Небесные очи
Шрифт:
На балконе тайком девушки курили.
Дверь надо было немедленно запереть.
Лавируя между столов, Саша направилась туда. В этот момент зазвонил телефон. «Лиза» – засветилось на экране.
– Сашка, ты где?
– Я за водой ходила. У нас кулер сломался – забыла?
– Слушай, мы с девчонками в кафешке – ну, той, что возле кинотеатра... Слушай, тут такой кадр – немедленно греби к нам. Как раз для тебя!
– Кадр? – с сомнением повторила Саша. – Ну, не знаю... Акулова, кто-то из девчонок опять забыл закрыть
– Что? Я не слышу? – закричала на том конце телефона Лиза. – Алло!..
Пахло дымом. Не сильно, но отчетливо. Балконная дверь снова хлопнула.
– Сашка, ты о чем? Я не слышу!
Сжимая в одной руке телефон, в другой – бутылку с минералкой, Саша побежала между столов, пристально оглядывая все вокруг.
– Акулова... Акулова. Ты меня слышишь?
– Да! Почему у тебя голос такой странный?...
– Акулова, дымом пахнет! – остановившись, с сильно бьющимся сердцем, крикнула Саша.
– Что?
– Вы курили на балконе?
– Что?
– Я спрашиваю – вы с девчонками курили на балконе перед уходом?
– Да, но мы очень аккуратно, и вообще Буракова к поставщикам уехала... – испуганным голосом забормотала Лиза.
– Пахнет дымом. Пахнет дымом...
– Может, из окна? Ветер с торфяников надул... Сейчас, говорят, на севере Подмосковья торфяники горят! – с надеждой произнесла Лиза.
Дым. Прямо здесь, в помещении.
Всполох пламени.
– Горит, – сказала Саша. – Лиза, немедленно вызови пожарных. Все очень серьезно. Лиза, ты поняла?
– Да-а... – едва слышно выдохнула Лиза. – Вызываю...
– Ну все, отбой.
Горело на полу, недалеко от балконной двери.
Саша нырнула под раскроечный стол, остановилась перед источником огня – дымились обрезки ткани вперемешку с синтепоном.
«Курили на балконе, балкон забыли закрыть, одна из сигарет... да, сигарету сквозняком занесло, точно! ...одна из сигарет упала на обрезки, ткань начала тлеть...» – машинально думала Саша, пытаясь затоптать костерок. Синтетическая ткань весело полыхнула, раскаленным воздухом обдало лицо – Саша едва успела отскочить.
«Господи, что же делать?» – в ужасе подумала она. Весь невыносимый жар лета (хотя было всего лишь начало июня) сконцентрировался в этом чадящем пламени... Надо было бежать. Бросить все и бежать.
Саша боялась огня, боялась огненной стихии – самой страшной, как ей казалось.
Язык пламени поднялся вверх, без всякого удовольствия лизнул стальную ножку стола и вдруг коснулся толстого слоя синтепона, который девушки разложили до обеда.
– Ой, мама... – в ужасе прошептала Саша. Сорвала крышку с бутылки, которую продолжала держать в руке, и плеснула на стол, как раз на тот угол, куда забрался огонь с пола. Еще плеснула – и вовремя.
Пшик – и пламя на столе погасло.
Горело теперь только на полу и отчаянно
Саша сорвала с вешалки чей-то давно забытый плащ, бросила поверх костра и принялась, точно безумная, прыгать сверху.
Это был не героизм, это был страх – перед тем огромным пожарищем, который в скором времени мог охватить все здание бывшего Дома культуры.
Открытый огонь исчез, но чадило немилосердно.
Вдруг Саша увидела чайник на подоконнике – к счастью, в нем была вода. Полила сверху плаща. Чад потихоньку прекращался.
Кашляя и вытирая слезящиеся от дыма глаза, Саша для надежности еще потоптала мокрый плащ.
Сердце стучало как сумасшедшее, по спине лился пот, руки тряслись...
Саша упала на стул и вытерла слезы.
В этот момент раздался страшный грохот, и в зал ворвались пожарные. Человек двадцать, не меньше!
Топая и роняя стулья, ломанулись к Саше.
– Где горит?
– Здесь горит?
– Уже не горит, – сглотнув, дрожащим голосом сказала она. – Я потушила.
Пожарные ходили по помещению, проверяли все углы, перебрасываясь замечаниями, для надежности еще раз пролили пол – то самое место, на котором совсем недавно зловеще тлел костерок.
– Ребят, обошлось...
– Не, девчонка, а ты молодец. Правда, обошлось!
– А огнетушитель у них где? Просто так и не найдешь...
– Куда только инспекция смотрела?
– Откупились, я думаю... Вот люди! Жизни не жалко...
– Братцы, а хорошо бы тут заполыхало, если б огонь до этих тряпок добрался...
– Да, мало не показалось бы!
Один из пожарных сел перед Сашей на корточки, заглянул ей в глаза.
– Девка, тебе повезло. Надо было сматываться отсюда, а ты осталась... Ты с этой стороны была?
– Да.
– Ну и дура. Если б заполыхало, ты бы оказалась отрезанной от выхода. А там что? – он встал и выглянул на балкон. – У-у... Ну, может, мы бы успели тебя снять, конечно...
Саша разрыдалась. В этот момент в зал прорвались девчонки с Лизой во главе – перепуганные донельзя.
– Сашка!
– Живая!!!
– Неужели обошлось?!
– Ой, не могу, прямо все поджилки трясутся...
– Бабье царство! – безнадежно вздохнул один из пожарных. – Так, дамочки, будем акт составлять. Кто у вас тут главный?
– Буракова!
– А Бураковой звонили?
– Да, ее уже вызвали!
– Ой, я Софью Дмитриевну больше огня боюсь... Что будет!
Через некоторое время приехала Софья Дмитриевна Буракова.
Шум, галдеж, вопли девчонок, нудные голоса пожарных, которые откровенно презирали такую бестолковую, разгильдяйскую публику...
– Да у нас не курит никто!
– Ну прям!
– А я давно говорила, что надо было организовать специальное место, отведенное под курение...
– А причем тут курение? Может, проводка старая!