Не всерьез
Шрифт:
Я решилась на переезд в июле. Тогда мне достаточно было просто знать, что где-то рядом есть Игорь, и сейчас он гораздо ближе, чем был еще несколько месяцев назад. Именно тогда я впервые поймала себя на мысли, что начинаю понимать его слова.
К августу мой боевой дух стал падать. Работа в новом магазине подарков словно вернула
В сентябре я вновь решилась на звонок Марине. Вопрос был предельно простым – не женился ли Ветров. К счастью, на этот раз ей не потребовался месяц, чтобы узнать ответ. Нет, он не женился.
В октябре я была готова на все, что угодно, лишь бы Игорь вдруг вновь появился в моей жизни. Согласна, пусть орет, матерится, заставляет меня блины печь с утра до вечера, я даже хомячка с ним готова совместного завести, при всей моей ненависти к хомячкам, лишь бы просто рядом был.
Потому что любое даже самое хреновое с ним было бы лучше даже самого великолепного без него.
За ноябрь я пять раз пересмотрела «Леона» и четырежды решила стать киллером, только на последнем просмотре до меня все же дошло, что киллеры не слишком хорошо заканчивают. Ладно, Игорь, живи пока. Если что, найму кого-нибудь просто.
Неужели я действительно никогда не воспринимала всерьез того единственного человека, которого должна была?
Я смогла признаться себе в своих чувствах в первый день зимы. Словно с наступлением декабря картина вдруг стала предельно ясной. Весь день светило солнце, а когда стемнело, большими хлопьями пошел снег. Нереально белые пушистые снежинки падали на землю, укрывая ее легким одеялом, и на душе становилось спокойней.
Потому что я знала, если он не найдет меня, я точно найду его.
Потому что двое людей не обязательно должны быть идеальными, чтобы идеально подходить друг другу.
Он появился
– Привет.
– Привет.
Игорь молча смотрел на меня, не торопился заговаривать, как будто в этот раз он не хотел торопить время, зато я не выдержала, спросила:
– Как год прошел?
Он ответил, не задумываясь, как будто я его о погоде спросила.
– До марта еще терпимо, потом хуже. В июле полагал, что свихнусь, а в сентябре вообще думал, что накинусь на тебя прямо по пути с работы. Хорошо, что завтра новый год, – он сделал паузу и заглянул мне в глаза, ища ответ, но, не найдя его, спросил вслух. – А твой?
– Примерно так же, – тоже сходу проговорила, ведь это очевидно. – Разве что в апреле и ноябре я подумывала о том, чтобы все-таки убить тебя и больше не мучиться.
– Ты бы не смогла, – сообщил он с полной уверенностью.
И, пока я думаю, какой бы остроумный ответ выдать, Ветров перегибается через прилавок и целует.
И тут, знаете, уже не до ответов. Тут вообще уже не до чего и не до кого. Кроме Игоря, конечно.
Мне уже давно не до кого, кроме Игоря. Это ведь очевидно.
Оторвавшись от моих губ, он улыбается. Мы оба улыбаемся.
– Готова?
– он заговаривает первым, когда я, накинув куртку, беру в руку сумку.
И в этот момент я четко понимаю, что даже не хочу узнавать, к чему именно. Просто знаю, что готова. С ним – ко всему.
– Абсолютно.
Улыбка Игоря становится шире.
– Тогда поехали. Нас родители ждут. Я обещал их с тобой познакомить. С братом еще, с девушкой его. А еще у них есть абсолютно неадекватная собака…
Но это уже совсем другая история.