без голов, каждый с двумя ногами и двумя крыльями.
Я возвращаюсь домой. Понежусь в кровати, и мой день пройдет нормально.
Тьяго снова тянет вперед меня и мою сумку на колесиках.
Вдыхаю теплый воздух.
Начну день заново.
~~~
Моя подруга Валери не смогла прийти ко мне ночевать. Она даже не смогла прийти на ужин.
Мне доставили то, чего не хватало к ужину.
Оливковое масло само прибыло на кухню. В пять пополудни двое ребят с полными картонными коробками постучали в мою дверь. Привезли специи в стеклянных банках, замороженные овощи, йогурты, фабричный сыр, упаковки минеральной воды и даже хлеб.
Паскаль будет потрясен. Я смеялась в одиночестве, распаковывая эти продукты. Дала пять евро ребятам, они были очень довольны. Они спросили, не я ли играю на пианино, которое они увидели в гостиной.
— Ну… Я не слишком хорошо играю, но пытаюсь, — ответила я гордо.
— А что это за пианино? — поинтересовались они.
— Это кабинетный рояль, — ответила я.
Они никогда в жизни не слышали о таком. Они решили, что я над ними смеюсь.
— Это уменьшенный рояль, — сказала я тогда.
Так было понятнее.
— Мне хотелось бы однажды сыграть прелюдии Баха, — добавила я с блеском в глазах.
— Ну, ничего себе! Я бы так никогда не сделала! — перебила меня Валери в телефонной трубке. — Тебе не страшно было впускать в дом двух незнакомых типов?
— Да нет…
— Из-за трех бутылок воды ты впускаешь двух типов в дом и показываешь им свое пианино? Неужели тебе не страшно?
— … Ну, нет… С чего бы?
Я не знала, что ответить подруге, которая начала меня пугать.
Она мне сказала, что я немного… Немного… ну да ладно.
Она продолжила:
— Все это гораздо опаснее, чем те глупости, которых ты боишься.
Ну вот. Я больше не понимала свою подругу. Она ведь постоянно насмехалась надо мною из-за того, что я всего боюсь. И в тот единственный раз, когда я не испугалась, она сказала, что стоило бы. Она мне объяснила, что разносчики были уличными мальчишками. Доставка товаров — не главное занятие для них. Им может прийти мысль когда-нибудь вернуться, если им понравилось что-то из моих вещей!
— Вот черт! Я об этом и не подумала!
Я не знала, что теперь делать.
— Это называется «прощупывать почву»! — уточнила она.
Она сказала, что сожалеть уже поздно, но это была плохая идея — заказать доставку на дом.
«Ты думаешь, у меня недостаточно поводов для страха, и тебе нужно мне их еще добавить?» — хотелось мне спросить.
— Сегодня, кроме всего прочего, я сплю одна в квартире, — намекнула я подруге, чтобы та перестала меня пугать.