Не зная пощады

Сурикова Марьяна

— Вы очень толково все объясняете, девушка. Значит ли это, что вас воспитали достаточно хорошо? Как получилось, что лично вы не превратились в черную колдунью, хотя в жизни многое пережили?

— Сестра говорила, что характер достался мне от матери. Мама была очень умной колдуньей, она обучила всему Арику, а Арика научила меня. Сестра всегда отличалась невероятной сообразительностью и, имей она для этого возможность, могла бы многого в жизни достичь. Что касается меня, то я всегда активно взращивала человеческую сущность, подавляя ведьму в душе. Неверно утверждение, что ведьма

управляет всеми нашими поступками. Колдовская натура очень сильна, с этим не поспоришь, даже я однажды поддалась ее влиянию, но это было только один раз, а потом я поняла, что человек может подчинить ведьму, как бы трудно это не было. Главное, взращивать эту сущность с детства.

— Итак, вы хотите, чтобы мы открыли школы для ведьм, верно? — спросил Бенедикт Саркис.

— Я не знаю наверняка, что такое школы.

— Место, где один наставник обучает нескольких учеников одновременно. Мы практикуем такую систему для детей, чьи родители имеют средства дать им определенные знания для выбора будущей профессии.

— Тогда это именно то, о чем я говорила.

— Что еще?

— У вас есть инквизиторские суды, решающие вопросы виновности ведьм. Введите такие же для обычных людей, тех, которые вредят невинным колдуньям из злого умысла.

— Нам понятна ваша мысль. Что еще?

— Пусть ведьма делает свой выбор сама, когда дело касается ее судьбы, чтобы мужчина не мог самовольно распоряжаться ее жизнью, будто она просто вещь, а не человек.

При последних словах все присутствующие переглянулись, только Кристиан по-прежнему смотрел на меня.

— Вы хотите сказать, что мы должны предоставить ведьмам свободу и возвысить их на один уровень с мужчинами? Что вы, женщины, обладающие магическим даром, должны сравняться с нами? — привстал в кресле смуглый советник.

— Почему бы нет? Ведь некоторые ведьмы даже сильнее многих мужчин! А очень сложно подчиняться, когда можешь заставить обидчика склониться перед тобой одним лишь движением руки.

— Но это просто смешно! Все женщины в нашем государстве подчиняются своим хозяевам, мужчинам.

— Обычные женщины не в состоянии защитить себя, а ведьмы могут.

— Это несусветная глупость! Не смешите меня, девушка!

Мужчина громко рассмеялся, а меня вдруг захлестнула такая волна гнева!.. Своим высокомерием он очень напомнил Реналя, который грозил заставить меня подчиниться, причиняя боль другим людям. Я сжала кулаки, переводя дыхание, ощутила покалывание в кончиках пальцев, и в тот же миг у кресла под темноволосым господином подломилась ножка, и советник упал на пол.

Все присутствующие замерли, а я поднесла ладонь ко рту, пытаясь скрыть собственное замешательство. Это получилось само собой, я не хотела навредить ему.

— Простите, я случайно, — обратилась к поднявшемуся и отряхивающемуся представителю сильнейшего рода. — Это виновата новая сила, я не могу пока ей управлять.

Мужчина не ответил, и я перевела взгляд на Кристиана, опасаясь увидеть гнев и в его глазах. Однако инквизитор не смотрел на меня, опустив глаза в пол, но в уголках его губ проскользнула усмешка.

— Продолжайте, — махнул рукой председатель.

— В общем-то, я сказала

все, что хотела. Если издадите новые законы и дадите ведьмам новые права, то избежите в будущем кровавых схваток, потому что на смену Сантане может прийти другая колдунья, и пусть у нее не будет древнего амулета, но настоящие искренние идеи способы вдохновить на многое.

— Вы забываете о мнении народа. Люди ненавидят ведьм.

— А вы сделайте так, чтобы искоренить эту ненависть, ведь среди ведьм есть и очень хорошие, которые по-настоящему приносят пользу и заботятся о людях.

— Очень сложно донести до людей вашу мысль, — вновь подал голос дядя Кристиана. — Бесспорно, есть те, кто понимает, что не все ведьмы плохие, есть и такие, кто обращается за помощью к травницам и другим подобным им колдуньям, но сейчас, в конце этой войны, мысли людей наполнены гневом и ненавистью. Нам будет очень нелегко заставить народ взглянуть на все по-другому.

— Так вы и не будете пытаться?

— Пытаться нужно всегда, но результат будет очень и очень нескоро.

— Если нельзя изменить взгляды уже живущих людей, то создайте новые условия, в которых будут расти их дети, ведь они-то смогут посмотреть на ведьм с другой стороны.

— Хорошо. Мы услышали вас, Алира. Нам нужно о многом подумать, многое обсудить и оценить с точки зрения именно власти и пользы для всех жителей нашей страны. Вам лучше теперь отправиться отдохнуть. Вильдан, ты проводишь нашу гостью, чтобы она в безопасности добралась до кареты?

— Провожу.

— Возвращайся поскорее на совещание, нам пригодятся твои знания и советы.

— Конечно, Бенедикт.

Глава 16. Тайна раскрыта

Я дождалась, пока инквизитор поднимется с кресла и подойдет к выходу, затем пошла за ним. Кристиан провел меня вниз до той самой двери, в которую я вошла, когда пришла сюда. Мы снова оказались в саду. Он молча шел вперед, но не торопился, давая возможность примериться к его шагу.

Сад был очень густым, деревья и кусты пышно разрослись, здесь их никто и не думал подстригать. Возможно, это было сделано нарочно, ведь все дорожки были хорошо расчищены. Кроны переплетались над головами, образуя приятную полутень, солнечные зайчики проскальзывали между желтыми и красными листочками и танцевали на свисавших книзу лианах и грудах сухих листьев, что приятно шелестели под ногами.

— Я отворю калитку, — начал Кристиан, — за ней будет ждать Тинольд. Он отвезет тебя в безопасное место. Сейчас не стоит уезжать из столицы, нам может понадобиться твоя помощь.

— Понятно. Все равно ехать некуда, — ответила я, вспомнив, как он велел возвращаться к мужу, когда все закончится.

Кристиан внезапно остановился, разворачиваясь, а я налетела прямо на него и едва не упала, но он придержал за плечи.

— Тебе есть куда ехать, Алира, — проговорил он, не разжимая ладоней. — Теперь ты наследница состояния покойного мужа.

— Да? — удивилась я; мысли о Ренале и его гибели совсем вылетели из головы.

— Да. Если бы у вас были дети, — тут он замолчал на мгновение, — то имущество досталось бы им.